из Ужасной пещеры и некуда их деть до прихода новой стражи. Так пусть они пока поживут у тебя. А потом заберем их в Огненную.
Услышав о пламени, Фома испуганно оглянулся на Нила, но увидев, что тот абсолютно спокоен, тоже притих.
– Лазутчики? Из Ужасной? – переспросил старик, пытаясь разглядеть мальчиков и щурясь от света, который потоком хлынул из отворенной двери. – Посмотрим, посмотрим на них.
– Предупреждаю: если они удерут, то сразу говорю – мне их не догнать, – спустя минуту обратился Гуль Тэрэк к Ягморту. – Вон они какие быстроногие. Да и я не привык к роли стражника.
– Куда они денутся! – Ягморт поискал глазами, куда бы плюнуть: плевком он сопровождал свое неизменное «уухх‑чууу». Не нашел и более мрачно предупредил, обращаясь к пленникам:
– Здесь – мы, а к Ужасной пещере ведет одна‑единственная дорога – Тропа Мрака. Но там стрелки владыки. У них нет выхода. Ну, мы пошли, старик! Хоб‑она!
Приказав мальчикам выйти из хижины, он проговорил:
– Головой ответишь за них! Понял?
Когда стражники ушли, старик с любопытством подошел к мальчикам, внимательно осмотрел их одежду брюки, тенниски, ботинки, даже пощупал ее.
– Откуда вы? – спросил он.
– Мы… оттуда… – неопределенно ответил Фома.
– Откуда оттуда?
– Да что ты ему объясняешь, Фома, то есть Френсис? – вмешался Нил. – Я им вон объяснял‑объяснял, а они… – Он махнул рукой. – Лазутчики мы. Из этой вашей… Ужасной пещеры.
– Почему же вас так странно одели? – улыбнувшись, старик снова дотронулся до тенниски Фомы. – Лазутчиков как раз одевают так, чтобы было незаметно, откуда они.
– По‑моему, это здесь все странно одеты, – пожал плечами Нил. – Как… как в средние века. Да! – он приободрился от этой мысли.
– Я видел на картинах и иллюстрациях такие вот сапоги, как ваши, – он показал на сапоги Гуль Тэрэка, они тоже загнуты кверху. И шаровары такие же, и все‑все!
– А мне кажется, – старик все еще с любопытством изучал их лица и внешность, – мне кажется, что вы пришли из белого света.
– Интересно, что он подразумевает под этим – «белый свет?» – шепнул Нил.
– Да, мы пришли сверху… – Фома жалобно заглядывал в лицо старику. – Не знаем мы никакой Ужасной пещеры. Отпустите нас!
– Белый свет… – прошептал старик. – Неужели я дожил до этого?
Он завел мальчишек в дом, сел, показал мальчикам, что они тоже могут сесть.
– Вот что, – заговорил он после недолгого молчания. – Если хотите, чтобы я вам в чем‑то помог, расскажите мне по порядку, ничего не скрывая. Если не хотите довериться – ваше дело. Но то, что вы люди из белого света, такая же правда, как вечность Матери‑Звезды.
Он торжественно положил руку на переплет растрепанной книги. Присмотревшись, Нил увидел, что переплет этот не похож на обычный – он из кожи какого‑то животного и украшен дорогой застежкой из серебра. Листы же похожи на те, которые они видели в музее, куда их водили на экскурсию. Их как‑то странно называли… кажется, «пергаментом?» И это еще больше убедило его, что они с Фомой, пройдя чуть не сквозь скалы, попали не только в другое государство, но и в другую эпоху. И без машины-времени. Первые люди в подземной царстве. Только вот какое здесь время? Какое столетие? Расспросить бы этого странного старика, который с таким волнением смотрит на них, ожидая ответа, а может быть, и рассказа.
– Да, господин Гуль, мы дети белого света.
У Гуль Тэрэка даже слезы выступили на глазах.
– Расскажите, какой он. Есть ли там звезда по имени Солнце, какой правитель владеет каганатом, сохранялись ли еще там книги, в которых описываются деяния людей и их история! Все расскажите, что знаете!
И мальчики, все более увлекаясь, стали говорить о своей станице Кунгаловской, о больших городах Москва и Ленинград, о речке ,который падает с гор, и о том, что больше нет владык в их родном краю всем владеет народ.
Гуль Тэрэк жадно слушал, иногда недоверчиво повторял: «А вы не обманываете меня, старика?» – таким неправдоподобным казался ему рассказ об изображении, которое передается по воздуху, об аппарате, который позволяет людям, находящимся вдали, слышать друг друга, о пучке света, который режет самые прочные металлы…
– Я верил, что сюда когда‑нибудь доберутся люди из белого света – так называется в старой книге, – он взглянул на полку, – земля наших предков. Поэтому, как только меня отправили в ссылку, я перебрался сюда, поближе к Горячей пещере. Ведь именно отсюда пришли в Вечнозеленую страну Звезд первые жители нашего подземелья…Наверно, потому, что все, кто давал названия, думал о покинутой ими земле, о лесах , где, как я знаю, светят настоящие звезды. И вы ведь тоже пришли оттуда…
– Да, оттуда, – сказал Нил таким тоном, будто он шел специально в Вечнозеленую страну Звезд и вот нашел ее.
– Ну и слава барану‑создателю! – дрожащим голосом сказал старик и тут же махнул рукой. – Привычка – вторая натура. Я тоже всю жизнь, как и все в этой стране, вынужден был делать вид, что поклоняюсь этому животному.
– Какому животному? – Нил, не понимая, уставился на старика.
– Барану, кому же еще!
Фома при этих словах многозначительно посмотрел на друга, словно говоря ему: «А в своем ли уме этот Гуль Тэрек?»
– Я вижу, вы удивляетесь. Потом, когда все вам расскажу, поймете что к чему.
Не докончив, Гуль Тэрэк встал.
– Сначала хочу угостить вас. Гости, прибывшие в нашу страну из белого света, не должны сидеть здесь голодными.
Лицо Фомы просияло.
– Нет, он вполне нормальный! – с радостью шепнул он Нилу, когда Гуль Тэрэк скрылся за дверью.
Вскоре хозяин дома возвратился. На достархане появились хлеб, варенье, мясо, абрикосы и сухие фрукты, а также три пустые чашки из красноватой глины и большой кувшин, наполненный коричневой жидкостью. Этот холодный напиток напоминал своим вкусом тархуна и был очень вкусен.
Гости не заставили себя долго ждать, особенно Фома. Он буквально за считанные минуты расправился с большим куском мяса – оно было сладковатым, затем принялся за варенье, запивая все это большими глотками напитка. Нил, хотя тоже проголодался, ел не спеша, пытаясь определить, что за фрукты им подали. Тем не менее не прошло и десяти минут, как на столе остались одни крошки. Сухофрукты мальчики съели быстро – от них не осталось ничего.
– Мы, может быть, съели все, что у вас было? – только теперь, насытившись, Нил почувствовал неловкость.
– Хоть я и в дырявом халате, но могу прокормить десяток таких гостей, как вы, – улыбнулся хозяин. – Сейчас покажу вам свое хозяйство. Заодно и поговорим обо всем дальнейшем.
Вслед за стариком мальчики вышли из дома – этот дом скорее напоминал хижину. Крыша его была из листьев, очень похожих на пальмовые, но ничего похожего на пальму вокруг не росло. Зато росло множество кустов, пышных и покрытых нежными зелеными листочками. Гуль Тэрек показал на них и пояснил, что если опустить эти листочки в холодную воду, то спустя некоторое время можно получить вкусный напиток.
– У нас он называется «чай», – сказал Фома.
Он быстро, на ходу, нарвал зеленых листочков. Кто знает, что могло случиться, а этот напиток в самом деле подбадривает словно настоящий крепкий чай. Вскоре наши путешественники миновали кусты и вышли к долине, которую видели, когда впервые вышли из Горячей пещеры. Гуль Тэрэк вывел мальчиков в поля, сплошь засеянные пшеницей. Выяснилось однако, что пшеницу здесь не сеют – она растет сама, нужно только вовремя се убирать.
А когда вернулись к хижине, старик повел их к ручной мельнице, показал, как молоть пшеницу. По виду она была совсем как земная, только зерна в два‑три раза больше.
– Это потому, что здесь всюду горячие источники, – пояснил Гуль Тэрэк. – Возле нас тоже есть такой.
И впрямь – в кустах, скрытый длинными ветвями, дымился родник.
– Им пользуются, когда нужно сварить мясо или птицу. Поэтому в домах нет очагов.
– А если нужно испечь хлеб? – спросил Фома.
– А хлеб я пеку вот здесь, – старик показал на зеленоватую каменную глыбу. – Она тоже горячая, потрогайте.
Фома опасливо прикоснулся к камню и живо отдернул палец. Но это не охладило его пыл. Все, что касалось еды, очень интересовало Фому‑Френсиса:
– А мясо где вы берете, господин Гуль?
– Скота я не держу, – ответил тот. – Зато здесь много птиц.
– А фрукты откуда?
– А там, за полями, фруктовые сады. Будет время посмотрите.
– Да‑а, – Нил еще раз огляделся вокруг. – Вот тебе и подземная страна! Кто бы подумал, что такое бывает!
Старик печально улыбнулся.
– Только вот как вы обходитесь со всем этим зимой? Где храните зерно? – продолжал неугомонный Фома.
– Зима? А что это такое? – удивился хозяин.
«Неужели здесь не бывает зимы?» – удивился Нил, потом стал объяснять тоном опытного учителя:
– Зима – это морозы. Воздух становится холодным, замерзает земля, деревья роняют все листья, а мелкие животные прячутся в норы. Люди тоже одеваются потеплее, потому что иначе они замерзнут, превратятся в ледышки.
– У нас есть не только горячая, но и холодная вода, Гуль Тэрэк начал обстоятельно рассказывать. – Но у нас все растения цветут и плодоносят круглый год. Если в поле погибает один стебель, рядом тут же появляется другой. Если же с дерева падает лист, на его месте появляется набухающая почка.
– Ну и чудеса! – протянул Нил. – Не удивлюсь, если сюда будут гурьбой стекаться люди, едва узнают о такой удивительной стране! Только бы нам выйти отсюда!
– Не спешите, – мягко сказал Гуль Тэрэк. – Вы еще только прибыли сюда и не успели ничего узнать об истории нашей страны Звезд, о его обычаях и порядках.
– Боюсь, что мы слишком скоро все это узнаем в лапах вашего начальника тайной службы, – пробормотал Нил.
– До того, как прибудет новая стража, у нас два с половиной дня. За это время можно будет что‑нибудь придумать, мои уважаемые гости! А пока…
Он показал им на небольшой деревянный помост над ручьем, который начинался у родника. Вода там уже была чуть теплая, и ветви чайных кустов обвивали ее со веет сторон.
– Сюда я часто прихожу думать, – Гуль Тэрэк пододвинул гостям порядком изодранные паласы и сам уселся на один из них. – А теперь слушайте…
Первый рассказ Гуль Тэрэка
В старое-старое время в зеленых лесах обитало племя лесных людей. Жили они тихо и спокойно. Были они рослыми ,умели быстро двигаться, имели хороший нюх и длинные волосатые руки.
Был у них город Уранхай. Свои вожди. Союз племен лесных людей под названием Тунгу. Иногда лесные люди общались с чужими людьми. Иногда эти люди жили у них. Попадались и женщины.
И чем-то лесные племена не угодили племенам других людей. Беда пришла с приходом в город другого племени лесных людей с Запада, небольшого роста и другого языка. Это племя бежало от чужих людей. Вскоре пришли захватчики.
Об этом прочел Гуль Тэрэк. В старой каменной хижине он случайно обнаружил рукопись Маюнно Кайо «Книга скорби».
Гуль Тэрек и не подозревал, что огромная пещера, в которой он родился и вырос, – всего лишь часть огромной Вселенной.
Но талтош-шаман лесных людей по имени Маюнно Кайо страница за страницей описывал, как на город Уранхай, живущий мирной, спокойной жизнью, внезапно напали чужеземцы, другие люди, в чешуйчатых металлических одеждах, блестящих шлемах.
