собравшегося уже было поддержать тост Андрея.
— Юрий Васильевич, Андрюшенька, свадьба уже была. И довольно давно, как вы знаете.
— Ох, дочка! Ох, и заноза, — не удовлетворился Скоропад, осушив рюмку.
В комнате появился вдруг под одобрительный гул гостей, с огромным букетом белых хризантем, полный и розовощекий Николай Лейкин, давнишний приятель Александра.
Николай протянул тяжелый букет Яне.
— Какие мы красивые! Поздравляю от всей души! Не поспел, простите! На границе тормознули. Там такая очередь! Я своим ходом, на машине, из Германии. Счастья вам, молодые! — Лейкин потрепал Александра по плечу. — Говорил же — скоро женишься! А ты все не верил!
— Друзья, разрешите представить вам моего замечательного друга, всемирно известного целителя и экстра… Короче, экстра, экстра, экстра… И еще много раз экстра…
— Ну, ты меня совсем смутил!..
— Тебя смутишь! Друзья, Коля — звезда западных телеканалов! Найдите-ка ему местечко. Да садись рядом!
— Как Кашпировский? — спросил Андрей и оценивающе посмотрел на Лейкина.
— Бери круче! Я по телевизору не врачую! У меня клиника в Баден-Бадене. Просто людей лечу. Беру и лечу! А журналисты… Пусть пишут, снимают… это их хлеб!
— Коля, прости, как бы не забыть, я одного мальчонку для тебя присмотрел. Такое несчастье! Ножка одна коротенькая, на пять сантиметров меньше. И никто ничего дельного не предлагает. Поможешь? — спросил Александр.
— Какие вопросы? — бравировал Лейкин. — Конечно, помогу. Но о делах завтра!..
Скоропад налил Николаю водки. Тот подозрительно посмотрел на резвого пенсионера и прикрыл рюмку ладонью.
— Не пью, эскузи! Давно не пью! Извините, друзья. Я же лекарь… Вот лимонадика… — шустрая Оля быстро налила ему лимонад и Николай встал с бокалом в руках. — Лимонадика выпью с удовольствием... Саша и Яна! Поздравляю! От всей души рад за вас, дорогие мои ребята! Все правильно, ты, Сашка, сделал!
Утром следующего дня батюшка со служкой с кадилом слева направо обходили все кабинеты редакции. Окропляли стены святой водой.
— Во имя Отца и Сына… — махал батюшка широкой кистью.
Процесс контролировала не в меру строгая Ольга.
— Ой, на компьютер не надо, пожалуйста! И на принтер…
Сотрудники ходили за ними по пятам и с интересом наблюдали за священнодействием.
— Изыди, дух нечистый! — громогласно пафосно провозглашал молодой батюшка.
В холле появился добродушный Николай, который пришел по просьбе Александра.
— Здравствуйте, люди добрые!
Брызги святой воды попали на него. Он поклонился, блаженно улыбнулся и троекратно перекрестился.
— Добрый час! Хорошее дело. Против дурных людей и дурного глаза, защити Господь!
Батюшка с пониманием кивнул экстрасенсу.
В кабинете редактора, где стены еще не просохли от щедрых священных брызг, лежал на диване испуганный мальчик лет восьми.
Лейкин сразу же приступил к делу, в прямом смысле, засучив рукава.
Молоденькая мать сидела рядом в кресле и с интересом наблюдала за чуткими руками Николая. Он не переставал улыбаться, склонившись над мальчиком. И до испарины на лбу массировал его короткую больную ножку.
— Что, братуха, не больно? А ты боялся! Все будет хорошо. Мы еще в футбол с тобой поиграеем. Любишь футбол?
— Нет, — едва слышно пропищал малыш.
— Ничего страшного. Я тоже его не люблю, чего там любить?! Бегают и бегают по полю... — Лейкин оглянулся на мать, и вытер пот со лба рукавом. — И завтра приходите! Непременно! Думаю, что дело тут нехитрое. Все у нас получится…
Мать с мальчиком долго его благодарили, но утомленный Лейкин упал в кресло и закрыл глаза. Александр проводил посетителей.
— Спасибо тебе, Николаша.
— Все испытываешь меня?! — очнулся притомившийся Лейкин. — Сам бы уже лечил. Ленишься?..
— У меня другое предназначение. Я и не смогу, как ты. У тебя талант. Ты у нас самородок!
— Прямо не удобно от дифирамбов. Вот немцы это чудом уже не считают. Обыденное дело!
Расправив плечи вошла Оля с подносом с двумя чашечками кофе.
— Обалдеть! Николай, вы просто добрый волшебник! Что вы сделали с мальчиком? Встал и пошел!
— А был ли мальчик? Ах, мальчик? — куражился перед Олей Лейкин. — Работа у нас такая! Учить самолеты летать!
— Скажите, а по фотографии, например, можно про человека узнать?
— Что вы узнать хотите, прелестное создание?
— Ну… В общем-то, немного: хороший это человек… или плохой, например?
— Проще пареной репы!
Она на минуту вышла, виляя бедрами.
— А девушка, ничего! — цокнул языком Николай и поднялся из кресла. — Только маленькая еще.
Оля вернулась с пожелтевшей от времени газетной вырезкой в руках.
