(Схоже с советом американца Пол Генри О`Нила: «Вы должны схватить читателя за глотку в первом абзаце, во втором – сдавить покрепче и держать его у стенки до последней строки».)
Помню, за сутки на одном дыхании написал рассказ, который позже доработал и дополнил. В результате он стал повестью. Назвал его «Необходимость». Сознавал, что название не ахти какое. Но ничего более путного в голову не приходило.
Спустя немалое время опять задумался над заголовком. Сильно досадовал. Озлился на себя и даже обругал: «Ты же уверен, что всегда способен придумать хороший заголовок. А как с этим? Докажи, что ты умеешь это делать!..»
И словно бы открылось второе дыхание, тут же стали рождаться варианты заголовка. Пришлось даже выбирать. Остановился на таком – «Ловушка для убийцы». Под таким повесть и публиковалась в газете с продолжением. Покупал каждый номер газеты. И вот в очередном номере окончания «Ловушки для убийцы» не увидел. Зашёл в редакцию, а там чуть ли не побежали ко мне навстречу. Сообщили, что кто-то выкрал последние страницы повести, желая узнать, чем эта история завершится. Потому опубликовать её не смогли, принялись искать мой телефон, чтобы получить рукопись, иначе...
Пообещал завтра же утром принести, что и сделал. Так читатели узнали, чем завершилась «Ловушка для убийцы».
Так вот, я придумывал Ш.С. не только заголовки, но и концовки к его рассказам. В этом я тоже поднаторел. Обычно я писал свои произведения, зная именно то, чем всё завершится. Крайне редко случалось иное. Потому навострился придумывать концовки. Порой дарил приятелю такие, что сам жалел: мог бы написать свой рассказ. Но душил в себе такие мысли: бери, пожалуйста, не жалко от щедрот моих!..
И вот он меня «отблагодарил». Однажды в самой известной республиканской газете появился рассказ про золотую рыбку, подписанным его именем. Я прочитал и изумился: это был мой рассказ. Почти мой. Он взял мой сюжет и более подробно, цветисто изложил о том, как торгаш выловил золотую рыбку. Она намеревалась откупиться, предлагала дворцы, злато-серебро, красавиц, но он отказывался – всё это у него было. Рыбная ловля для него только хобби.
При встрече я спросил Ш.С., как же это так случилось, это же мой рассказ. Он сделал морду кирпичом и ответил:
- Я не читал его.
Я ему напомнил, что подарил ему свою книгу «Редкий автограф», в которую она входила. А до того печаталась, и не раз, в газетах.
Не помню, что он тогда ответил. Возможно, ничего не ответил. Было у него редкое умение уходить от прямых ответов, переводить разговор или отвечать на вопрос своим вопросом.
Позже он стал редактором юмористической передачи на радио. Я писал ему фельетоны. Он просил приносить как можно больше. По мере сил я старался, он получал обычно два или три таковых. И всегда ему было мало.
Позже на его месте оказался я. В той самой редакции. Однажды заглянул в архив. Не помню по какой причине, открыл папки с материалами прошлых передач, где имелись разметки гонораров. Заметил знакомые листы – моих материалов, которые я приносил Ш.С. Как же я удивился, когда увидел, что в большинстве из них были отрезаны низы листов, где стояла моя фамилия и мой адрес, и были вписаны его имя с фамилией. Иными словами, он примерно половину моих работ воровал у меня, указывая себя автором. Литературное воровство было поставлено им на поток. И гонорар шёл в его карман.
А мы считались очень хорошими друзьями на протяжении лет пятнадцати.
Потом он уехал в Израиль. Временами я задавал себе вопрос: не стал ли он и там печатать мои рассказы под своим именем? Легко мог брать их из моей книжки, дружески подаренной ему.
Мне думается, что он такое делал. Ежели здесь себе такое позволял, то там вообще имел полную свободу рук. И совести…
Увы, случаев плагиата – мне известных – было немало.
После одного я даже испытал не только досаду, но и приятное. Это случилось после публикации в «Литературной газете» моей юморески-зиборески «Юбиляр». Суть его в том, что мужика в магазине открыто обсчитали. Он возмутился, и тут к нему подошли с красиво упакованным подарком. Далее он узнаёт, что этот подарок ему – как тысячному покупателю, которого обсчитали в данном магазине…
Спустя неделю, в очередном выпуске «Клуба 12 стульев», был опубликован рисунок знаменитейшего карикатуриста страны (умолчу его имя): на нём вручали подарок за подобное – то ли за обсчёт в магазине, то ли ещё за что подобное. Повторяю, испытал досаду, но и было приятно, что мою идею «позаимствовал» столь талантливый художник. Жаловаться не стал, хотя было легко доказать плагиат…
Кстати, когда я написал про «юбиляра», то мне пришло в голову, что можно написать даже несколько таких же, только меняя место действия. За многие подобные «юбилеи» можно вручать подарки.
