Согдиада

- Воду добудешь сам. А еду тебе будут приносить каждый день утром. Не проспи, а то останешься голодным. Прощай гиплотах.

Аби Вуд осторожно сел на пол, застланный сеном. При каждом движении хижина раскачивалась, что-то скрипело, казалось, все сейчас рухнет. Аби снял плащ, набедренник, застелил ими пол и уселся, упершись спиной в ту стену, которая соприкасалась со скалой, так хижина раскачивалась меньше. Вэй Фан, конечно, знал Пророчество, но при всей декларированной открытости Братства, тайны его предназначены только для братьев определенного уровня посвящения. Вэй уверен, что отобрал у него подлинные перфокарты, но это копии, игрушки, которые командор всегда носил с собой, как атрибут своей власти в СОГе. Настоящие карты надежно спрятаны.

Аби попробовал вытянуться во весь рост. Наверху ему казалось, что хижина большая, но оказавшись в ней на полу, он понял, что ноги наполовину свешиваются наружу, так что спать в этом убежище можно было, только поджав ноги. Он прислонился к стене, которая примыкала к скале, задумался. Что такое Содружество? Что он о них знает? Сотни лет назад, когда разразились генные войны, после которых изменился не только ландшафт земли, но и начались процессы вырождения человеческой популяции, образование новых рас на основании общего для всех человеческого интеллекта. В отличие от альтернативного искусственного интеллекта, представленного «Умникой» и бесчисленными ее периферийными устройствами. Он развивался параллельно и независимо. Народы, населявшие эту часть Евразийского континента, страшно смешались в поисках спасения своей человеческой идентичности. Но неизменным осталась их чуждость западным народом, тех, кого ранее называли англосаксами, славянами, ромеями и прочие. Мир Земли тысячелетиями жил, разделенный на две половины мало понимающих друг друга – восток и запад. Тень и свет. Добро и зло, обратимое равноценно в ту или иную сторону.

Солнце зашло за горизонт. Наступила безлунная тьма, такая, что не видно было пальцев на руке. Вместе с тьмой пришел пронизывающий холод. Аби вытянул из-под себя свой шерстяной плащ командора, закутался в него, так уснул, почти согревшись. Под утро гиплотаху стало жарко, он развернул плащ, распластался в хижине, раскинув руки в стороны и свесив ноги вниз. Аби проснулся от того, что по правой ступне больно ударил толи осколок острого камня, толи стекла. Сверху послышался голос Вэй Фана. С трудом передвигая затекшие члены, Вуд выглянул из хижины. Увидев над обрывом лохматую голову Вэя, Аби недовольно сказал:

- Чего тебе надо?

- Есть не хочешь?

Ответил тот, покачивая в руках каким-то ведром, не дожидаясь ответа начал на веревке спускать ведро, Аби принял груз. В ведре была большая краюха хлеба, кусок сыры, кусок грудинки и две полуторалитровые бутылки с вином и с водой.

- Это тебе на три дня. – Оповестил Аби Вэй Фан.

Аби Вуд отставив ведро с едой вглубь хижины, поднял голову вверх, прищурился на солнце и спросил:

- Ты долго меня тут будешь держать, Вэй Фан?

Аби Вуд свесил ноги в пропасть, устроился поудобнее на полу, застеленном сеном. Хижина чуть покачивалось, солнце поднималось все выше над горизонтом.

- Ты обманул меня гиплотах. Думал, что мы глупые азиаты, ничего не поймем. Скрижали, которые ты мне дал не настоящие. Я это сразу увидел, поэтому ты здесь, чтобы подумать.

Аби откусил от сыра, отхлебнул вина. Оно оказалось на редкость дрянной сливовой настойкой.

- Ты мне передал совершенно невозможное вино. – Сказал Аби и бросил бутылку в пропасть. - Зачем тебе все это Вэй?

- Я глава Содружеств и моя обязанность оберегать общины от всякой опасности. Мне плевать на весь остальной мир за этими скалами, поэтому я буду тебя держать тебя здесь до тех пор, пока ты не покажешь мне, где хранятся настоящие скрижали.

Аби неторопливо разжевывал очередной кусочек сыра, не спешил отвечать

- Что ты знаешь об обмане, азиат? – Наконец, сказал он. - Или как там тебя теперь называть, после стольких лет эволюции ваших видов. Ты потомок древних цивилизаций, не достигших ничего. Гиплотахия – это искусство обмана, случайности и повторения.

Ответа он не услышал, выглянул наружу, но уже Вэй ушел. Большая часть дня стена, на которой была подвешена хижина, находилась на солнечной стороне и немилосердно пекло солнце, проникая сквозь неплотно подогнанные друг к другу прутья. Ближе к вечеру небо затянуло тучами, разразилась страшная гроза. Молнии беспрестанно сверкали, всю ночь лил косой дождь, Аби весь вымок до последней нитки, а к утру из каньона от холодной реки потянуло таким холодом, что он весь замерз, так, что, даже когда солнце снова взошло, он никак не мог согреться, а одежда долго не просыхала.

Аби весь этот день лежал: сох, ел, думал. Следил за полетом орла в далекой вышине, птица наверняка высматривала себе жертву. Аби Вуд вспомнил то, что знал о Пророчестве: должен явиться ключ или человек, который этот ключ принесет, на этот счет были расхождения в мифологии гиплотахов. Но все в Братстве знали, что ключ этот непонятно к чему применять. Далее Пророчество толковалось по-разному в зависимости от того, какую версию происхождения гиплотахизма принимать. Все сходились на том, что Реактор порождение «Умники», что работает он, только если исполняется Ритуал. Почему работает, никто не понимал, поэтому и верили в Хааб. Расхождения начинались по другому вопросу: «Умника» это исключительно искусственный разум или порождение интеграции с человеческим разумом? Но тогда это сверхразум и прозреть его цели невозможно.

