кувшинок, бережно срывая их нежные бутоны и сплетая из них венок для Марго. Но едва он касался цветка, как из раскрывшегося бутона вылезали блестящие перламутровые жучки. Они расправляли свои крошечные, перепончатые крылья и, кружа над головой Марго, выстраивались в призрачный хоровод, образуя светящийся нимб.
Проснулся Валерий в холодном поту, охваченный острым, необъяснимым предчувствием беды. Воспоминания о событиях прошедшей ночи нахлынули вновь, вызывая тревогу и волну неприятных ощущений. Он попытался отмахнуться от них, но они цеплялись, словно липучки, за самые потаённые уголки его сознания. Валерий понимал, что не имеет права демонстрировать перед Марго свою слабость. Собравшись с духом, стараясь придать голосу нарочитую бодрость, он произнес:
— А кто это у нас прячется под одеялом? Не пора ли прекрасной даме вставать?
— Кофе... Приготовь, пожалуйста, кофе...
— Да, конечно! Без сахара и со сливками?
— Ага...
Пока Марго пила бодрящий напиток, Валерий обдумывал, как уговорить её на добровольное затворничество. Но, не найдя убедительных слов, он промямлил что-то про самоизоляцию и осторожность, не забыв упомянуть о сексе, которого у них теперь будет хоть отбавляй.
— Какие будут возражения?
— Возражения? А что нам ещё остаётся? Секс от скуки – это же так романтично!
— Я тебя обидел? Прости. Слушай, а давай закажем что-нибудь вкусненькое на вечер и устроим настоящий пир! Что тебе хочется?
— Мне всё равно. Заказывай, как сам считаешь нужным. Я бы сейчас чего-нибудь выпила. Только не крепкого.
— Вина? Или, может, пива? А к пиву – морепродукты? Ага? Много морепродуктов! Обожаю кольца кальмаров! А ещё пусть будут креветки и лангусты! Вот в Тайланде морепродукты на каждом шагу...
— При чём тут Тайланд?
— Ассоциация... Сейчас Костя туда летит.
— Пусть летит куда хочет! Трус!
— Давай не будем его осуждать? Он многое для нас сделал.
— Тайланд... А я вот никогда не была за границей! У меня даже загранпаспорта нет! Так хотелось мир посмотреть... Видать, не судьба!
— Не унывай, всё будет! Мы и заграницы посмотрим, и себя покажем! После карантина первым делом организуем шопинг! Купишь всё, что душа пожелает! Мне тоже не помешает обновить свой гардероб. Вместе и пойдём. А потом... Придумаем что-нибудь.
Глава двадцать первая.
Шесть дней они провели в добровольном заточении в комнате Марины. Занавешенные окна, выключенный свет и телевизор, запертая на ключ дверь – всё это создавало атмосферу полной изоляции. Общались они приглушенными голосами, чтобы никто не догадался о присутствии людей в комнате. Единственным связующим звеном с внешним миром была ежедневная доставка продуктов, осуществлявшаяся раз в сутки в обеденное время с соблюдением мер предосторожности. Но всё рано или поздно кончается; их самоизоляция тоже близилась к завершению, и уже завтра они смогут выбраться из своей "темницы" и обрести свободу передвижения. Впрочем, установленный ими же недельный срок не давал никакой уверенности в том, что угроза сама собой исчезнет и жизнь вновь войдет в привычное русло. На подсознательном уровне они очень надеялись на это. Но разум не позволял им окончательно расслабиться – угроза никуда не делась!
Во время изоляции Марго не забывала колдовать над оборотной стороной плаката с изображением Николая Баскова. Она безжалостно втыкала в него цветные кнопки с фамилиями подозреваемых, преумножая размеры "Фермалендовского спрута". Однако, как полагал Валерий, это уже не имело практического смысла. Общая картина для него прояснилась, а непосредственных обидчиков Марго можно было вычислить без каких-либо дедуктивных построений или унизительных ритуалов Вуду, направленных на невиновного в их бедах Николая Баскова.
