смотрелась Флора, заходило ходуном. Флора приложила руку к зеркалу, и оно открылось, словно дверь. Совершенно не думая, Флора вошла в полутемное помещение, которое освещалось масляным светильником. Наверх вела лестница. У Флоры появилось четкое ощущение, что ей туда надо. Каждая клеточка её тела говорила, что наверху кто-то прячется.
Оттуда раздался шорох.
Неужто на чердаке завелись мыши? Или ей послышалось?
А если там абсолютно пусто, нет мышей, нет призраков, она уйдет тем же путем, каким пришла.
Узкая старая лестница вела прямо на чердак. Скрипучая лестница пахла сухими травами.
Поднявшись вверх, Флора толкнула дверь. Та скрипнула несколько раз и легко открылась. Флора оказалась в крохотной комнатке с овальным окошком под самым потолком. К своему удивлению, Флора увидела старуху, которая сидела в кресле и казалось, что спала.
На ней было длинное темное платье и кофта.
В тот же момент старуха вздрогнула и открыла глаза.
- Флора, как ты здесь оказалась?
- Кто вы?
- Хозяйка этого дома.
- Я хозяйка этого дома! – Флора гордо вскинула голову.
- Ты всего лишь десятая Флора.
Старуха приподнялась с кресла и Флора увидела её стеклянные ноги.
- Вы не похожи на человека. – Сказала Флора. – Где я нахожусь?
- Это хороший вопрос. Ты у меня в гостях. В моем мире. До тебя было девять девушек. Ни одна не прижилась. Эти дурочки бегали по стеклу. По стеклу нельзя носиться. Особенно на человеческих ногах. В этом мире надо ходить осторожно. У дома много стекла. В лесу больше льда, чем стекла. Сплошной лед в лесу. Всегда приходится смотреть под ноги. Даже консервативный заяц купил коньки. Заяц старомодный. Пьет чай из самовара. Старые газеты не выбрасывает. Хранит их в сундуке. Верит, что в пожелтевших газетах можно найти скрытые смыслы.
- Я сошла с ума.
- Что ты, Флора. Просто произошел сбой в системе. Система утроена так, что скоро сама себя починит. Все в этом мире встанет на свои места. Моё зеркало перестанет вибрировать. Ты забудешь нашу встречу.
- Почему я десятая?
- До тебя были девять девушек. Все умерли. Не смоги сохраниться в опасном, но чудесном стеклянном пространстве. Жаль девчонок. – Старуха закатила глаза и тяжело вздохнула. Внезапно разозлилась. - Зачем он желает человеческую жену? В зазеркалье много прекрасных девушек. У них ноги из стекла. Руки из стекла. А сердце настоящее. Горячее. Он упертый. А мне это все надоело.
- Где те девять девушек, про которых вы говорите?
- На кладбище. Где ж им быть? Они ведь смертные. И ты смертная. Как только повредишь шею, сразу умрешь. Однажды я предложила ему отделить голову от мертвого тела. Та голова была умная. Прекрасная голова. Много знала. Он любил с ней разговаривать.
- С кем?
- С девушкой. Голову можно держать отдельно. Если правильно ухаживать за головой, причесывать волосы, протирать глаза и следить за подачей тока, голова не испортится. Жаль, что он не согласился. Он выбирает только красивых девушек. Когда кто-то из вас находится в моём доме, я закрываюсь здесь. На чердаке. Чтобы никого не видеть. Ничего не слышать.
- Вы любите моего мужа? – Догадливо спросила Флора.
- Он болтался на веревке. Синий. Несчастный старик. Что-то в этом было такое трогательное. Его угораздило повеситься напротив зеркала. Я смотрела на него из своего мира. В какой-то момент не удержалась и забрала мертвого к себе. Оживила. Решила, пусть живет в моем доме. Места много. Потом поделилась с ним всем, что имела. Он стал молодым. А я постарела. Это случилось почти сразу. Потому что я нарушила закон.
- Вы о чем-то сожалеете?
- Я? Такие, как я не сожалеют. – Старуха хитро улыбнулась. - Скоро с тобой что-то случится.
- Что произойдет?
