страшным сном.
Я встряхнул головой.
- Прекрасно, друг. Спасибо!
- Молодец, - побежала ответная строка чата. – Уважаю. После всего, что было, поживать прекрасно – это сильно.
- Что?
- Да ладно, Алекс, что ты как маленький. Незачем нам с тобой играть в анонимность, правда?
Я замер, не смея вздохнуть. В горле «птица» вскрикнула и забилась о гортань, об ошметки голосовых связок. Кто это? Шмитт? Джоржик? Или просто один из тысяч фанатов, которые годами скачивали мои стоны, упакованные в красивые мелодии?
- Ты кто? – прокричал я капслоком. – Откуда ты меня знаешь?
- Тебя все знают, — мгновенно выплюнул чат. — Лирал. Золотой баритон с вырезанным будущим. Мы слышали, тебя списали в утиль. Сказали, ты больше не поешь. Это правда? Или Корпорация просто обновила прошивку?
Я хотел закрыть ноутбук. Спрятать его обратно в ящик, заклеить вторую камеру. Но следующая строка заставила меня задохнуться.
- Не парься, друг. Тут многие за тебя болели. Кстати, хочешь послушать, как ты звучал на пике? На, держи ссылку. Это из последнего, перед тем как ты «замолчал». Наслаждайся своим бессмертием.
На экран выскочила ссылка, и я нажал на нее. Комната наполнилась сильными и мягкими звуками моего голоса – моего прежнего голоса – текущего, как волны – энергичными толчками. О чем была песня, я не понимал, в висках стучала кровь.
- Кстати, - снова ожил чат, - твоя Марта жива и скоро сломается. Сопрано – хрупкий голос. Она уже поет через сильные фильтры. Так что еще год-два и спишут, как и тебя. Думаю, она живет надеждой.
- Ее отпустят? – спросил у невидимого собеседника, чувствуя, как немеют кончики пальцев.
- Если не изменится последняя директива. Кстати, тебе повезло. Раньше отработанных лиралов усыпляли уколом. Руководство не любило оставлять следы, сам понимаешь. А потом кто-то на них наехал, не знаю, кто-то сверху, мол, от вас сотрудники живыми не выходят. Ну, и вот.
Я тяжело выдохнул и выключил песню. На мой маленький мир обрушилась тишина.
- Ну, ладно, Алекс. Рад был поболтать. Постарайся... ну, не начать с чистого листа, это невозможно. Но что-нибудь сделай со своей жизнью. И не забывай, лирал, ты – наш.
Текстовое поле окуталось облаком смеющихся смайликов, и чат «умер».
Если последняя фраза была шуткой – то мерзкой. От нее меня обдало липким ужасом. Несколько минут я сидел в гулкой пустоте, но понемногу в голове прояснилось.
Марта скоро выйдет на свободу! И я буду тем, кто встретит ее за вратами ада.
Я на руках пронесу ее через этот горький остаток жизни. Я заставлю ее забыть тот ужас, через который она прошла. И сам постараюсь забыть, через что прошел я.
- Друг, - торопливо написал я в чате, - дай знать, когда Марту спишут. Пожалуйста!
Но мой собеседник из «Эхо» исчез.
Я пишу на чистом листе последний промпт:
[PROMPT_ID: SELF_01]
SOURCE: АЛЕКСАНДР ШТЕРН
OBJECTIVE: МАРТА
ИНСТРУКЦИИ:
ИГНОРИРОВАТЬ ВНЕШНИЕ ФИЛЬТРЫ.
СИНТЕЗИРОВАТЬ СМЫСЛ ИЗ ТИШИНЫ.
ПРЕКРАТИТЬ ТРАНСЛЯЦИЮ БОЛИ.
ПАРАМЕТРЫ:
— СТРАХ: 0.0%
— СТЫД: OFF
— НАДЕЖДА: 100.0% (STABLE)
СТАТУС: СВОБОДЕН.
И, как ещё, кажется, совсем недавно в Лираале, мое тело реагирует на него. Я снова пою - не голосом, которого больше нет, а всем своим существом. Пою о надежде, о Марте, о том, что даже вдребезги разбитое можно иногда склеить из осколков. Пою мое больше не тихое слово.
А ведь был крыла́тым,
А что теперь?
Не поёшь, а шепчешь ,
Да что там голос?
Заколо́чен ум,
Как стальная дверь
Ты боишься жизни,
Ты пуст и хо́лост.
Одинок, как семя
В сухо́й грязи́.
Как в орехе,
Заперт в своей нево́ле.
И от звуков музыки
Хочешь выть,
И от солнца щуришься
Как от боли.
Словно в шее нож -
На экране чат,
Пишешь:
Здравствуй, друг.
Голово́й качаешь.
Это было, правда?
Сто лет назад...
Не свою ли гибель
Ты привеча́ешь?
Генерация завершена. Оцените качество исполнения: ★★★★☆