Мысли эти бродили в голове Аби, но чем больше он находился в этой хижине, тем меньше ему хотелось думать. Время текло, солнце пекло, а ночью он дрожал от холода. Жизнь менялась: ночью было сложно уснуть, поэтому день проводил в полудреме, постепенно он терял счет времени, да особо и не следил за ним. Еда кончилась, Аби смутно помнил, что Вэй обещал через три дня принести новую, но солнце уже два раза появлялось и исчезало за горизонтом, а Вэя все не было. Хотелось пить. Эта проблема им была решена. По утрам на лиственной крыше, в лоханках, прогнувшихся под собственной тяжестью листьев обильно копилась роса. Эту воду пил в течение всего дня, сливая в ведро.

Наконец, очередное утро началось с того, что Аби услышал знакомый голос Вэй Фана.

- Ну что ты решил?

Аби, несмотря на апатию последних дней, довольно проворно высунул голову из хижины.

- Насчет чего? – Притворился он, что не понял вопроса.

- Отдашь нам скрижали?

- Зачем они вам?

- Мы не знаем всего Пророчества, но уверены в том, что скрижали ключ к обновлению человечества, а это означает смерть всего старого. Мы этого не хотим, должен быть другой путь. Поэтому будем хранить скрижали, чтобы гиплотахи не могли запустить вселенскую катастрофу.

- До каких пор?

- Пока не кончиться мир.

- Значит лучше для вас сгнить в этом мире, а не обновиться? Тогда в чем разница?

- Лучше жить в старом мире и вместе с ним умереть.

Аби Вуд понимал, что раньше, чем сгниют обитатели Содружеств, погибнет он сам в этой неказистой хижине, подвешенной высоко над каньоном к скале.

- Я согласен. – Крикнул Аби.

Вэй кивнул головой и скинул лестницу. Но выбраться было нелегко, Аби неожиданно для себя обнаружил, что ослабел настолько, что не смог выбраться из хижины. Вэй Фан, наблюдая за его попытками вылезти из хижины, как-то подтянуться, крикнул ему:

- Держи, обвяжись и попробуй стать на край, Ли тебя вытащит.

Он бросил крепкую веревку, а из-за его спины высунулась голова стражника. Аби как мог крепче обвязался веревкой, дернул ее, тут же она резко потянула его ввысь. Он держался за нее, раскачиваясь в воздухе. Вскоре он уже был на вершине обрыва, едва живой. Стражник помог ему встать, поддерживая, повел в поселок. Уже в палатке Вэй Фана, выпивая какую-то горячую, ароматную жидкость, которая его очень бодрила, сказал:

- Я покажу, где находятся перфокарты. Но для этого надо вернуться к СОГу. Проникнуть в башню, а там сейчас армагеддоны.

- Эта не проблема. - Заверил Вэй Фан

Утром отряд рослых стражников, вооруженных тяжелыми пульсарами на трех, крытых тентами грузовиках, в сопровождении Аби Вуда и Вэй Фана выдвинулся в сторону перевала.

 

 

 

Капитан «Саблера» Кодра Тура пробудился от сигнала зумера внутренней связи. Так крепко спал, что не сразу понял, откуда идет звук, наконец, нажал кнопку для ответа

- Да. - Сонно ответил он.

- Капитан! – Услышал бодрый голос штурмана. – Анабиозная камера разгерметизировалась. Жду вас в лаборатории.

Лаборатория располагалась в хвостовой части подлодки, там когда-то были пусковые шахты баллистических ракет, но за ненадобностью их убрали, а потом Кодра Тура решил здесь разместить лабораторию для изучения всяких артефактов, которые лодка периодически вылавливала в океане.

В лаборатории двери были открыты, а штурман стоял на входе, меланхолично сложив руки на груди и рассматривая анабиозную капсулу. Внутри недвижимые, мокрые, в остатках жидкости лежали Николь и матрос.

- Они живы?

Спросил Кодра Тура, когда подошел к открытой двери. Штурман посмотрел на мониторы, отражавшие жизненные показатели обоих.

- Да нормально все. Должны сейчас проснуться. – Лениво ответил штурман капитану.

- Где медик? – Снова спросил капитан.

Медик уже бежал по коридору, на ходу поправляя комбинезон. Остановившись перед капитаном, он вопросительно уставился на него. Кодра Тура указал ему на пол лаборатории, залитый жидкостью из капсулы.

- Убери тут, почему сырость такая. И давай вынимай инспектора с матросом. С ними все в порядке?

- Нештатная ситуация, жидкость почему-то слилась раньше времени на два часа. Но я им ввел уже препарат, сейчас они должны проснуться. – Отчитался медик.

Будто услышав его, шевельнулся Сосфен, приподнялась Николь и села в капсуле. Медик начал быстро откручивать фиксирующие винты, опустил на пол капсулу и помог выбраться Николь, Сосфен вылез самостоятельно.

Инспектор, покачиваясь, добрела до диванчика, присела, потирая правое бедро. Она явно еще не совсем пришла в себя, но постепенно осознавая окружающую обстановку. Снова похлопала себя бедру, не обращаясь ни к кому спросила:

- А где моя переноска?