— Пожалела бы ты главного лирического тенора России, Марго? Он у тебя скоро в ёжика превратится! — пошутил Валерий, рассматривая её схему.
— Тут хоть какая-то польза от него! — парировала Марго. — Пусть послужит праведному делу: преступников поможет разоблачить!
— Всё бы шло по плану, но есть один нюанс! Ты помнишь, что срок нашего пребывания здесь подходит к концу? С Басковым тебе придётся скоро распрощаться. Марина выкатит нам счёт, если заберём плакат с собой: будет скандал! Впрочем, она и так не простит тебе глумление над её кумиром.
Как бы им ни хотелось этого, но через четверо суток им предстоит освободить комнату Марины, так как она скоро возвращается из отпуска. С другой стороны, смена локации в текущей ситуации была для них даже выгодна. Но вновь оказаться в подвешенном состоянии – перспектива не самая приятная. Марго сгоряча предложила перебраться к её бабушке в деревню, но тут же отмела эту идею: слишком далеко и к тому же опасно!
— Марго, час настал! Завтра утром идём по магазинам! Мне деньги жгут ляжку, как говорил герой одного известного фильма. Будем тратить их на обновки! И ещё... Позволим себе немного излишеств! Ты готова к выходу в свет? Как насчёт нарядов и излишеств?
— Я не привыкла, когда за меня платят, — потупила она взгляд. — Обычно я сама покупаю себе вещи.
— Ерунда! Но если тебе некомфортно, считай это исключительным случаем. Ну что, кутить будем? Развратом заниматься будем? Что насчёт алкоголя...?
— Знаешь, мне многого не надо, — Марго пожала плечами. — Я не привередлива, мне подойдет любой стиль одежды. Даже спортивный; в моём случае он будет даже практичнее. Лишь бы не стыдно было по улице ходить.
"Вот же кривляка! Наверняка ведь лукавит!" – подумал Валерий, наблюдая за сборами Марго. – "В природе не существует женщин, которых не интересуют наряды!".
Покупка обновок, хоть и не является значимым событием, приносит немало приятных моментов. Особенно, когда ты одет как биндюжник и устал от недоуменных взглядов, в которых читается немой вопрос: "И как этот, с виду интеллигентный человек, докатился до такой жизни?" И ведь не расскажешь – как!
Казалось, прошла вечность с того момента, как Валерий, тайно следуя за Марго, защитил её от нападения, став при этом соучастником убийства. Тогда это обстоятельство спасло Марго жизнь. Поэтому они решили повторить этот трюк: Марго первой покинет общежитие, а Валерий, сохраняя дистанцию, но не выпуская её из виду, будет сопровождать её до самого магазина. Таким образом, они надеялись выяснить, ведется ли за Марго наблюдение, и Валерий, в случае чего, сможет оказаться рядом. В глубине души, конечно же, оба рассчитывали на лучшее. Но, как говорится, на Бога надейся, а газовый баллончик из арсенала Марины им точно не помешает!
— Всегда носи его с собой! — протянул он Марго газовый баллончик. — Это куда лучше горсти песка в глаза...
— Хорошо. Спасибо! Надеюсь, он не понадобится...
Они вошли в торговый центр порознь. Их пути вновь пересеклись в заранее оговоренном месте – отделе женской одежды под вывеской "Стильно и точка". Валерий, наблюдая за Марго, с интересом следил за её реакцией. Напускное равнодушие, с которым она осматривала манекены, не могло скрыть от него истинных эмоций: в глазах Марго то и дело вспыхивали огоньки страсти при виде изящных нарядов, элегантной обуви и соблазнительного белья. "Что ж, женщина есть женщина!" – промелькнула мысль. Марго, казалось, испытывала неловкость, демонстрируя Валерию свою заинтересованность в нарядах, и он прекрасно это замечал. Примерка платьев и изучение нижнего белья приносили ей явное удовольствие; она с легким смущением спрашивала его мнение, какое платье он хотел бы видеть на ней.
После того, как Марго подобрала себе новые вещи и принарядилась, Валерий также обновил свой гардероб, полностью сменив одежду и обувь, вознамерившись избавится от старья в ближайшем мусорном контейнере.
Завершив покупки, они с явным удовлетворением покинули магазин. Было бы непростительно не отметить завершение самоизоляии и столь продуктивную вылазку в торговый центр. Идея Марго отправиться в кафе с весьма говорящим названием – "Утоли мои печали" – пришлась Валерию по душе. Он знал это кафе прежде, и оно ему тоже нравилось.
Утренняя прохлада постепенно уступала место летнему зною. Устроившись за уютным столиком, Марго заказала ром с кокосовым молоком и ананасовым соком. Валерий вдруг осознал, что в дни, последовавшие за его эпическим падением в болото, его ни разу не тянуло на крепкие напитки – словно кто-то его закодировал. Взяв пример с Марго, он тоже заказал коктейль с многообещающим названием "Мохито". Из закуски они выбрали канапе с копчёным лососем, мини-рулеты из лаваша с овощами и сыром и хрустящие сырные палочки. Казалось, будто и не было той кошмарной ночи, после которой их жизнь кардинально изменилась. Сейчас они были обычными посетителями кафе, влюблённой парой, которая ничем не отличаясь от других. Чтобы продлить это ощущение покоя и безмятежности, Валерий, по завершении трапезы, предложил Марго прокатиться на речном трамвайчике. Марго согласилась.
– Здорово! Как в детстве! Мы с папой тоже катались по реке на речном трамвайчике… – задумчиво произнесла Марго. – А теперь вот – с тобой!
Что она хотела этим сказать? Комплекс "папочка" – это не про Марго. Тогда что же?
Они шли к пристани, и Валерий не мог оторвать взгляда от Марго. Она заметно преобразилась после похода по магазинам. На ней было новое платье цвета морской волны, выгодно подчеркивающее её стройную фигуру, женская сумочка чёрного цвета гармонично свисала у неё с плеча на тонком ремешке, а элегантные туфли на каблуках придавали ей ту утонченность, которой, как казалось Валерию, ей всегда недоставало. Даже походка её изменилась – стала изящнее.
Валерий невольно перенёсся в прошлое, вспомнив их первую встречу. Та Марго, пугливая и дерзкая, с растрепанными волосами, выглядела совершенно иначе. Она предстала перед ним маленьким чертёнком, вылезшим из печки. А сейчас рядом с ним шла изысканная дама с легкой, томной улыбкой на губах.
Приближающийся речной трамвайчик замедлил ход и плавно пришвартовался. Пассажиры, предвкушая приятное путешествие, начали подниматься на борт. Марго предложила расположиться на верхней палубе, чтобы наслаждаться лучшим обзором и вдыхать свежесть речного ветра. Когда все заняли места, судно медленно отчалило, оставляя позади причал и шумную набережную.
Набирая ход, трамвайчик неспешно обошёл гружёную щебнем баржу, толкаемую вперёд могучим буксиром. Марго помахала буксиру рукой, ей ответили тем же. Снующие моторные лодки, музыка, звучащая на трёхпалубном круизном теплоходе, прогулочные катера – всё свидетельствовало о том, что река жила своей бурной, насыщенной жизнью. На дальнем берегу, вдали от купающихся, кто-то, очевидно, осваивал виндсерфинг, неуверенно балансируя на доске под парусом. Валерий и Марго, держась за перила, вдыхали свежий речной воздух, наблюдая за этой живой картиной. На время они забыли обо всех невзгодах и неприятностях последних дней. Умиротворение овладело их душами.
Вскоре трамвайчик, совершив плавный поворот вокруг заросшего лесом острова, свернул с главного фарватера и, обогнув бакены, направился к месту
