Согдиада

Будильник зазвонил ровно в 7 часов утра. Созонт слышал сигнал, но глаза открыл не сразу. Однако игнорировать механизм, который побуждал его встать, было бесполезно. Созонт приподнял голову от подушки и спустил ноги с кровати. Вчера он засиделся, изучая манускрипт, который ему удалось взять в Хранилище. Заведующая читальным залом Ольга под страшным секретом разрешила ему на сутки его вынести из Хранилища. Поэтому пришлось покорпеть ночью и как результат – теперь ему с трудом удалось встать. Надо было спешить. Занятия в Училище хранителей начинались в 8. 30 и нельзя было опаздывать, декан этого не любил и жёстко штрафовал за опоздания. Созонт быстро оделся, второпях выпил кофе, собрал бумаги в портфель и вышел на улицу.

Он жил в небольшом, одноэтажном домике, один. Во дворе дома росло несколько плодовых деревьев и кустарников. Созонт любил свой дом, свой сад. И даже немного опаздывая, выйдя из дома, он остановился и на мгновение, обернувшись с любовью, посмотрел на свой дом. Потом продолжил свой путь в училище.

Был солнечный, ясный день, впереди простиралась мощеная красным камнем дорога. Над одно и двухэтажными домами вился беловатый дымок: это жители просыпались, начинали топить печи, чтобы приготовить завтрак. Город нижнего уровня состоял по преимуществу из деревянных небольших построек, даже мэрия помещалась в таком же строении, только здание было длиннее, чем обычно. Бесконечное множество этих домишек далеко во все стороны света открывались взору Созонта, который жил в квартале на плоском холме, поэтому мог спокойно созерцать это великолепное зрелище однообразия. А посреди этого царства бесконечной похожести возвышалось многоэтажное кубическое здание Хранилища. За ним, у самого горизонта высились небоскребы, принадлежащие компании «Сексюси».

Достигнув подножия холма, лестницы ведущей в долину, Созонт остановился и посмотрел в голубое небо. Там, высоко над землей медленно плыла платформа Верхнего уровня. Профессора всегда завораживало это зрелище: он видел неспешное движение платформы, многочисленные прозрачные нити вакуумных трасс и множество мелких черных точек гравикоптеров. Они так и сновали вокруг платформы, а также огромные грузовые воздушные танкеры с отходами и мусором, которые с определенной периодичностью отделялись от платформы и устремлялись вниз, а потом уходили за горизонт.

Созонт спустился с лестницы и быстро шел теперь по центральному проспекту, мощенному бетонными плитами. Недалеко виднелось серое двухэтажное здание Училища, над входом развевался белый флаг с гиплотахическим ромбом и анаграммой Братства гиплотахов, вписанной внутрь ромба. Это знамя означало приверженность нижнего уровня Гамбига гиплотахическим идеям.

Созонт почти не опоздал на занятия, прозвучал только второй звонок, а ученики все были на местах, за партами и терпеливо ждали учителя. Профессор вошел, ученики дружно встали, приветствуя его девизом гиплотахов: «Берущий и дающий! Мы часть того, что связывает все». Созонт жестом разрешил всем сесть. Он оглядел аудиторию: справа юноши, одетые в белые рубашки, коричневые джемпера и такого же цвета брюки с левой стороны на джемперах у них находилась эмблема гиплотахического ромба. Девочки в черных платьях и передниках с белыми воротниками, все аккуратно причесаны. Профессор вздохнул и написал на доске тему занятия: «Тимей Скачков – создатель «Умники»»

- Каждое новое поколение начинает свою жизнь с изучения опыта прошлых поколений, постепенно погружаясь в него и строя собственное будущее, но если связь прервана будущего не будет. Мы с вами занимаемся тем, что восстанавливаем прерванные цепочки.

Девушка с двумя плотно заплетенными косичками, сидящая на первой парте в одиночестве подняла руку:

- Что ты хотела спросить, Роза?

Девушка резко поднялась и четким, звонким голосом, как будто рапортовала, выпалила:

- А сегодня будут раскопки в Стальных Прутьях профессор?

Вопрос немного удивил Созонта, он не планировал раскопок сегодня, но почему-то ответил:

- Да, Роза, мы пойдем туда, нужно закончить раскоп.

Он некоторое время молчал, обвел взглядом совершенно бесстрастные лица студентов, подумал: «Таких на Континентах называют неэмоционалами», и продолжил лекцию:

- Тимей создатель «Умники», вы все это знаете. Эта система появилась очень давно, но мы не знаем до сих пор, где, в каком месте она физически была размещена. Поэтому наша задача, как хранителей обнаружить систему или хотя бы какие-то ее элементы. Во всяком случае, такое задание мы получили от Спиры.

- Вы не согласны с этим, профессор? – Снова спросила Роза.

- Почему? Это, конечно, важно, но я уверен, что в приоритете у нас составить ясное представление о Новых тёмных веках. Хотя бы потому, что это поможет нам понять, откуда и для чего взялась наша цивилизация. Кроме того, мы не знаем побудительных мотивов Тимея: зачем он создавал «Умнику». А, не зная этого, даже если мы найдем какие-то ее части, не сможем соединить их в общую систему знаний.

