– Ботин только что прошёл?..
– Откуда вы знаете? – поинтересовался Пандавов.
– Аромат, знаете ли, через весь коридор.
– Если кто-то сало ест – разбегается подъезд! – согласился Святослав Валерьевич.
После этого случая слова «Ботин прошёл» стали присказкой.
Профессор Пандавов, сам немаленьких размеров, любил по-дружески подтрунивать над грузным, неповоротливым коллегой, напоминавшим моржа с обвислыми усами.
– Работаете?.. – полувопросительно-полуутвердительно пробурчал Ботин.
– Работаю как волк – от меня не убежишь! – откликнулся Пандавов.
Ботин на некоторое время завис.
– Вы что-то не так сказали, – попробовал поправить он.
– Нет. Всё, как раз, именно так.
– Мне иногда кажется, что у вас поверхностный подход к проблемам. Какая-то излишняя беспечность.
– Будьте беспечны. На самом деле мир непредсказуем: с одной стороны – вы абсолютно никогда не знаете, добром или злом это обернется; с другой – получите массу удовольствия. Беспечность более всего вызывает зависть, именно поэтому над ней смеются.
– По-моему, вы слишком много и хорошо думаете о себе.
– Думать о себе – это не означает «не думать о других». Просто о себе нужно думать только хорошее, а о других – разное. Вы сами – это все, что у вас есть. Если вы не любите себя, значит, у вас нет ничего ценного.
– И всё-таки, вы слишком хорошо к себе относитесь!
– Не добиться взаимности в любви к себе – вот что я называю рассеянностью.
– Вы должны брать за свои философские парадоксы большие деньги.
– Философ, превративший философию в кормушку, хорошему не научит.
– Ненавижу ваши прибаутки!
– Выходя из себя, вы попадаете в удивительно скверную компанию.
– Ну ладно, – совершенно спокойно переключил этот разговор Ботин, – у меня есть очень проблемный больной. Хотите пройти со мной в перевязочную?
– Конечно! Вы же знаете. Следую за вами!
Несмотря на возраст Ботин всё время работал в перевязочных и операционной. Помогало то, что он был когда-то мастером спорта по вольной борьбе и ко всем вопросам подходил с упорством и терпением борца. Так он боролся за жизнь и здоровье пациентов, стараясь сохранить им руки и ноги, не допустив ампутации.
В перевязочной особый запах – это запах крови, но крови больной, часто с примесью гноя, йодинола, хлора, перекиси водорода, антибиотиков, пота, мочи, и ещё странный запах бактерицидной лампы для кварцевания помещения. Это запахи горя и боли.
Звуки резкие, мычание, иногда вскрик больного. Звон стальных нержавеющих инструментов в эмалированном почкообразном лотке. Яркий свет бестеневых ламп.
У пациента, на которого Ботин пригласил посмотреть профессора Пандавова, был явный недостаток возможностей к регенерации. Существует в медицине такое понятие – «раневое истощение». Как правило, оно развивается при длительном гнойном процессе, но подобие его может развиться при периодических ранениях, снова и снова требующих от организма восстановления.
После осмотра больного оба профессора расположились в ординаторской. На огонёк к ним зашла и Ирина Валентиновна.
– Вы знаете, тут можно было бы применить для стимуляции восстановления стволовые клетки жировой ткани, – начал Святослав Валерьевич. – Вы помните, у меня с матушкой утверждено такое открытие? Это единственное утвержденное академией наук открытие, имеющееся на сегодняшний день в научном медицинском мире города – «О свойстве сальника организма человека и животных стимулировать регенераторные процессы: свидетельство №24-Н, 2006».
– Наслышаны, – откликнулся Ботин. Он вспомнил, что у этой научной темы был непростой путь: утвердили открытие только спустя двадцать пять лет после первых научных публикаций о нем.
