подозрение, что ситуация у хохлов может в полную анархию превратиться, когда вообще никто и ничего контролировать не сможет. Вот тогда пожарные и потребуются, улавливаешь мысль?
- Мне оформить отпуск? – спросил Борис.
- Я переговорю с твоими боссами, - сказал генерал. – Скажу, что ты мне на несколько месяцев нужен. С посольскими и конторскими в Киеве не контактируй, я дам для связи надёжного человека. Толковый хлопец, много лет в конторе, во время перестройки слегка крышей подвинулся, восточными учениями увлёкся, но образумился, слава богу. Зовут Игорь Петрович Гордеев, оперативный псевдоним «Лис». Нечто лисье в его повадках действительно есть, я с ним был однажды в деле, - Карелин достал из внутреннего кармана пиджака фотографию. – Он здесь помоложе, лет на двадцать, но не думаю, что принципиально изменился, обыкновенная неброская внешность. Сейчас в глубоком резерве, я ему пенсиюшку нелегальную обеспечил, подрабатывает монтировщиком сцены в театре имени Леси Украинки. А так живёт, смотрит, наблюдает, очень проницательный ум у человека. Он будет тебе крайне полезен. Назовёшь ему кодовое слово «Коктебель-82», он сразу поймёт, что к чему. Ладно, пойдём за нашими дамами, ужинать пора. Как Ленка, не замерзла в своём Архангельске?
- Майя ей звонила вчера. Говорит, что ей там нравится.
8 октября 2013 года
Четвертая поездка за месяц с небольшим, Борис закончил завтрак в гостиничном салат-баре и с удовольствием закурил, какое счастье, что американские запреты на курение не добрались пока до незалежней Украины. Он остановился в «Премьер-Паласе», по сравнению с брюссельскими ценами расходы в Киеве показались ему смехотворными.
Всё в соответствии с разработанной легендой, он - представитель серьёзной бельгийской фирмы «Галифакс ltd» - приезжает на Украину с целью налаживания европейского рынка сбыта национальной фольклорной продукции. Тема была настолько общей, что позволяла встречаться с самыми разными людьми и интересоваться самыми разными проблемами.
«Принесите еще чашечку «Эспрессо», - попросил Борис официанта. Он взглянул в окно на Крещатик. Киев ранней осенью был удивительно хорош.
Как и предполагалось, Трачук с живостью откликнулся на его предложение изучить ситуацию изнутри.
- Очень мудрое решение со стороны Дмитрия Емельяновича, - сказал украинский патриот. – Мы прекрасно понимаем, что Карелин, занимая должность советника президента, не имеет права вступать в переговоры, но в вашем лице получает необходимые глаза и уши. Для нас тоже удобнее, чтобы наши лидеры не фигурировали в контактах с российскими спецслужбами. Пока, во всяком случае. Мы сделаем всё необходимое, чтобы вы быстро разобрались в реальной картине.
- Начнём с азов, - сказал Борис. – Кто вы?
- Я помощник Дмитрия Яроша, он возглавляет блок организаций, которые у вас принято называть праворадикальными. Этот блок является наследником небезызвестных УНА-УНСО, в эти дни, собственно, происходит окончательное организационное оформление движения в партию. Партия будет называться «Правый сектор», это название не является пока публичным, но для простоты предлагаю им пользоваться.
- Ясно, - сказал Борис. – Вы справа, слева, по всей вероятности, господин Янукович, кто в центре?
- Я не стал бы считать «Партию регионов» левой, - поправил его Трачук. – То, что Янукович использовал ряд советских лозунгов и разыгрывал из себя на выборах десятого года этакого друга донбасских шахтёров, является ничем иным, чем популистской мерой. Не имеющей под собой никакой реальной основы, как быстро показала его практическая деятельность на посту президента, уровень благосостояния населения восточных регионов, на которое он опирается, также стремительно катится вниз, как и во всей остальной Украине. В центре, в рамках парламентской оппозиции, три главные силы – «Удар», «Батькивщина» и блок Петра Порошенко.
