такое в состоянии понять и оценить. Эти нежные женщины и в аду оставались добрыми и участливыми к судьбам других людей, неважно кем те в итоге стали, перед тем, как попасть сюда. Пиаф, французский воробышек, первой подхватилась, как могла, стала помогать нагрянувшим откровенно живым людям, в неких странных одеяниях упорно пробивающихся куда-то, к только им известной цели, причём явно находящейся далеко за пределами вот этого железно очерченного второго круга. Их невидимая цель и в самом деле где-то там неслась вперёд, словно под горку скатывалась, прямиком в ненасытную адскую глотку.
Будучи теперь абсолютно эфемерными субстанциями, ничем особым помочь русским спецназовцам Дункан и Пиаф просто не могли. Но всё равно их моральное участие, их ангельски подбадривающее чириканье за спиной в натурально посмертном аду: «Чуть жив! Чуть жив!», пришлись обоим спецназовцам более чем по душе. «Пусть и не родина-мать воодушевляет, но хоть что-то!». Может быть, именно поэтому они заранее дали обещание девушкам на обратном пути как-нибудь помочь им вернуться в мир живых, а затем и отпраздновать сие действительно великое возвращение в ресторанах на их любимых набережной Дез Орфевр и бульваре Лёфебвр. Естественно, под бурные овации парижан, может быть к тому времени переставших рыдать по ним или хотя бы не ровно сорока тысяч. Однако, кто бы сомневался, но и остающиеся тысячи всё равно встрепенутся, сразу узнают своих давних кумиров, после чего от нахлынувшей беспредельной радости навсегда перестанут как прежде букву «ры» выговаривать.
Обе предельно жизнелюбивые феи ада от столь заманчивых перспектив возбудились как никогда и чего только не пели оперативникам ФСБ, как только при этом не пританцовывали словно бы босиком по адским углям, вскрикивая: «Ой, мамочки, припекает!». При этом «Волкодав», то есть, капитан Владик Хлебников, долго-предолго засматривался именно на Пиаф, словно бы проницая, что перед ним тот самый воробышек, средоточие так и невысказанной мировой любви, всеми предполагаемой основы всего на этом свете, почти такой же любви, какая была и у него с Наташей. Потому что, по сути, в глазах действительно сильных и мудрых мира сего они и в самом деле абсолютно ничем от воробышков не отличаются. Только с другими перышками и клювиком теперь была та птичка, поскольку и люди-то всё-таки повсюду немного разные.
Забегая вперёд, следует сказать, что впоследствии, гораздо-гораздо позже их первого знакомства, обе красавицы, Пиаф и Дункан, помогли успешно сорвать внезапную атаку отборных суккуб-коммандос, начавших пикировать из-под купола ада на десантников, за которыми увязались обе неугомонные актриски. Эта атака была предпринята по команде Люцифера и под непосредственным руководством верховной суккубы Ларисы, первой заместительницы сатаны, бывшей земной «валькирии революции». Великие говоруньи, певуньи и танцовщуньи, Пиаф и Айседора тогда попросту заболтали всякой всячиной летающих повсюду огромных штурмовых гадюк-суккуб, да с таким результатом, что те, едва приземлившись и заслушавшись бывших земных сирен, окончательно теряли ориентацию в пространстве, а также во времени. После чего дружно отканывали в никуда. А их командующая, теперь «красная барыня преисподней» Лариса Рейснер просто за голову хваталась, не зная, как об этом неожиданном разгроме доложить начальству. «Лисоплащ» и «Волкодав» меткими выстрелами из своих трансинфернальных дезинтеграторов смогли прямо на лету сбить, а потом и распылить несколько суккуб особо тяжёлого многомоторного класса, может быть даже беременных от какого-нибудь важняка-демона, приближённого сатаны. Другие сбитые суккубы принимали прежние псевдочеловеческие формы и тут же падали лицом вниз в искажённые новыми судорогами оболочки коренных обитательниц преисподней. И, слушая волшебное пение бывшей слепой девочки Эдит Пиаф, проникаясь великой «Примаверой» Айседоры Дункан, уже там безутешно рыдали и разбивали себе головы об камни.
Лариса не переставала удивляться приключившимся невиданным перформансам и настолько потрясающему побоищу её лучшей гвардии. Такое бы вооружение, как у этих двуногих козявок, да им бы с Львом Давидовичем ссудить во время гражданской войны! Хотя бы оснастить им великий бронепоезд реввоенсовета «Америку», своими рейдами по фронтам и тылам советской республики и без того выворачивавшего её наизнанку! Тогда бы и Фанни Каплан с такой пушечкой не промахнулась, выполнила до конца тайное задание Свердлова на заводе Михельсона! И мировой пожар не запоздал, потому что «красный демон всемирной революции» в этом случае уж точно бы добился своего, создал-таки небывалую, на всю Землю, красную республику, целиком и полностью состоящую из одних только трудовых армий благодарного человечества. Тогда, в логической оконцовке нового трека мировой истории, стало бы понятным и происхождение самого названия великого бронепоезда Реввоенсовета, подпалившего факел всемирного пожара. Ведь Троцкий приехал в Россию летом 1917 года начинать мировую революцию как раз из Америки, именно её идеалы воплощать. Заждавшиеся демоны кровавого передела мира, давно инкорпорированные в Россию, срочно подхватили его, тут же назначив председателем столичного Петросовета. Всего через два месяца, пока Ленин по обыкновению трусливо отсиживался в финском Разливе и финны его не выдали, обеспечив себе потом независимость, Петроградский совет во главе с Троцким и осуществил победоносный большевистский переворот, первый с цепи предстоящих перманентных революций по установлению на всей планете принципиально иного порядка идей и вещей. Это по его приказу будущий комиссар Балтфлота и верховная суккуба ада Лариса Рейснер на крейсере «Аврора» скомандовала «Пли!» его носовой орудийной башне по главной цели начавшейся всемирной революции - Зимнему дворцу и спрятавшемуся в нём русскому Временному правительству.
