Так и шли обратно. Сашка впереди, Варвара чуть поодаль. Варя на ходу согрелась и теперь шла и улыбалась. «Вот, почти и случилось. Ну, и что, что почти, в другой раз непременно, и все равно будет мой. Да, и никуда не денется».
И совсем ей было невдомек, что этот, уверенно впереди шагающий парень, уже второе лето, раз, а когда и два раза в неделю, поздно ночью уходит в Петелино. Где на краю села, в сарае на соломе, ждут его горячие объятья студентки из пединститута Виктории, с которой он и упражняется в своих мужских достоинствах.
***
Небо прояснело, раскидало щедрой рукой миллиарды звезд, а из тайги выползла щербатая луна и холодной своей улыбкой осветила берег и двух шагающих подростков. Уже у самой дыры в заборе Саша резко остановился. Задремавшая на ходу, Варя ткнулась в его спину носом и вздрогнула.
- Так, Варвара. Топай спать. Девчонкам не трепись – ничего не было, а то я тебя знаю - что помело. И дурь из головы выкинь, подрасти малость, никуда это от тебя не денется. А я, я скоро уеду. Совсем.
-Саша, ты прости меня, ладно?
-Да ладно, проплыли. Все иди спать, чего стоишь?
-А ты?
-Мне через час переметы проверить, потом светать начнет, уха сегодня будет.
-Саш, а Саш… поцелуй меня.
-Перебьешься. Ползи давай. – Но, видя, что Варька совсем нос повесила, пожалел. Подошел, руку запустил в короткие и жесткие как проволока волосы, повернул к себе и поцеловал в плотно стиснутые губы. Хмыкнул и пошел дальше по берегу.
***
Не успела Варька нырнуть в постель, как Любка вскочила, а за ней еще и остальные девчонки от 12 до 14 лет. Вот ведь, не спали почти нисколечко, за подругу переживали, ворочались, о своем думали, фантазировали. Щипали себя до боли, чтобы только не заснуть. Сразу громким шепотом вопросами засыпали. «Ну, как?.. Было?.. И как?.. Целовались?.. Расскажи, не тяни?». Наконец, расселись на двух кроватях, как куры на шестке. Завернулись в одеяла байковые как в индийских фильмах.
- Значит, так… - устроилась Варвара поудобнее, подушку за спину пристроила, чтобы легче было сидеть с ногами в постели - пришел он, такой необычный, что даже и не узнала вначале. Оказывается, он совсем не такой, как в обыкновенной жизни – робкий какой-то и стеснительный. В общем, пришлось мне инициативу в свои руки брать.
-Ты что, первая его поцеловала? Ну, ты даешь!
-Ой, девочки, он, оказывается, и целоваться-то толком не умеет. Пришлось мне его учить. Ничего, он способный, сразу понял.
И принялась в самых мельчайших деталях и интимных подробностях… до формы, температуры и влажности, минуту за минуту, со всеми ощущениями и переживаниями, описывать свидание. Как после долгих и страстных поцелуев, взял Александр ее на руки и понес… и пропала куда-то тайга и берег реки, и костер. И появился сам собой средневековый замок, с ужином при свечах и горящим камином. И спальной комнатой в зеркалах и картинах, с огромной кроватью под пологом, шуршащими шелковыми простынями, голубыми с золотыми коронами обоях, и тихой музыкой, и лунным светом, и нерушимыми клятвами в вечной любви до гроба.
Вот и утро раннее постучалось легонько в окошки. Спят девчонки, посапывают и видят сны. Про замки и широкие под пологом супружеские ложа. Снится им Любовь. И очень, очень хочется, чтобы все было так и на самом деле. А, может, так и будет? Ну, хоть у кого-нибудь из них. Вдруг повезет в жизни. Вдруг, повезет…
***
Солнце утреннее, красное быстро морозным инеем с травы умылось и стало медленно пробиваться вверх, на свое законное место. Вот уже и в столовой задымила труба - Степановна завтрак готовит. Захар Петрович спустился к воде с полотенцем через плечо. Сполоснулся. Навстречу по берегу Сашка усталый бредет, с полным садком рыбы. Хорошо, на уху и на жарку хватит. Молодец он все-таки. Подошел, поздоровался.
-Захар Петрович, машина так и не пришла?
-Нет, Сашек. Застряла где-то. Ты, я вижу, совсем ночью не спал. Ты там, в Петелено поаккуратней, бока намять могут.
-Это как получится.
-Ну, гляди, большой чай стал. Поди, подремли пару часов, да придется тебе все же в Петелено сходить, позвонить в город. Неспокойно мне что-то.
-Слышите, кажись, идет машина… или показалось?
-Ишь ты, услыхал. Далече еще, через полчасика будет. Ну, слава Богу. Слава Богу.
