- Борис Глебович. Я все-таки не могу понять, насколько вся эта история с саблями, с камнями этими, имеет под собой какую-то реальную почву? Неужели, какие-то предметы могут в себе иметь больше… Может, все это миф какой, сказочка, от желания человека владеть чем-то большим, что есть на самом деле в природе?
- Вот вы, Павел Петрович, сами же и почти ответили на свой же вопрос. Только я о другом скажу. Я родился в начале прошлого века. И, положим, потом отсутствовал лет пятьдесят, проспал бы. А сейчас проснулся и получил бы в руки… ну, хотя бы радиотелефон. Это для меня была бы фантастика или нет? Фантастика, которой и Уэллс не мог предположить. И, потом, время… очень странная штуковина. И никто еще не определил, время это самое, течение его… образно говоря, к «морю или, наоборот, из моря в незнамо куда»? И даже человек рождается для того, чтобы развиваться, и, развившись умереть, или же это только наказание жизнью. Непонятно я говорю?
- Чего ж не понять. В последнее время по долгу службы приходится интересоваться теориями разными фантастическими… и про время, и пространство.
- Ну и хорошо. Так вот, о чем я?.. Мы многого не знаем о себе и о своем времени, пытаемся это делать, заглядывая в прошлое насколько возможно. И могу сказать только одно. Наверное, мы так никогда и не узнаем замысла Создателя… ну разве что, когда помрем, или за секунду до смерти.
- Борис Глебович, вы что же, верите в загробную жизнь?
- Да вот… очень хотелось бы. И чем ближе к естественной физической смерти, тем более. Молодость редко задает этот вопрос, больше из праздного любопытства. А когда кости просятся на покой… одним словом, актуальность возрастает, начинаешь задумываться и искать подтверждения всяким легендам и мифам. И надо сказать, увлекательнейшее это занятие. Времени только совсем маловато осталось, а так много любопытного. Ну, вот мы и пришли. Может, зайдете? У меня в кабинете сейчас хорошо, прохладно. И про чудо-камушки поговорим. До экзамена еще больше часа. А в них много чего интересного.
- Заинтриговали. Пожалуй, и мне спешить некуда, спасибо за приглашение.
В кабинете действительно хорошо, уютно и прохладно. Путилин достал из холодильника большую бутылку холодного чая, разлил по чашкам
- Вот, грешен, люблю холодный зеленый чай. Давно уже, лет эдак тридцать. Теперь про камни. Здесь странная и, больше по вашей части история. Камень оказался поддельным. Вот так. Кто, когда, а, главное, зачем его подменил, может неделю назад, а может, лет триста. Теперь мы не узнаем. Может, красноярцам больше повезет, и во второй сабле… Только все равно, два вместе таких камушка имеют какую-то силу, а, впрочем, кто его знает.
- Ну, а как же определить их подлинность?
- Понимаете, Павел Петрович. Образно это как с атомной энергией. Пока нет критической массы, то нет и атомного взрыва. Из одного материала состоят эти… «артефакты». Был шарик, распилили пополам и «замочек» такой сделали, вроде иероглифа. Если на расстоянии находятся, ну, может, до метра, насколько мне представляется, то между ними возникает поле особое, с другими пространственно-временными параметрами. И надо еще сказать, что шарик этот на земле не в единственном экземпляре, упоминание о них имеются и в Южной Америке, и в Египте, и… вот, из Китая.
- А если соединить, то что?
- Ну, если соединить, чтобы опять одним шариком, то… а вот тут-то я и не знаю пока, что может произойти. Может конец времени, а может, его начало... или еще чего. И, слава Богу, теперь мы этого и не узнаем, насколько опасна эта «игрушка» для человечества… или, насколько спасительна. Потому и без этой «игрушки» человечество все более активно толкает себя к пропасти небытия… или перехода в другое состояние, что тоже вполне вероятно. Посмотрите, что делается. НЛО очень сильно активизировались, уфологи регистрируют их уже тысячами в год.
- А вы, что же, и в «летающую посуду» верите?