А теперь бывшая «валькирия революции» отдавала «Пли!» всем своим демонам и суккубам, без устали атакующим возмутительно живых землян из всё той же страны на Большой Земле, её бывшей родины. Но теперь она выступала за врага рода человеческого и они с ним откровенно проигрывали. Может быть потому что не существовало за её спиной легендарного бронепоезда Реввоенсовета красной советской республики, лишь угрюмые черти со всех сторон продолжали стеной валить на несдающиеся крупинки человеческой жизни, неизвестно каким ветром занесённые в кромешную преисподнюю. Над ними завывали, кружась, пикирующие суккубы и поднятые по тревоге новые эскадрильи кровожадных гарпий готовились к высадке решающего десанта в тылу неустрашимых землян. А неподалёку две почти ожившие земные девочки босиком танцевали на стынущих углях отгорающего ада и с явным вызовом торжествующе вопили: «Ура-а! Мы ломим! Гнутся черти!». И, судя по всему, теперь их почти не припекало. А черти действительно гнулись.
Глава 15. Последний бонус.
Больше всех историков и археологов суверенный князь тьмы умел читать историю Земли и человечества как развёрнутый и по экспоненции прирастающий архив невероятных падений и катастроф. С картинками и всеобъемлющим контентом-содержанием. Благодаря этому всезнающий Люцифер всегда подмечал малейшие искры или шорох в обоих без устали трущихся друг об дружку мирах и другие весьма подозрительные приметы не только любого грядущего катаклизма, но и даже небольшой человеческой драмы. В том числе и пока что незначительные нюансы в поведении именитых парижанок, похоже оказавшихся подрывными агентами землян. Но до поры до времени не вмешивался. Пусть до конца проявятся. Они сами себе навредят похлеще сатаны. Конечно, многомудрый дьявол, вместе со своим многоукладным хозяйством повидавший всякое, давно ничему и никому не удивлялся. Тем более таким мелочам, как ссоры подруг на ровном месте или спонтанные обнимашки, а то и новой дружбы против кого-нибудь. Сатана мгновенно сообразил, что и Пиаф и Дункан, какими бы милыми зайками прежде ни казались, однажды совершенно предсказуемо восстанут и против очередного не устраивающего их порядка, который так сейчас ненавидят и хотят от него нестись сломя голову. А всё потому что горбатых могилы не лечат, даже преисподняя таких не исправляет, как ни старается. В таком случае, сбежав обратно на Землю, они вполне могут стать новыми Пассионариями и перевернуть если и не весь тамошний мир, то отдельно взятую страну наверняка. Чего дьяволу всегда только и требовалось. Поэтому он не колебался и сразу решил отпустить буйных красоток обратно в их прежние координаты на поверхности. С последним, решающим ходом повременил, играя пока этими фигурами втёмную, доводя до последней кондиции.
Всевидящее око Люцифера задолго до разгрома его передовых армий подмечало не только поведение полезных ему бунтарей и революционеров. Оно фиксировало и предвидело без исключения буквально всё, что происходило или только может произойти у него на подворье. И немудрено. Словно под своей увеличительной лупой лупатый сатана непрерывно держал на прицеле каждую былинку у себя в хозяйстве, любой писк и уж тем более хотя бы отчасти крепнущее антропоморфное блеяние. Как и на Земле, измена могла последовать отовсюду и в любой момент. Малейшие подвижки в сложившейся системе внутриадских мероприятий мгновенно фиксировались верховным сюзереном подземного мира и сразу принимались им к сведению, после чего становились побудительным мотивом к безотлагательным действиям по решительному перелому любой неблагоприятно складывающейся ситуации. Оснований надеяться на успех всегда имелось более чем достаточно. Прежде всего потому что сатана до этого никогда не знал поражений, если не считать изначальной стычки с богом, приведшей к его знаменательному падению с неба и основанию великой преисподней.
В принципе, довольно крутая теперь имелась у дьявола империя и сам он во главе её, чего там. В случае появления желающих повторить столь грандиозный кунштюк было бы у кого и чему поучиться. Впрочем, таких попыток давно не было. Все более или менее достойные претенденты в его ученики и последователи из числа отборных тиранов и злодеев человечества с незапамятных времён томились у него в персональных застенках, давным-давно повыдав новому шефу всё что знали и умели. Больше ничего из них выжать было нельзя, выпотрошены до самой шкурки. Другие возможные кандидаты в адское политбюро тоже не вчера отсеялись, уйдя в райское инобытие к тому самому непобедимому конкуренту, к богу. А новых просто не имелось. Поэтому сатане приходилось рассчитывать исключительно на себя и свои доморощенные кадры, которые по идее должны были по-прежнему эффективно решать всё что угодно. Он их сам рекрутировал из человечества, муштровал и выпасал до финиша, а потом забирал к себе на повышение, в точности как не так давно Ларису Рейснер.
Ещё при прохождении спецназовцами круга первого, в сложившейся на редкость экстраординарной ситуации князем тьмы, поспешно объявившим себя Верховным главнокомандующим ада, прежде всего было отмечено и взято под