- Попробуй, доживи до утра. – Старуха рассмеялась. У неё были красивые белые зубы. - Он снова будет со мной. Когда в доме нет чужой женщины, я оставляю этот чердак. Розмарин приводит в порядок мои волосы. Розмарин умеет ухаживать за волосами и вещами. У меня много красивых платьев. Их привозят из города. В городе живут лучшие портные, которые способны шить платья даже из стекла. Я предпочитаю шелк. На тебе мое шелковое платье. Не переживай. Это платье я ни разу не надела. Когда ты умрешь, Розмарин его почистит, и я буду его носить. Это случится скоро. Я даже знаю час твоей смерти. Такие, как я, всё знаю.
- Кто придумал этот мир?
- Система. Стоит появиться новому зеркалу в мире людей, автоматически возникает зазеркалье. Чем крупней зеркало, тем объемней мир из стекла. В зазеркалье почти всё идеально. Мы себя называем «зеркальные люди».
- Вы не люди.
- Ты тоже уже не человек. Ты пьешь, как человек. Принимаешь пищу, как человек. Но ты уже пустая. Ты разрушена. Я изъяла твою память. Человек – это память. Ты – Флора. Девушка, которая пользуется ложной памятью. Ты принимаешь вымышленные события за реальные. Ты подключена к зеркальной матрице. Я тебя настроила на нашу частоту. А зеркальных людей подключать не надо. Мы вписаны в систему. Мы вечные. Неповторимые. Непобедимые.
- Вас никто не любит. Последствия тяжелые. Вы стали злая и сошли с ума!
Старуха нахмурилась. Прикусила нижнюю губы.
- Посмотрим, что ты на это скажешь.
В чердачной комнатке стоял деревянный шкаф. Старуха распахнула дверцы шкафа. Шкаф был переполнен черепами. Их там было полным-полно. Старуха что-то пробормотала и с полок на пол посыпались черепа. Но не разбились. А образовали причудливый круг.
- Группа по интересам. – Старуха ехидно рассмеялась. – Все Флоры. Были безоружные передо мной. Одной не хватает. Тебе нет в коллекции. Это поправимо.
- Вы убили этих девушек?
- Что за бред. Разве я убийца? Я им просто помогла умереть. Всего-то надо было поставить подножку, когда кто-то в стеклянном саду тянулся за хрустальной веточкой, за механическим снегирём из стекла. Тут не все птицы настоящие, а выглядят, как живые, естественно летают и красиво поют. Этот мир прекрасен.
- Мир, действительно, красив. Но вот беда! В красивом мире живет страшная старуха, которая убивает девушек. От вас надо избавиться.
- Ах, ты дерзкая! – Разозлилась старуха. - Не боишься спорить. Когда ты упадешь и сломаешь шею, всё будет выглядеть, как несчастный случай. Твое холодное тело закопают. Ночью я приду за ним. Отделю голову. Занесу голову на чердак. Срежу волосы. Помою волосы шампунем. Высушу их феном. Мозг не сохраню. Зачем он мне? Пусть его склюют куры. Десятый голый череп встанет на полку. Сама же я спущусь вниз. Это мой дом! Никто из вас долго в нем не живет.
- Конечно, мой муж ни о чем не догадывается.
- Конечно. – Хитро улыбнулась старуха. - Заладила одно и то же. Он не твой муж. И никогда им не был. – Сразу её глаза изменили цвет, стали чернее угля. Теперь перед Флорой стояла ведьма. - Ты даже не знаешь, как его зовут. Ты не помнишь, как тебя звали. Скоро состоятся похороны десятой Флоры.
- Я вас разоблачу. Я расскажу мужу, чем вы занимаетесь. Ни у кого нет прав убивать живое.
- Один уже захотел рассказать. Написал письмо в полицию.
- Кто этот смельчак?
- Любопытный заяц. Повадился в огород за морковкой. Мы силки на него не ставили. Хочешь чужую морковку, грызи. А за чужие тайны можно и пулю получить. Этим утром я вышла из себя и оправила в лес охотника. Пиф-паф.
- Как можно убивать за любопытство?
- Подумаешь. Заяц – обычное животное. Книг не читает. Стихи не учит. Музыку не слушает. Не прирученный питомец. Таких не жалко.
- Вы чокнулись.