Затем увидел названный выше рисунок, а спустя некоторое прочёл очень похожую юмореску, только нелепый подарок вручали не в магазине, а ещё где-то. Плюнул на самозапрет и написал второй вариант своего «Юбиляра», сделав героем мужика, попавшего в вытрезвитель. Он оказался тысячным здесь и его отметили…
Как-то я с интересом смотрел цирковую передачу, наверное, лучшей пары клоунов страны показывали уморительный номер. Они пытались унести бревно, которое им было не под силу, а их снимал на телекамеру оператор и заставлял делать это легко, непринуждённо, изображать азарт вдохновлённого труда. Они же бревно едва пошевелить могли…
И вдруг я услышал слова жены:
- Да это же твоё. Я читала у тебя.
И тут я словно прозрел, вспомнил свою юморесочку-зиборесочку «Сизиф». Она публиковалась примерно за год до того в ленинградском журнале «Аврора». Подумал, что действительно, автор циркового действа вполне мог взять идею из неё.
Этот «Сизиф» публиковался и в других изданиях. Вот такой:
Сизиф
Сизиф катил камень в гору с предельным мучительным напряжением всех мышц, которые почти одеревенели от сверхъестественных усилий. Он скрипел зубами, обливался потом.
Вот, наконец-то, огромный валун оказался на вершине. Сизиф облегчённо разогнул натруженную спину и вытер разгорячённое лицо…
- Нет, нет, совсем никуда не годится! – негодующе закричал режиссёр. – Нет подлинного вдохновения! Движения маловыразительны, а они должны быть непринуждённы, где-то даже элегантны, грациозны и легки, почти воздушны! Работы не должно быть видно! Изобразите удалое веселье и радость творческого, одухотворённого труда. Начнём всё сначала! Очередной дубль!
Сизиф привычно выругался, столкнул камень вниз и сам поплёлся за ним следом.
Не стану утверждать, что позаимствована моя идея, только упомяну факты. Моя миниатюра появилась раньше той известной цирковой сценки. Приятно, что эти выдающиеся мастера столь мастерски изображали потуги на «одухотворённый труд», о чём писал и я. Потому почтительно умолкаю…
Кстати, образ Сизифа столь впечатляющий и многогранный, что у меня со временем образовалась этакая «Сизифиада»: наверное, не менее полутора десятков миниатюр, афоризмов. Даже подумывал их всех собрать под данным названием. Но будет ли кому интересно?..
Вернусь к «Литературной газете». Как-то я послал в её уголок юмора свои афоризмы. Четыре-пять из них были напечатаны с подписью «Э. Баев. Г. Ташкент». Фамилия не моя, да и жил я совсем в ином городе. До сих пор не понимаю, как и зачем такое было сделано? Фамилия явно придуманная и с тенью неприличия. Не думал, что в столь авторитетной газете способны на такое. Совершили плагиат да ещё чуток поиздевались. Гонорар не прислали.
Много позже я решил записать историю, услышанную в подростковом возрасте. Нигде подобного потом не встречал и решил, что можно опубликовать, раз никто этого так и не сделал.
Вкратце она такова. Мужчина в деревне решил разыграть соседку, и перед её приходом инсценировал самоубийство – якобы, он повесился. Увидев его в петле, она удивилась, поахала, а затем решила пошмонать по углам, раз хозяин мёртвый, забрать что-то ценное. Он тут же «ожил», принялся орать на воровку. Женщина упала в обморок от вида воскресшего мертвеца, как она думала…
Послал историю в еженедельник «Аргументы и Факты». Мне не ответили, так что спустя месяц понёс миниатюру в местную самарскую газету. Каково же было моё удивление, когда мне там сказали, что эту историю они читали в «АиФ». Я поспешил в библиотеку, взял последний номер еженедельника и увидел её опубликованную под иной фамилией и внизу под ней было указано «г. Пятигорск». А жил я, повторяю, в Самаре. Как так получилось в столь уважаемой газете? Не знаю. Даже пытаться указывать на плагиат не стал. Доказать высылку своего материала им я не мог.
Однажды я прочёл в журнале «СПИД-инфо» сообщение о юмористическом конкурсе, нужно было прислать четверостишия на женскую тему. Я собрал несколько и отослал. Напечатанными их не увидел, ибо данный журнал не покупал, лишь иногда смотрел, когда он попадал в руки.
Каково же было моё удивление, когда включил телевизор и услышал, как один из самых лучших юмористов страны в монологе упомянул мой стишок, отосланный на конкурс:
