С замиранием сердца смотрели они, как в течение нескольких часов погибло все, что с таким трудом было создано несколькими поколениями. Маюнно Кайо привел слова из древней Авесты, словно повествующие о том, что он видел сам спустя столетия:
Быстрых коней наших. Митра, враги уводят.
Наши сильные руки ножами, о Митра, лишают мощи,
Нас повергают ниц…
Маюнно Кайо был старым лесным человеком, остальные из тех, что спаслись от смерти, были дети. Ночь провели они в горах, но наутро и их увидели безжалостные чужеземцы и бросились за ними в погоню, осыпая тучей стрел. Израненные, обезумевшие от страха дети и с ними шаман Маюнно Кайо бежали в горы. Все дальше и дальше углублялись они в подземные пещеры, все ниже и ниже опускались в подземелье.
Когда же они прошли сквозь радужную пещеру, сверкающую всеми красками и ослепляющую своим блеском, вдохнули прозрачный, чистый воздух нынешней Вечнозеленой страны Звезд – стана, они впервые поняли, что опасность миновала.
Старый Маюнно Кайо замыкал шествие. Впереди же шел четырнадцатилетний мальчик по имени Джабраилло ,сын лесного человека и женщины других людей.. На спине он нес четырехлетнего Гиву – брата своей сверстницы. Остальные плелись за ними, задыхаясь от жары и громко плача от страха.
Оказалось , что в пещеры жили люди. Племя пещерных людей –карликов Албасов. В племени остались одни старики ,было немного женщин. Между кланами племени Албасов недавно закончились междоусобные войны. В живых осталось немного. Жрец пещерных людей звали Ди Лин .
Удивило старого шамана ,что лесные люди сразу поняли язык пещерных людей. Похоже помогло то радужное свечение в пещере ,позволившее понимать друг друга , разговаривая на разных языках.
Маюнно Кайо и Ди Лину удалось договориться о совместной жизни.У лесных людей было довольно много подростков мужского пола , у Албасов – молодых женщин.
На первых порах беглецы испытали много невзгод, и если бы не мудрая помощь старого шамана Ди Лина, вряд ли бы выжили. Он учил лесных людей, как месить тесто из пшеницы, росшей на полях, варить мясо в роднике, искать яйца диких птиц.
Вскоре пещеру огласили детские крики рожденных детей.
Шли годы. Дети подросли, и советы стариков казались им уже ненужными. Маюнно Кайо и Дин Лин, прежде руководивший всей жизнью беглецов, постепенно уходили в тень, основные же распоряжения давал Джабраилло. И когда однажды Джабраилло заявил, что он хочет быть великим повелителем этой страны, никто не удивился, только Маюнно Кайо пробормотал:
– Стоило убегать от власти земного Сотрясателя Вселенной, чтобы попасть под власть подземного…
Но его грубо оборвали, и два жреца поспешил уйти в свою хижину и с тех пор жили там одиноко. Дин Ли вскоре умер.
Маюнно Кайо задумал написать книгу обо всем, что пережили первые поселенцы страны, чтобы их потомки знали о своей родине, теперь такой недостижимой.
Новый повелитель, наоборот, запретил вспоминать о земле, откуда они бежали. Он боялся, что любознательные потомки откроют, дорогу в белый свет и кончится его власть. Годы сделали свое дело, и только смутные легенды говорили о Ужасной пещере, откуда могут прийти нежданные гости, представляющие опасность для Вечнозеленой страны Звезд.
Но в тишине своей хижины забытый всеми Маюнно Кайо делал свое дело. Он искал возможность передать потомкам правду. Из кожи телят в скором времени он научился делать тонкие листы, на которых, если выскоблить их добела, можно было писать. Шаман раньше не думал, что он способен на такой подвиг, ведь и книгу‑то он видел только издалека, а буквы алфавита изучил, когда мальчиком его научил пленный другой человек ,найденный , пришедший издалека. Тогда же они научился рисовать слова. И начал записывать историю лесных людей.