- Поговори еще! – Старуха пригрозила кулаком.
- Куда же я попала?
- Попала. Пропала. Ты – легкая нажива. – Старуха зашлась сумасшедшим смехом. – Под покровом ночи тебя перенесли через порог.
Старуха подошла к оконцу. Немного постояла. Потопталась на стеклянных ногах.
- Наше механическое солнышко перестало кружиться. – Развернувшись, строго сказала:
– Теперь уходи. Пора тебе возвратиться в комнату. На чердаке сыро. Простынешь. Скоро муж после удачной охоты вернется. Жена встретит мужа с любовью.
Тут старуха покрутила кольцо на пальце и улыбнулась. У Флоры было точно такое же кольцо. Свое кольцо Верея носила всю жизнь. А Флора один день. Кольцо сняли с мертвой девушки. Эта Флора была десятой, кто носил кольцо.
Через кольцо старуха командовала всеми девушками.
- На ужин Прошка приготовит зайца на вертеле прямо над костром. Прошка умеет готовить. Хоть и человек. Нездешний он. Подобрала я его. Прошка послушный.
Старуха горько сплюнула на пол и стала говорить уверенным голосом: «Расслабься. Закрой глаза. Слушай мой голос. Твои веки тяжелеют. Ты – Флора. Ты любишь своего мужа. Мы не встречались».
- Ещё в самом раннем возрасте я перестала доверять людям!
- Что? – Опешила старуха и посмотрела на Флору полоумным взглядом.
- Вы – всего лишь чокнутая старуха, которая потеряла смыслы. Простите. Я очень спешу!
Флора выбралась из круга черепов. Ей удалость сделать невозможное. Обычно ни у кого не получалось.
Флора стала самостоятельной, потому что в системе произошёл сбой. На время старуха потеряла контроль над ней.
- Стой! Ты куда? У тебя мало возможностей! Вернись! Ты принадлежишь мне. – Долго кричала старуха вслед беглянке, а та скрылась в темноте лестницы.
Страху согнулась. Собрала черепа. Сложила в шкаф. Села в кресло и уснула.
Издали Флора увидела неизвестный ей выход из дома и выскочила через него прямо в сад.
Весной в саду начинают распускаться первые цветы и зеленеть деревья. Буйство зелени порождает всплеск фантазий.
Когда птицы звонко щебечут и на душе становится радостно, жильцы дома рассылают пригласительные билеты и в зеркальный дом приезжают гости из города, чтобы танцевать на балу. Гости на стеклянных ногах не боятся кружиться и никогда не падают.
В саду, наполненном сладким ароматом живых цветов, вверх поднимались и искусственные цветы. Хрупкие стеклянные розы казались прекрасней всех других цветов в саду, ведь они на солнце сияли немыслимыми красками. Хрустальные розы были гордые и уверенные в себе, их красота была вечной и их нисколько не волновало то, что они не истончают аромат. Все равно птицы любили хрустальные цветы и специально для них пели свои песни.
В саду у Прошки было много работы. С самого утра он аккуратно обрезал ветки с яблонь. Яблоньки были живые. Убирал старые листья, которые мешали проходу. Среди живых цветов влажной губкой протирал хрустальные розы и прикреплял к искусственным цветам хрустальную росу.
Вместо того, чтобы бежать дальше и оказаться совсем далеко от этого страшного дома, ведь Флора узнала великую тайну, старуха готовила для неё ту же участь, которая постигла других «Флор», увидев Прошку, девушка прокричала:
- Я разговаривала со старухой на чердаке!
Прошка удивился. Прежде ни одна девушка не заставала старуху. В доме старуха показывалась только после очередной смерти, перед похоронами. Старуха сама «собирала» девушку в последний путь. Наряжала ту в лучшее платье, красила ей губы, наносила румяна на бледные щеки. В мертвых руках оставляла живую розу.
Прошка побаивался настоящую хозяйку стеклянного дома и это несмотря на то, что старуха была любезна, особенно с хозяином, у старухи к нему было особое расположение. Но Прошка хорошо помнил, как она скинула его на пол, словно мешок с картошкой.
- Зачем ты служишь им? Они убивают людей!
- Ты слишком много узнала. Это потому, что в
