Алексей не мог унять бурю эмоций и отказывался верить в подобное.
- Невозможно.
- Кто бы мог подумать!.. Ты же сам воочию видел этот Лабиринт, а поверить, что какие-нибудь две страны могут объединиться в одну, немыслимо!
- Я не знаю, как устроено это место, зато разбираюсь в собственном мире и людях, населяющих его.
- До чего ты невинный.
- Ну хорошо! Допустим, такое возможно. А что было дальше?
- Для начала объясню, как сливались в целое: у них где-то в двадцать третьем веке идея космополитизма начала развиваться, вот и решили предлагать концепцию <<Единое человечество>>. Многие страны уловили тревожные нотки в чрезвычайно добрых и неестественно доверительных отношениях Америки и России. И не зря: когда страны Южной Америки отказались принимать концепцию, через неделю североамериканские войска вторглись туда и в ходе интервенции захватили весь материк. По другую сторону света ужас подтвердился у всех: Россия не препятствовала тому событию, и страны, боясь той же участи, сформировали в спешке коалицию. По словам Игнатьева, вместо предполагаемой атаки завис над планетой огромный корабль в виде юлы, а Россия и Америка выпустили заявление, что жертв не нужно и что идея всеобщего мира близка к осуществлению. Первым не выдержал Китай и собрался ударить по кораблю всеми боевыми снарядами, но, как лепетал то ли от восторга, то ли от истерики Игнатьев, левиафановцы, к которым примкнули и простые люди, устроили в стране перевороты да и в остальных точках планеты.
- Много жертв?
- Не больше трёх миллионов.
- Закончилось?..
- Контролем АРС над всеми странами.
- Подожди... Народы сами участвовали в разоружении своих стран?
Она кивнула.
Алексей блуждал шокированным взглядом по горнице.
- А за сколько времени они это сделали?
- Где-то за год.
Боборыкин сел напротив неё и положил ладонь на приоткрытый рот.
- Реакция точь-в-точь как у него.
- Им помог Левиафан?
- Левиафаны, - уточнила Аталья. - Игнатьев, впрочем как и все мы, боится такой власти - целиком изменять мировой ход.
- И как сумел выбраться оттуда?
- Возникли проблемы с переходами посредством этой малютки, - она подняла и повертела лежавшую сбоку бурсу, - и того самого триггера, за которым пришли; а так, в одном баре познакомился с Сэмюэлом, тот же пообещал найти родной мир, не тронутый космическим чудовищем.
- А как выглядел… пришедший в тот мир Левиафан?
Аталья насупила брови.
- Троица... пришёл он в виде планетарного корабля... сказать трудно, Лёшик: Игнатьев сбежал в тот момент, когда Левиафан являл себя всему миру.
Поражённый историей соседа, Алексей изумлённо смотрел на Аталью.
- Грозное чудище...
- Скорее, непонятное. - Она пересела к Алексею и близко подвинулась к нему, так что он чувствовал её дыхание. - Ты правильные вопросы задаёшь, Лёшик, и Сэмюэл ответил бы на них в других обстоятельствах, но сложилось так, что они нам не нужны: ни Жылдаму, ни Дмитрию, ни Игнатьеву, ни мне, ведь мы хотим только одного - новой жизни, беззаботной, спокойной и родной.
Аталья проникновенно смотрела на Алексея.
- Блуждать во тьме мира одной скучно… - Она прижалась головой к его груди. - Поодиночке не выжить в Лабиринте… поэтому, Лёшик, может быть, тебе стоит…
Её прервал гудок телефона.
Она взяла его и растерянно поглядела на кнопки.
- Забыла, какую нажимать!..
Вспомнив упоминание Алексея об <<антеннах>>, Аталья передала в надежде телефон ему.
Он неуверенно нажал кнопку.
- Подъезжаю, - сказал твёрдый голос.
И Ромиш тотчас закончил вызов.
- Подъезжает… - ответил Алексей.
Аталья стала готовиться к обмену.
Когда она одевалась в сенях, то сказала:
- Конечно, не рассчитываю на превосходную меткость, однако... - и слабо улыбнулась, - постарайся не задеть меня, хорошо?
Аталья вытащила из внутреннего кармана бекеши пистолет Макарова.
- Затаись в дровянике: оттуда хороший обзор...
- Я не умею стрелять.