На фотографии к интервью под заголовком «Триумф снежных барсов» был запечатлен Виктор Красов в альпинистском снаряжении на фоне снежной вершины.
Александр первым рассмотрел вырезку.
— Оля, вы где ее достали?
— В подшивке молодежной газеты. Мне Красов как-то целый день втюхивал, каким знаменитым спортсменом он был раньше! Даже подозрительно стало! Однако, правда. Вот его интервью. …Известный ленинградский альпинист. Мастер спорта. Член сборной команды СССР!
— С ума сойти! Кругом сплошные Шерлоки Холмсы! Конечно, Красов прекрасный альпинист. Кто его не знает?
Лейкин смотрел с лукавой улыбкой на эту, как ему показалось, намеренно разыгранную сцену.
— Вот, поросята! Целый следственный эксперимент учинили. И вы меня проверяете! Что же! Валяйте. На фотографии вашей — покойник! Мертвец. Простите, этого человека нет в живых уже лет десять, по крайней мере.
Все словно оцепенели от этих слов. Вошла Яна из холла, услышав о чем идет речь. Ей стало как-то не по себе.
— Николай, извините, но… это сотрудник нашего журнала, — Виктор Красов. Ныне здравствующий. Он только что нам материал новый подготовил о некротических излучениях. Кстати, Саша, Оля вы не видели его сегодня?!
Николай оставался добродушным, несмотря ни на что.
— Хватит… Полно. Не разыгрывайте меня, друзья. Я никогда… Я почти никогда не ошибаюсь… Конечно, он не мог прийти сегодня! И завтра… и послезавтра… Ловко вы меня...
— Мы разыграли?.. — поморщился, как от горькой пилюли Александр. — Ты хочешь сказать, что мы тебя разыгрываем?! Но...
— Увы… Опыт…
Продолжать пикироваться с надменным экстрасенсом было бессмысленно. Все остались при своем мнении, но с неприятным осадком.
Вечером, когда все сотрудники редакции были уже дома, и в окнах конторы не горел свет, по лестнице, с трудом, поднимался на четвертый этаж Виктор Красов.
— Для альпиниста что-то слабовато идет, — подумал вахтер с будёновскими усами, прислушавшись к тяжелому дыханию Красова.
Красов подошел со своим ключом к двери. Легко открыл ее… А переступить порога так и не смог. Неведомая ему сила стала невидимой стеной перед ним.
В это время Яна и Александр ехали по вечернему городу.
— Нехорошее впечатление осталось. Честно, говоря, скверно получилось. И этот Колин странный намёк. Он так и не признал своей ошибки. Упертые они, эти экстрасенсы…
— Мне и Олины придурошные домыслы не понравилась, — вслух размышлял Александр, нервно постукивая пальцами по рулю, стоя в пробке у светофора. — Видите ли, запах Красова ее не устраивает! Ты, подумай! Запах! Хм. Много берет на себя, твоя протэжэ. Надо ее воспитывать! …Интересно, а где же Виктор? На работе должен быть человек как-никак! Нет… Все распустились!.. Всех уволю!
— Кто виноват?! Саш, а может, до завтра подождем? Чего так всполошились, в самом деле?! Витя с женой, наверное, помирился. Знаешь, какие отношения между супругами иногда складываются?!
— Ян, а ты откуда знаешь, какие отношения иногда складываются?! — подозрительно посмотрел он на супругу. — Тьфу, тьфу, тьфу! Не приведи Господь! …Нет, все-таки Интернет — отличная штука! Адрес Красовых через секунду нашелся! Одним нажатием кнопки!
Миновав Лабораторный проспект они свернули на Бестужевскую улицу и долго ехали между однотипных хрущёвок.
— Вот куда забрался, наш снежный барс! — Александр то и дело останавливал машину и подолгу присматривался к домам, сверяя их номера с написанным на бумажке. — Вот их дом!
Они поднялись на третий этаж и позвонили в квартиру номер 31 .
Дверь им открыла приятной наружности женщина, лет сорока — Валя Красова в аккуратном домашнем халате. На Яну она произвела хорошее впечатление.
— Добрый вечер! Извините, пожалуйста! Это квартира Красовых? Вы Валентина? А Виктор дома? Позовите его, пожалуйста.
— Простите, не поняла. Вам кого?
— Виктора. Мы с его работы. Александр, редактор... главный редактор, — представился Саша. — Он уже третий день на работу не приходит. Не заболел, случайно?
— Это какая-то ошибка! …Виктор?.. — у Валентины подкосились ноги, и она облокотилась на стену прихожей. — Виктор… погиб десять лет назад, в экспедиции, на Лхоцзе.
В драматургии часто упоминается термин «немая сцена». Это определение, было самое подходящее в ту драматическую минуту жизни наших героев.
Над горами, погруженными во тьму, стремительно летел огненный шар. Еще мгновение, и он круто взмыл над вершинами и вознесся в глубокую черноту Космоса.
Часть VI
В субботу, в полдень в Удельном парке, прогуливалось много народа. Женщины с колясками, няни с детьми, подвыпившие подростки, разновозрастные спортсмены и типичные пенсионеры. Несмотря на запрет выгула животных, мимо проносились восторженные собаки, и их хозяева непрерывно гонявшиеся за ними. На асфальтированной площади в центре, наслаждались старой советской песней ее поклонники и расфуфыренные старушенции самозабвенно танцевали под