И он не только писал книгу, но и стал учить детей грамоте, рассказывая им о древних мудрецах, об Авесте – великой книге, созданной в незапамятные времена.
Вскоре он умер, но завещал свою книгу лучшему ученику. А тот предал его – он принес книгу во дворец, отдал ее главному тойону Карасалу. Карасал не питал зла к Маюнно Кайо, но ему тоже не хотелось, чтобы что‑то менялось в налаженной жизни. И он приказал спрятать ее в самом дальнем углу дворца, в комнате, где постепенно скапливались старые, никому не нужные вещи. Потом ее выбросили, и если бы Гуль Тэрек случайно не нашел ее, так она и пропала бы без вести.
Второй рассказ Гуль Тэрэка
…Рассказывая все это, старик прижимал книгу к груди и любовно гладил тонкими длинными пальцами старые, заскорузлые страницы.
Потом он рассказывал о столетиях, прошедших с того времени, когда в Вечнозеленую страну Звезд появились новые поселенцы. В результате смешивания появилось новое племя .
И, наконец, Гуль Тэрек перешел к более близким временам.
Сам он родился и вырос в годы правления Самба Биримба Барамба Четвертого из династии Длиноруких. Отец Гуль Тэрека занимал должность главного сыщика, поэтому они жили в одной из лучших комнат Дворца Золотого Тунгу, пользовались многими привилегиями, предоставленными самим владыкой. Гуль был ровесником Самбы Курланкаана Пятого – единственного наследника трона. Учил их, как и всех детей придворных, один и тот же учитель, и мальчики иногда даже играли вместе.
Вот почему, едва Самба Курланкаан Пятый стал владыкой страны, Гуль Тэрек был тут же назначен на должность главного визиря. И хотя ему исполнилось, как и повелителю, всего двадцать один год, он отличался степенным, спокойным характером и умел делать свое дело мудро и рассудительно.
Почти сорок лет Гуль Тэрек состоял в этой должности. За это время в Вечнозеленой стране Звезд многое изменилось к лучшему: справедливее делили урожаи, дети обучались грамоте.
Появилось новое крепкое племя лесных и пещерных людей
Страна состоял из двух провинций – Пещеры Щитомордника и Горячей (иногда ее называют Огненной) пещеры. Их разделяла гряда высоких и голых вершин, подобных огромной каменной стене. Пробраться из провинции в провинцию можно было только через тоннель, называемый Тропой Мрака.
Зерно, мясо, фрукты и конопля были главным богатством страны. Золото и многочисленные камни, которые на Земле считаются драгоценными – рубин, бирюза, аметисты, алмазы – считались в Вечнозеленой стране материалом, годным только для украшения зданий. Вот почему даже хижина Гуль Тэрека, живущего в стороне от городов, была украшена узорами из алмазов, ослепительно сиявших в свете планет.
Самым ценным товаром считался лён. Он рос только с края долины и все попытки посеять ее в другом месте не увенчались успехом. Поэтому пучки льна употреблялись вместо денег: ведь именно из льна ткали тонкие и грубые полотна, в которые одевались жители страны. Выбеливали полотна долго и сложно, вот почему только повелитель и придворные могли носить одежды белого цвета. Все отвыкали от вонючих звериных шкур.
У Самба Курланкаан Пятого долго не было детей. Его жена Цэрэн была сестрой главнокомандующего Бурбулита Нилха Сангуна и ее коварство и злой характер были всем известны. Потому Самба Курланкаан Пятый в конце концов взял себе и вторую жену – молодую и красивую Оэлун, сестру наместника Пещеры Щитомордника Чучунаа Головастого.
Но по воле слепого рока, как только стало известно, что молодая жена ожидает наследника, то же самое объявила и старшая.