Созонт никогда не мог определить, кто среди студентов гомоид, а кто человек. Да и есть ли среди них люди? Возможно Роза человек, потому что слишком много задает вопросов. Гомоиды – это человекообразные системы, которые проходят обучение по разным учебным программам, чтобы потом участвовать в работах уже как специалисты и вместе с ними учатся люди. Руководство нижнего уровня считает, что это способствует взаимному сближению и гомоидов друг с другом, а в дальнейшем повлияет на слаженность действий в команде.

- Тимей жил в третьем тысячелетии, когда точно сказать сложно. По моему мнению, годы его жизни можно примерно отнести ко второй половине XXI века, именно с этим периодом истории человечества мы связываем начало Новых тёмных веков. Однако по этому времени у нас есть только один источник, помните какой?

- Анналы Купфера. – Сказал кто-то с места.

- Верно. Мы говорили о них несколько занятий назад и даже были семинары, где мы их разбирали. Это два десятка перфокарт, но необычных, они изготовлены из высоколегированного сплава стали и вольфрама. Способ записи информации на перфокарту относится еще к зарождению информационных технологий, но их всегда делали из картона, а здесь такой необычный способ хранения. Можно предположить, что сделано это было специально, чтобы таблички дожили до нашего времени, и мы их прочитали. Анналы дали нам слишком мало знаний о том времени, но почему это так важно?

Вопрос профессора был ни к кому не обращен, больше риторический но ответила на него Роза:

- Мы не понимаем, что случилось с человечеством в промежутке между третьим и четвертым тысячелетием. Проще говоря – куда все делись.

- Именно. Хранители провели уже немало раскопок, обнаружили остатки городов, сооружений, различные артефакты, но никаких признаков какой-либо катастрофы, которая привела бы к такому резкому сокращению популяции людей и к тому, что целые огромные страны, города пришли в полное запустение. Это странно.

Созонт сделал паузу, обдумывая то, что он собирался сказать дальше, чтобы это было понятно всем:

- Анналы не прояснили ситуации, но дали нам немало дополнительной информации, которая, я уверен в этом, поможет нам представить всю картину, чтобы понять, как нам действовать дальше каким путем идти. А вот чтобы это понять мы для этого учимся и проводим раскопки. Теперь давайте разберем еще несколько текстов из Анналов Купфера.

Остальная часть занятия прошла в кропотливом разборе текста. Профессор остался доволен работой своих учеников. Наконец прозвучал сигнал к окончанию занятий. Студенты неторопливо покидали аудиторию, Созонт разбирался в своих бумагах и не сразу заметил, что перед ним стоит Роза, которая терпеливо ждет, когда на нее обратит внимание профессор. Подняв голову, он был несколько удивлен тем, что она еще здесь, но приготовился выслушать ее.

- Профессор мне хотелось бы вам показать одно место.

Созонт был заинтригован и покорно пошел за Розой. Они покинули училище и направились по главной улице нижнего уровня к выходу из него. Созонт не раз бывал вместе со студентами по делам раскопок за пределом уровня, знал, что там только бесконечные поля и валуны. Но путь их лежал не к воротам, которые вели в пустыню – на Развилке Роза свернула, и они пошли по боковой улице, похожей как две капли воды на центральную улицу. Теперь они двигались по направлению к густому лесу, который обступал уровень с западной стороны.

- В прошлый раз, когда мы проводили работы на Стальных Прутьях, я и еще пару студентов задержались на раскопе, а назад возвращались коротким путем и нашли то, что я вам и хочу показать. – Пояснила Роза

Они вышли за черту города нижнего уровня и продолжили путь под кровом елового леса. Здесь была грунтовая дорога, а от высоких елей тени тянулись вдоль нее. Вдруг дорога плавно пошла в гору, лес расступился, открыв укромную поляну, заросшую высокой травой. Роза остановилась и сказала:

- Это здесь.

Созонт ничего кроме травы не видел. Он недоуменно уставился на Розу. Та прошла вперед и, наклонившись, раздвинула траву, за которой открылся серый каменный надгробный памятник в виде прямоугольной плиты сильно погрузившейся в землю. На ней можно было разглядеть выбитый крест и надпись. Профессор опустился рядом с Розой на колени, стер пыль и землю с памятника и прочел: «Николас Колдуэлл: 2000 – 2099».

- Кладбище? – Удивленно воскликнул Созонт.

- Да, и тут довольно много могил. Они все за разные периоды времени, здесь хоронили на протяжении многих сотен лет. Пойдемте дальше.

Роза отправилась только по одной ей видимой тропе и наклонялась то там, то тут, раздвигала траву показывая профессору все новые и новые плиты, он только успевал восклицать: «Поразительно! Изумительно! Этого не может быть!» Наконец они дошли до конца поляны. Оглядывая обширное пространство, окруженное лесом, Созонт подвел итог их прогулки:

- Это удивительное открытие, причем под самым, можно сказать, носом. За всю историю раскопок Хранителями, мы ни разу не находили кладбища, а здесь такое.

- Да, - согласилась Роза, - но такое ощущение, что все эти могилы из разного времени здесь кто-то для чего-то собрал.

Профессор внимательно посмотрел на студентку и предложил:

- Давай это выясним – завтра же приступим к раскопкам.