- А тут и вера уже не причем. Это уже, так сказать, научный факт. Другое дело, что неизвестно, что это и откуда. Это тоже вопрос времени только. Похоже, что многое от нас, обывателей от науки, тоже скрывают «правящие умы». Это уже политика. А где политика, там уже и «надувание щек» как выражение особой значимости и необходимости… ну и не без «грязнотцы». Ну, да Бог им судья. Может, действительно это необходимо, не знаю. Я могу строить бесконечно свои теории по поводу НЛО, но они все равно так и останутся теориями, пока количество информации не приобретет «критическую массу», а там, кто его знает. В общем, «есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе – это науке пока неизвестно» но, очень хотелось бы верить, что есть. И эти НЛО дают такую надежду.
- Борис Глебович, если не секрет, сами как считаете… все эти «человечки», это не от «зеленого змия»?
- Я сильно подозреваю, что это просто биороботы-наблюдатели и… и только. Рад был с вами потолковать с утра пораньше. Так сказать, разминка ума перед битвой с познаниями нового поколения историков.
- Спасибо вам, большое.
- Всегда рад видеть. И чай у меня всегда есть – заходите. Если здесь не застанете, то кабинет в музее вы помните, бывали-с. Большей частью там работаю – спокойнее.
3.
15 июля 1991 года. Батя с Колей должны придти через дня три-четыре. Тая разбудила часов в пять утра. Примерно часа два инструктировала, как и что делать самому, когда ее не станет.
После недавних дождей проливных, жара под тридцать градусов без малейшего ветерка. Тайга наполнена испарениями, духотой прямо с раннего утра. Майка мгновенно липнет к телу, трудно дышать, тем более, когда забираешься на сопку. От Таиной поляны пошли на северо-восток по распадку. Шли часа три, а к обеду повернули на север и поднялись на сопку. Ориентир запомнил – три лихо скрученных между собой сосны между двух огромных валунов.
Долина внизу и где-то далеко поблескивает вода, наверное, Подкаменная Тунгуска. Тайга внизу, как будто в тумане каком плавает, верхушки деревьев видать только. А сверху тоже солнце, будто через пелену прорывается, кружком неярким.
Отсюда уже на северо-северо-запад пошли. Вниз спускаться стали. И еще часа три. Вышли на очень большую поляну и остановились пополудничать. Костерок развели. После обеда сон сморил, даже не заметил как. Проснулся уже солнце совсем низко стоит, и чуть посвежело, легче стало.
Думал, что трудно все это будет – прощаться. Представлял себе… да только все не так, как представлялось, вышло. Будто только таким делом и занимался всю жизнь.
Подошли к дальнему краю поляны, неспокойно как-то стало и подташнивает. Тая ладанку достала, открыла ее. Показала, как пользоваться этим амулетом. Плоской стороной на спине у меня повесила, а сама передо мной встала. Сразу легче стало, только жжется немного между лопаток. Вот когда два таких амулета будут, совсем просто станет.
Пошли через лес. Странный очень лес – ни птиц не слышно, ни звона комаров… и травы в сосняке выше двух метров. И это при том, что в полной тени растут - солнце сюда не должно попадать, очень густой сосняк.
Недалеко, в метрах трестах, может, чуть больше, вдруг, открылось озеро. Большое. Метров двести в диаметре… и абсолютно круглое, словно циркулем обведенное. И берег из чистейшего песка на три метра от воды тоже… «циркулем». Вода будто черная и в полуметре уже дна не видно. В небе над озером прямо вроде большой такой воронки из тумана молочного, а в центре совсем черное пятнышко. Тая на берег присела и щепочку прямо рядом с собой в воду кинула. Налево, по часовой стрелке, тихонько поплыла щепка…
- Теперь уже скоро. Может, через час. Смотри, что буду делать. 15 августа 2002 года ты также все исполнишь. Правда, у тебя будет время подумать. Только НАДО так сделать - для Земли. Понимаешь? Надеюсь, там тебя встретить, поэтому прощаться навсегда не будем. Не заметишь, как эти почти двенадцать лет пролетят.
Заметно стало, что течение усилилось по кругу. А в центре озера, из воды появилась площадка, столбик такой. Издалека плохо видно – большой или маленький по площади. А потом, закружилось… и вода, как стекло стало, или зеркало черное. И должно вроде бы по законам физики с поверхности к краям, а тут… к центру!
[justify][i]Поцеловала меня Тая… прямо в губы, потом разделась совсем и пошла… пошла по «воде». Дошла до площадки и встала на нее. Обернулась, махнула рукой, что-то крикнула. Только совсем ничего не слышно стало – уши заложило, даже больно сделалось.
. 