***
5. «Братаны»
Больше часа бродил по новому микрорайону, искал нужный корпус. Холодно и ветрено. Солнце маленьким желтым кружком висит. Снегу мало, земля подмороженная торчит жухлой прошлогодней травой, арматурными штырями, обломками бетонных панелей. Но, у уже заселенных домов, получше. Прямо на мерзлую землю накатан асфальт, какая-то видимость газонов, посажены прутики кустов. И не беда, что по весне всю эту «красоту» придется переделывать – главное, сдали жилплощадь вовремя, а доделки… там видно будет.
У нужного подъезда «пасутся» три джипа, навороченные, сверкающие никелированными трубами. Домофон на подъезде, код, конечно, Юрка забыл записать. Придется подождать, пока кто-нибудь выйдет.
Из подъезда четверо вываливаются, в куртках теплых камуфляжных, в черных шерстяных шапочках. Прут не глядя. Один плечом задел, посторонись, мол, мужик. Да только как на столб, какой наткнулся, отлетел, еле-еле на ногах удержался.
- Ты, что, блин, по рогам захотел? – но увидел беретик знакомый, заорал на всю улицу - Сашка! Ты? Братан! Славка, Витька, глядите, кого попутным ветром к нам занесло!
Объятья пошли до хруста костей, радость неподдельная.
-Мне Юрка говорил, что встретил, думал, разыгрывает как всегда!
-Слав, гляди на него! Похудел немного, а так… на секс-символ России тянет. А шрамы бабы любят, кипятком прямо писают.
-Вовремя ты, Пианист, подошел. Еще пять минут и замок бы поцеловал. Давай с нами, Сашок. Гуляем мы сегодня. Оторвемся по полной программе. Бабцы будут и все такое. Ребята, вытряхивай Филю из тачки, на электричке доедет. Он дорогу знает. Давай, давай, черт полосатый, тряхнем стариной. По коням, братаны.
Всю дорогу болтали, вспоминали, кто из живых теперь, где. Как дышит и живет каждый. Разнесло всех в разные стороны, так она жизнь устроена. А вот «мушкетеры» друг за друга держатся. Да ведь это тоже, пока молодые, а там, кто его знает, как развернет. Но сегодня они вместе, вот и Пианист появился, словом, все нормально.
***
Коттедж большой. Внутри еще отделка незакончена. Свет, отопление, сауна, кухня, спальни на втором этаже, даже камин в двухсветной гостиной – все на месте. Немного строительного мусора, стены не отделаны – ну так и это ничего. Отдохнуть, «погудеть» можно. Тем паче, что таинственный босс, которого половина из присутствующих в глаза не видели, на три дня разрешил развлечься ребятам своим, и что совсем немаловажно, оплатил все.
Подъехали уже темнеть начало. А через полчаса автобус подкатил милицейский. Менты путанок подбросили, прямо с Тверской, от «Интуриста». Тоже за все уплачено. Чем не жизнь?
А набралось народу, вместе с девицами разного калибра больше двадцати человек. Ну и началось.
Поддали прилично с хорошей закуской, с тостами за боевое братство, за братанов погибших, за «что б он сдох!», конечно, хором и стоя. И в таком же все духе. А после гусарского тоста по стакану водку, стоя, локоток в сторону – «За дам-с!», опять же хором вопль – «Джунгли зовут»!
Девиц отправили по комнатам наверху, «ждать бананов», сами скоренько порешали, кто с кем и за кем, тоже разошлись, прихватив с собой бутылки и… ну, это уже так, по мелочи, «на зубок» закуски.
А внизу остались двое. Александр, который как приехал, так и сидел на одном месте. Пил со всеми вместе, но, похоже, пьянел не сильно, только бледнел немного и глаза «уходили» куда-то. Пробовала девица одна, пухленькая, пристроится, готова была даже под стол лезть чтобы… но встретилась с взглядом таким, что про себя решила все же подальше держаться от этого психа ненормального.
Второй, Юрка Горбунов, который тоже был ранен, еще раньше. Сашка его тогда из БМП единственного вытащить успел, а секунд через десять рванула машина, а с ней ребята все. Чего тут еще объяснять и говорить о чем, и так все ясно. Юрка в госпиталь капитально загремел, почти на год, а Саша через месяц - не было такой армейской специальности, а стала. Антиснайпер. За всех ребят и… ну, и все. За всех.
А до Чечни полтора года рядом вчетвером «мушкетерили» на Урале лямку солдатскую тянули. А вместе потому как не со своим годом по разным причинам служили, так получилось. А теперь вот встретились. И при всем том, непонятно, кто и что из себя теперь представляет. А разговор-то… ну, какой тут разговор - монолог один, да и тот… Юрка никогда пить толком и не умел, да и не идет ему это как-то, порода другая или еще что…
[justify]Вот и теперь, на пятое через десятое перескакивает, язык