Пандавов на своих занятиях с учениками часто повторял выражение академика Йоффе: «Научное исследование, хотя оно направляется разумом, представляет собой увлекательное приключение». Это высказывание стало для Святослава Валерьевича путеводным, а повествование о своем научном исследовании он приводил в подтверждение правильности слов Йоффе.
В этом рассказе всегда фигурировали трое: мама профессора – Галина Николаевна, его папа – Валерий Витальевич и сам Святослав.
Мама Пандавова была биологом, кандидатом биологических наук и преподавала в Медицинском институте; папа – физиком, и служил в закрытом «почтовом ящике», он также преподавал на кафедре физики в Университете; сам Святослав Валерьевич стал сначала кандидатом, а потом – доктором медицинских наук. Таким образом, они представляли собой «отдельный исследовательский институт». Одним из направлений их научной деятельности явилось изучение стволовых клеток жировой ткани сальника человека.
Отец делал необходимые приборы и устройства; мама проводила вместе со Святославом опыты на животных и культуре тканей, а будущий профессор внедрял новые методики в клинику. Мама Святослава обыкновенно точно описывала клеточные процессы; сын с азартом вскрывал механизмы, которые стояли за их прорывными идеями.
О маме Святослава, почти полностью повторив её историю, в 1982 году режиссером Ростиславом Горяевым был снят шестисерийный телефильм-телероман «Солнечный ветер» по мотивам пьесы «Саша Белова» Игнатия Дворецкого. Сюжет фильма даже в деталях соответствовал этапам её судьбы. Дело в том, что в дом Пандавовых приезжал репортёр из Москвы, разузнавший всё об их научной работе. Он-то и рассказал эту историю сценаристам. Именно Галина Николаевна гениально сформулировала все преимущества применения стволовых клеток жировой ткани (лучше всего, сальника) с использованием собственного материала конкретного больного.
И сейчас об этом говорил Пандавов:
– У нашего открытия масса преимуществ.
– А почему не применять уже готовые стволовые клетки из банков? Методика-то уже налажена, – спросил Александр Геннадиевич.
– В процессе анализа предлагаемых в настоящее время методов получения и применения стволовых клеток мы обосновали недостатки этих методов: подбор донора и хранение (банки органов и тканей); многоэтапное выделение стволовых клеток с дальнейшим посевом и пересевом во флаконы; выращивание (культивирование) стволовых клеток в искусственной среде с многочисленными пересевами в культуре для увеличения количества стволовых клеток. И только потом отбирают здоровые стволовые клетки, – пояснял Пандавов.
– Ну так и что, если это всё налажено и действует как часы, – не понимал Ботин.
– При использовании стволовых клеток из банков возникает возможность побочных осложнений: инфицирования от донора, ракового перерождения при пересевах и риска развития тератом, отторжения, снижения иммунитета путем приема лекарственных средств, подавляющих иммунитет (цитостатиков). А это, в свою очередь, потеря времени, высокая цена, ограниченный запас стволовых клеток, побочные эффекты при введении лекарственных средств, снижающих иммунитет!
– Так вы просто деньги экономите?
– Ну, как вы не понимаете, это же свои клетки, – вступилась за идеи Святослава Валерьевича профессор Полезнова.
Пандавов понял, что нашёл в ней союзника. Это как-то по-особому обрадовало его и воодушевлённый он продолжил.
[justify]– Мы выделили также неоспоримые преимущества получения и применения стволовых клеток жировой ткани и, в частности, именно сальника. Преимущества нашего метода: отсутствие необходимости поиска донора, так как донором является сам больной; отсутствие необходимости хранения пересаживаемого материала (нет необходимости создавать банки органов), так как процедура выделения сальника и его подсаживания в необходимый участок происходит в один прием; отсутствие необходимости выделения стволовых клеток из сальника (по нашей методике) – в собственной естественной среде им комфортнее, стволовые клетки не нужно очищать от сопутствующих клеток и тканей
