New Roman", "serif] Уильям подал новый рюкзак с британским флагом, вышитым на поверхности.
-- Там сувениры. Ничего запрещённого нет, всё как обычные туристы.
Деньги Роман успешно забрал из тайника в камне в Москве. Сначала «снял» метку, что тайник заложен. Трансформаторная будка в Южном Бутово, правая крайняя дверь, у нижней петли вертикальная черта. Сама будка изрисована в каляках-маляках, ничего непонятно и некрасиво, так, что небольшая черта там незаметна постороннему взгляду.
Всё прошло лучше, чем он предполагал. Заодно и освежил в памяти маршруты по Москве, оценил новостройки на месте, где раньше были хибары и пустыри. Отметил, что иностранные разведчики очень грамотно разместили камень. Подходы просматриваются. Старые гаражи, между ними проход, камень там лежит как родной, и как будто уже лет сто.
Дело было в Митино. Район на внешней стороне Московской кольцевой автомобильной дороги (МКАД). Вдали от правительственных трасс, министерств. Обычный спальный район для работяг, где много квартир сдаётся внаём. И посторонних много, главное, передвигаться уверенно, как будто ты местный житель, а не приезжий или турист. И обозначен он был в перечне тайниковых закладок как объект «1М5». Попробуй, догадайся!
Через три дня агент Растесс был дома. И приступил к выполнению задания.
Ему удалось познакомиться со студенткой третьего курса аэрокосмического местного университета. Так получилось, что она была единственной дочерью заместителя генерального директора Горно-химического комбината. Того самого, что занимался переработкой и хранением отработанного ядерного топлива, которое свозили чуть не половины мира. Раньше на этом комбинате вырабатывали оружейный плутоний.
Познакомился Кушаков с Олесей Григорьевой не случайно. Используя доступ к базам адресного бюро, включая его закрытую часть, установил место жительства руководство комбината. Потом, семейный состав. Остановился на Олесе. Подходит по возрасту, не замужем.
По базе ГАИ проверил, что получены водительские права, управляет автомобилем. Есть штрафы за превышение скорости. Азартная девчонка. Проживает с родителями, но на неё записана двухкомнатная квартира.
Просмотрел её страницы в социальных сетях в интернете. Не красавица, но и не страшная. Приятное лицо. Не из числа «золотой молодёжи», но ей нравится быть в компаниях. Много фото из ночных клубов. Заядлая театралка. Старается не пропустить ни одной премьеры.
По фото из дома, читает книги. Сумбурно, без системно. На полках стояли женские романы. Классика, не из школьной программы. Несколько детективов, тоже из «женской серии». Фантастика модных авторов. Но читает. Не глупая. Обучается в техническом университете. Понятно, кто откажет столь авторитетному отцу, но на папином авторитете до третьего курса не дотянешь. Кушаков наслышан про «аэрокос». Старая, советская система преподавания. Местная служба безопасности постоянно провоцирует преподавателей. Студент на зачёте или экзамене подсовывает деньги. Если «препод» взял деньги, то после окончания экзамена заходит «безопасник», кладёт на стол обходной лист и заявление, набранное на компьютере об увольнении по собственному желанию. Остаётся только поставить подпись. Деньги он забирает. Для следующего преподавателя. Поэтому с детей «ответственных работников» спрос идёт как со всех. Значит, учится девочка своими мозгами.
Узнать её мобильный телефон не составило большого труда. Немного подтасовав документы, получив санкцию суда, подтасовав оперативные документы. Выдал её за близкую связь преступника в розыске, Кушаков стал изучать её перемещения по городу. Достать расписание занятий студентки Григорьевой, также не вызвало никаких затруднений.
Когда информация была собрана, Кушаков урывками несколько раз следил за Олесей. В кафе, в магазине, в университете. Сумел даже ознакомиться с её медицинской картой. Здорова.
Изучив её достаточно, Роман договорился с ГАИшником знакомым. Тот остановил машину Олеси, когда она выезжала с парковки рядом с учёбой. Пересекла сплошную линию разметки, с правого ряда, почти поперёк движения, на левый разворот.
Она так каждый день выезжала. Резко, нагло, умело. Каждый день, нарушая несколько правил дорожного движения.
Машину ГАИ поставили так, что не видно сразу. Кушаков тут же позвонил товарищу:
-- Коля! Внимание! Смотри!
-- Понял. Ого! Шустрая бабёнка! Рома, ты мне кучу денег должен, которые я ради тебя сейчас упущу! Всё. Торможу её! Подтягивайся, Ромео!
Олеся лихо вывернула от учебного корпуса, пересекла поток, только сделала левый поворот на загоревшийся красный сигнал светофора, как тут же прозвучал резкий свисток инспектора и резкий взмах полосатого жезла.