Оба сына родились почти одновременно. Старшего из сыновей нарекли Самба Дунгуонноту, а младшего – Се Кебаян.
Через два года Оэлун родила девочку. Старшая же, Цэрэн, всю свою любовь отдала единственному сыну, Самба Дунгуонноту .
Возле старшего сына падишаха всегда был рой слуг, и он рос ленивым, капризным и жестоким, как мать. Ему было лень умываться, одеваться утром, раздеваться вечером, хотя и это делали за него слуги; он ленился даже переворачиваться с боку на бок. Учителя мучились с ним: он не мог запомнить простейших действий арифметики.
Что же касается упражнений, укрепляющих тело, то заставить его заниматься ими не смогла даже мать.
Се Кебаян, наоборот, был сдержанным, воспитанным и старательным. Его красноречие и зоркость удивляли даже зрелых мужей. В десять лет он метко посылал стрелы в кольцо, а в одиннадцать лет научился ловко и грациозно фехтоваться.
Сестра же его Тин-Тин своей ласковостью и скромностью заслужила любовь всех дворцовых слуг.
Когда сыновьям исполнилось по двенадцать лет, Самба Курланкаан Пятый неожиданно умер. И сразу же началась ожесточенная борьба за трон. Хотя повелитель при всех выразил свою волю, назвав будущим наследником Се Кебаяна, главнокомандующий Бурбулит Нилха Сангит взял сторону своего племянника, утверждая, что Се Кебаян моложе на три дня Самба Дунгуонноту, и, следовательно, судьбу страны нельзя поручать такому молокососу. Ловкая и хитрая Цэрэн тоже не жалела сил на подкуп высших сановников Вечнозеленой страны Звезд.
Главный визирь Гуль Гойгой, наместник провинции Пещеры Щитомордника Чучунаа Головастый и военачальник этой провинции потребовали исполнить волю повелителя. Но приверженцы Самбы Дунгуонноту были более организованы. К ним присоединился начальник тайной службы Килтаню Соглядатай, главный казначей Выпыскат – Бубен, и многие другие, подкупленные или запуганные.
Оэлун с сыном была изгнана, она ушла к своему брату – наместнику Пещеры Щитомордника, который, в свою очередь, объявил, что никогда не подчинится самозванцу Самба Дунгуонноту – войск для этого ему хватит!
Так впервые в истории Вечнозеленная страна Звезд разделился на два самостоятельных государства, враждующих между собой.
– Так мы, выходит, на территории Горячей пещеры?
– Да, – вздохнул Гуль Тэрек. – И это очень печально. В провинции пещера Щитомордника живется все‑таки лучше. И он снова вздохнул.
– А почему дали такие названия пещерам – Щитомордник, Огненная?
– Дело в том, что, как вы убедились, здесь почти всегда бывает светло, тепло. Свечение создает такой климат, при котором нет зимы, как вы назвали холода. К тому же здесь все блестит – как пламя, которому еще до водворения сюда поклонялись наши предки.
– А Щитомордник?
– Там холоднее. Кроме того, она похожа на длинную изгибающуюся змею – стены ее и справа, и слева видны невооруженным, глазом. А основанием, больше всего послужило то, что один из первых поселенцев умер, укушенный змеей, и произошло это именно в той провинции. Вы же помните, я говорил вам, что сначала жителей были считанные единицы, и смерть, каждого была большой бедой для остальных. Потом уже, когда народу стало много, жизнь человека перестала рассматриваться как величайшая ценность. И теперь здесь, у нас, она вообще ни во что не ставится. Ки Эр Гилью Первый за несколько лет своего правления довел страну до полного безумия.
– Ки Эр Гилью Первый, говорите? – спросил Нил. – Кто это?
– Да все тот же – сын Самба Курланкаан Пятого Самба Дунгуонноту, – грустно улыбнулся старик. – Он сам выбрал себе такое имя. У нас вонь и грязь сейчас – первый признак