- «Удар» возглавляет, кажется, боксёр Кличко? - спросил Борис.
- Старший брат Виталий Кличко. Лидером «Батькивщины» является Юлия Владимировна Тимошенко, как вы знаете, сейчас она находится в заключении в харьковской тюрьме, партией руководит Арсений Яценюк. В предполагаемой коалиции против Януковича, пожалуй, самое заметное место у Петра Алексеевича Порошенко. Он давно в политике, давно в бизнесе, занимал министерские посты, по сути, он главное связующее звено с нашими олигархами. В этом кратком обзоре политической жизни Украины отмечу ещё партию «Свобода», ее позиция ближе к «Правому сектору», во всяком случае, в непримиримом отношении к коммунистическому прошлому нашей страны.
- Спасибо за обзор, - сказал Борис. – Похоже, действительно вокруг господина Януковича одни враги. Тем не менее, не слишком уверен, что эти силы способны пойти на такую крайнюю меру, как свержение законно избранного президента. Знаете, известная психологическая дилемма: страшно не столько само событие, сколько ожидание его.
- У нас всех есть опыт, - сказал Трачук. – Я имею в виду Оранжевую революцию 2004 года и то, что в результате мы растеряли её достижения. В рамках этого опыта подлинные патриоты Украины сделали очень важный вывод: невозможно усидеть на двух стульях, в этом заключалась базовая ошибка Ющенко и Тимошенко. Украина это не Россия, в Москве этого не понимают или не хотят понять. Не стоит считать нас наивными людьми, евроинтеграция дорого обойдётся нашей стране, но так, в конечном счёте, лучше, чем быть придатком и жертвой непредсказуемой великорусской политики. Согласитесь, Борис Владимирович, вы у себя дома не знаете, что произойдёт завтра. Мы же хотим жить спокойно, мирно, со своей культурой, со своим языком, как часть цивилизованного мира, и не зависеть от настроений большого дяди. Приехав в Киев, вы сразу в этом убедитесь. Когда вы готовы вылетать?
- Давайте послезавтра, - сказал Борис. – Мне нужно уладить некоторые служебные дела.
18 октября 2013 года
Серега Петрухин орал как резаный. Его истошные крики разносились по театральным закоулкам как глас вопиющего в пустыне.
- Чего вопишь? - сказал Лис с порога, открыв дверь кабинетика с табличкой "монтировщики сцены". - Тебя уже у Марьи Федоровны слышно. Сейчас начальство примчится, трудовую дисциплину наводить. Опять на штраф нарвешься.
- Неааа... - пьяно осклабился Петрухин. - Сегодня прогон, генеральный. Не до нас, театральных пролетариев.
- Ты чего нажрался? - спросил Лис. - Что за праздник?
- Осень, - меланхолически ответил Петрухин. - Ощущаю давление атмосферного столба на бренный организм. Дай опохмелиться, у тебя есть, я знаю.
- На! - Лис достал из внутреннего кармана куртки плоскую металлическую фляжку. - Всю не выхлестай, еще работать надо.
- Тебя спрашивали, - Петрухин сделал большой глоток, крякнул и потряс головой. - Дядька какой-то. Его Марьфедоровна не пропустила, я к вахте выходил.
- Что за дядька?
- Хрен знает. Примерно твоих лет, на вид солидный, в костюме, в плаще. Просил передать привет из Коктебеля. Сказал, что в девять вечера будет ждать в сквере за театром. А ты когда в Крым ездил, чего-то я не помню?
- Это давно было, - сказал Лис. - В прошлой жизни. Сходи харю умой, не дай бог на сцену позовут.
- Не позовут, - сказал Петрухин. - У них на последнем прогоне сплошные творческие муки. Скорей бы разошлись, домой охота.
Ровно в девять под мелко накрапывавшим дождиком Лис зашел в скверик. Человек в плаще стоял около неработающего фонтана.
- Игорь Петрович? - спросил человек.
- Он самый, - сказал Лис. - С кем имею честь?
- Борис Каморзин, - представился Борис. - Представитель бельгийской фирмы "Галифакс лтд". Экспорт-импорт сувенирной продукции. Дмитрий Емельянович настоятельно рекомендовал познакомиться с Вами.
- Понятно, - сказал Лис. - Как здоровье генерала? Давно не виделись.
- Держится молодцом. Здесь есть где-нибудь тихое уютное место, чтобы поговорить. Желательно, работающее до поздна.
- Есть, - сказал Лис. - На соседней улице. Владелец в юности трудился официантом в шашлычной "Риони" в Мосве, на Старом Арбате. Название перенял, антураж и атмосферу по мере возможности тоже. Не закрываются до утра.
- Арбатскую "Риони" помню, - сказал Борис. - Студентами часто туда захаживали. Приглашаю. Ужин и выпивка за мой счёт.
Они сидят в легком облаке сигаретного дыма. На столе закуски и бутылка перцовой "Хортицы".
- Хозяин на вентиляции экономит, - говорит Лис. - Хохол, одним словом, жадный.
- Это главная особенность национального характера? - Борис разливает водку по стопкам. - Или просто расхожий анекдот?
- Анекдот - зеркальное отображение народной жизни. Кто-то из великих сказал, кажется, Гюго. А,может, Лев Толстой. Вопрос - какое зеркало, нормальное или кривое.
- У Вас сократовская манера общаться, - замечает Борис.
- Вы же ознакомились с моей биографией, - говорит Лис. - Хотя склонность к философствованию у меня появилась уже после того, как был дан псевдоним "Лис".
- Да, я в курсе, - сказал Борис. - Итак, Лис, первая и главная моя задача - составить максимально объективную картину происходящего сейчас на Украине. В этом смысле, Вы как человек из самой народной гущи, незаменимы.
- В... - сказал Лис. - В Украине. Скромная и на первый взгляд незначительная замена предлога говорит о многом. Например, о нежелании общества идти по дорожке, проторенной когда-то российским государством.
- Любопытно, - сказал Борис. А оно есть, это общество, на..., простите, в Украине?
- Скорее да, чем нет. Это можно назвать - эффект девяносто первого года. Появилось поколение, которое выросло или повзрослело в ситиуации, когда границы стали открытыми. Сотни тысяч людей поехали на заработки в Европу. Им там не слишком много платили, но по сравнению с ужасающей нищетой, которая была на родине, эти деньги казались едва ли не манной небесной. А уж про комфортность европейской жизни не мне вам рассказывать.
- Милая старушка Европа, - усмехнулся Борис. - Она не так безобидна, как может показаться на первый взгляд. А негры и арабы, заполонившие старинные города с соборами и дворцами. Современный Лондон по разноцветью лиц больше напоминает Калькутту или Бомбей, чем гордую столицу туманного Альбиона.
- Украинские работяги в Европе на положении работающих туристов, - сказал Лис. - Очень хорошо помню, как один парень из Львовской области рассказывал мне, как он попробовал в Бирмингеме fish and chips. С непередаваемым восторгом на лице. В Бирмингеме он трудился чернорабочим на судоверфи.
- Внешнее благополучие европейской жизни покорило украинские сердца? - с легкой иронией произнес Борис.
- Скорее нашлись люди, которые сообразили, что этот настрой населения можно использовать в своих целях. Украинская элита, как вы понимаете, вся от сохи. Нефти и газа в Украине нет, поэтому возможность быстро набить мошну и свалить на постоянное жительство в Италию или Уругвай мало у кого есть. Доступ к кормушке жестко ограничен, хочешь-не хочешь надо устраивать нормальную жизнь в собственной стране. Именно эти люди стали во главе Оранжевой революции в две тысячи четвертом.
- Что-то у них не слишком получилось, - заметил Борис. - Повторить бутылочку?
- Давайте. Как обычно - роль личности в истории. В Украине в две тысячи четвертом не нашлось безоговорочного