Девушка выскочила из машины, копаясь в сумочке, в поисках документов.
Инспектор тянул время. Не спешил. Кушаков тем временем, перебрался от учебного корпуса, с букетом цветов за спиной.
Инспектор уже сумел довести почти до отчаяния девчонку, не давая позвонить отцу, не принимая жалкую взятку в пятьсот рублей, нужно перечисляя по памяти те пункты правил, которые она только что нарушила. Получалось, что светит ей штраф в полстоимости автомобиля и лишение водительских прав лет на десять. И всё это официальным, нудным, равнодушным тоном. Хотя, в глазах его сверкали чёртики, и ему очень хотелось заржать во весь голос, глядя, как за спиной юной нарушительницы котом крадётся Кушаков.
И, вот, когда девочка была готова разреветься во весь голос, не меняя интонации, инспектор произнёс спасительную фразу:
-- Но при всём том, что вы только что нарушили, у вас есть один шанс. Но если вы им не воспользуетесь, то всё, что я сказал только что – сделаю.
Воцарилась пауза студенточка подняла глаза полные слёз, сдерживая рыдания, быстро закивала в знак согласия, полезла в сумочку, сумев только выдавив:
-- Сколько денег надо?
Инспектор хохотнул:
-- Девушка! Гусары денег не берут! Мы Родине служим!
Указав за её спину жезлом, она обернулась:
-- А вот с ним на свидание обязаны сходить! Иначе… -- зловещая пауза. – Иначе всё.
Олеся непонимающе смотрела на букет перед её лицом, который держал Кушаков. Потом посмотрела на Романа. Тот улыбался широко:
-- Позвольте представиться. Майор милиции Кушаков. Роман. Так вы согласны?
Олеся зайчиком мелко закивала:
-- Да.
Роман красиво ухаживал за Олесей. Когда досконально изучил объект заинтересованности, пусть даже не оперативной, а личной, потакать привычкам, предвосхищать желания, не очень сложно. А со стороны выглядит, что ты маг, факир, читающий мысли своей возлюбленной.
Когда через месяц Олеся позвала его к себе в гости, родители были ещё на работе, Растесс попросился за компьютер. Он стоял в зале трёхкомнатной квартиры. Ему не составило большого труда понять, что им пользуется как дочь, так и отец. На компьютере были какие-то документы, они были скопированы на карту памяти.
Вечером Кушаков засел за большое письмо, переносил, шифровал переписывал документы Григорьева-старшего. На взгляд американского агента, они не представляли никакого интереса, но с другой стороны, они могли быть интересны его кураторам. А их интерес – это приличный гонорар ему – агенту Растессу.
Утром письмо было отправлено на адрес Эллы в Финляндию.
Через месяц объявили, что все кто желает перейти на службу из милиции в полицию, обязаны пройти проверку на полиграфе. Составили график. Романов прошёл по нижнему пределу. Он очень переживал.
-- Говорят, что у меня сильная кривая лжи.
-- А это, что такое? – Кушаков оторвался от бумаг.
Ему предстояло пройти проверку через два дня.
-- Чёрт его знает. Но на вопрос: «Любите ли вы детей?», ответил, что «Нет». Они и зацепились. Говорят, что вру. Объясняю, что своих люблю, а остальные мне не нужны. Я же не Господь Бог, чтобы всех возлюбить. С таким мировоззрением не надо идти в милицию служить. Может, в полиции все будут херувимчиками, целовать в зад насильников, убийц, воров и прочих мерзавцев. Не знаю. Говорят, что я излишне озлоблен, жесток. – помолчал. – Рома, вот ты знаешь меня не первый год. Скажи честно. Я жестокий человек?
Кушаков с интересом посмотрел на расстроенного напарника:
-- Врут. Наговаривают. Не обращай внимания. Ты – альтруист, которых свет не видел.
Романов понял, что над ним издеваются:
-- Да, ну, тебя. Я к тебе как к другу, а ты… Ничего, я посмотрю, как ты проскочишь эту чёртову машину. Благо, что меня проверял знакомый специалист. Когда комиссия свалила, тот и сделал как надо. Из вредности не буду тебе помогать.
-- Не надо. Всё будет хорошо. – Роману было весело.
Он еле сдерживался, чтобы не показать Романову, что ему плевать на все эти жалкие потуги местных специалистов, коль, его обучали самые лучшие спецы!
Кушаков с блеском прошёл проверку. Когда он увидел обшарпанный кабинет, продавленный стул, провода в нескольких местах перемотаны синей изолентой. Даже убийцу мужа, когда на полиграф приводили, и то аппаратура была посвежее. А тут… Роман улыбнулся. Ему стало забавно наблюдать за приготовлениями. С трудом подавил в себе веселье. Все же боятся, вот и он должен иметь серьёзный вид, как царь,