- Тогда для вида. - Окаменев, её лицо потеряло всякую эмоцию. - Может, примешь огонь на себя.
- Прекрасная идея! - ответил сарказмом Алексей и осмотрел вручённое оружие. - Он на предохранителе, не знаешь?
Аталья взглянула на него - и разразилась смехом.
- Давно так не было смешно! Уф, ладно... сейчас помогу.
Она сняла с предохранителя и указала, где он находится.
- А твоё оружие?
Аталья показала необычный пистолет с толстым дулом.
- В чём разница?
- Твой стреляет обычными пулями, мой же - и этими, и бронебойными.
Она подобрала бурсу и ящик с ИМС.
У парадной двери она предупредила:
- Если ранят или убьют меня, перемещайся, понял?
- Я тебя не оставлю.
- Лестно, но это приказ.
Он хмуро глянул на неё.
В свою очередь, Аталья закатила глаза.
- Идём уже.
Снаружи птицы устроили песнопение, которые нарушали тихие стоны скучающего ветра да хруст по снегу, производимый Алексеем и Атальей.
В дровянике, наполненном затхлым воздухом, шум природы только приглушался, и Боборыкин в окружении прерывистой тишины наблюдал через окошко подругу.
В долине, между деревьями маячила широкая фигура и вблизи оказалась машиной, а точнее - <<Патриотом>>. Чёрный автомобиль остановился на середине тропы, и из него вышел возмужалый киргиз с тёмной густой бородой, в тебетее и распахнутом кементае (Алексей нашёл забавным, как носитель традиционной одежды выходит из вместительного, обжорливого и претенциозного внедорожника).
Он и Аталья скованно чём-то говорили, после чего направились к багажнику.
Изредка оглядываясь по сторонам, она пристально следила за неспешными действиями посредника: он достал из кармана нечто - Алексей не мог рассмотреть лучше - и этой вещицей проверял, будто сканировал, сферы, ящик с которыми Аталья открыла ему. На какое-то время снова пустились в диалог, затем посредник отступил, давая ей осмотреть предмет в багажнике, завёрнутый в лоскуты суконного полотна, и, едва она притронулась к ткани, вынул Р-92 и направил дуло в неё; сердце Алексея вмиг сжалось.
Она успела прыгнуть на него, отведя в сторону револьвер - тщетный выстрел перекрыл собой голос природы -, ударила со звериной силой в голову Ромиша - тот пошатнулся, но удержал револьвер-и в ничтожный отрезок времени, ухваченный шанс, всадила в него две пули.
Алексей остолбенело лицезрел, как его тело упало в снег вместе с выроненным оружием.
Она стремглав раскрыла предмет и, ничего не захватив, достала бурсу.
Аталья крикнула Алексею: <<Бурса!..>>
Из чащи вылетели две белоснежные сферы и устремились на неё, но она успела переместиться; не теряя времени, они облетели дровяник с Алексеем.
Он судорожно стал искать затерянную в глуби карманов бурсу.
<<Да ты издеваешься!>>
Стены начало изрешечивать: в очереди кратковременных свистов плясали от ударов щепки дров и деревянных конструкций. Охваченный паникой, Алексей суматошно вывернул последний карман и, найдя бурсу, приступил к спасению себя - беспорядочному нажиманию кнопок (он забыл какую нужно) - и в момент, когда влетел, обрушив угол дровяника, сфера с чёрной щелью посередине и красным глазком, переместился.
Он оказался в камере Лабиринта, куда незадолго привела его Аталья.
Перепуганного, потерявшего на мгновение дар и речи, и мысли Алексея захватили в объятия крепкие руки.
Он приподнял насилу голову, остальные же конечности тела отказывали его воли, пронизанные смятением: на лице Атальи смешались все эмоции, над которыми, впрочем, возвышался страх.
Она медленно, нежно гладила Алексея по голове, не сбавляя хватки.
Её ладонь сползла на его щеку.
- Ты уверен, что хочешь пойти с нами? Они всюду... и даже если найдём тот мир, где их нет, можно только гадать, нагрянут ли туда левиафановцы, - огорчённо проговорила она и рассеянно оглянула комнату.
- Триггер… он там был?
- Нет, только обыкновенный ящик. - Она усмехнулась: - Если бы тот гад попал, я истекла бы кровью: Игнатьев среди нас единственный врач.
Чтобы отвлечь её от страшных мыслей, Алексей сжал её руку и
