семейная женщина не хочет утверждать счастье в семье своей благодатью, а заботится только о себе - о своём удовольствии и своей карьере. - Молодец, Ваня, хороший вопрос, - похвалил Европия Порфирий, - а вот за такое состояние семейной женщины отвечает ещё одно слово из семейной данности, это слово "тьма"... - А причём здесь тьма вообще, - непонимающе вклинился Европий. - А ты, Ваня, посмотри, - серьёзно продолжил Порфирий, - слово "тьма" есть почти зеркальное отражение слова "мать", как- будто перепутаны - переставлены слоги в слове "тьма". - Да, согласен, - подумав согласился Европий. - Но, Ваня, ты должен понять, - продолжил свои объяснения Порфирий, - что это сознательная перестановка слогов, такая перестановка меняет смысл буквы (ь), если в слове "мать" - счастье своей благодатью утверждаю, буква (ь) несёт положительное - утверждающее значение, то в слове "тьма" буква (ь) имеет уже смысл отрицания: . т ь ма ть-ма - своей благодатью отрицаю (разрушаю) счастье (семьи), - вот скажи, Ваня, если женщина в семье становится главной - доминирующей, насколько в семье есть ощущение для всех счастья жизни? - Ну..., - задумчиво ответил Европий, - наверное счастье будет только для самой женщины... - Правильно, Ваня, всё так и будет, - поддержал Европия Порфирий, - и в принципе если семья разваливается - распадается, кто- бы не был фактически виноват, виноватой оказывается женщина, она перестала частично или полностью быть для своих семейных матерью - женщиной любящей и дающей всем в своей семье счастье семейного быта, семейного бытия, семейного счастья, как состояния жизни, кстати, - и Порфирий глянул на Европия, - мы- люди, часто виним - ругаем в неудачах своей жизни быт нашей жизни, мол быт заел, неурядицы быта разрушили молодую семью, а само слово "быт" оказывается несёт очень положительные смыслы: . б ы т бы-т - Божий дар (бытия) в осознании благодати, - по этому, Ваня, с бытом нашей жизни не надо бороться, быт жизни надо понимать и принимать, быту как условности и причинности хорошей жизни надо учиться, ведь быт - это наше бытие - наша Жизнь, как Божий Дар. - Да, я согласен с вами, дядя Порфирий, - согласился с собеседником Европий. - А теперь, Ваня, - продолжил Порфирий, - давай разберёмся со словами "дитя" и "дети", ведь по факту понимания эти слова в семейной данности мало подходят к слову "ребёнок", но... давай, Ваня, мы с тобой посмотрим смыслосложение этих слов и попробуем понять, что эти слова говорят нам: . д и т я д-и-т-я - фиксация живая благодати нашей, - вот скажи, Ваня, для семьи, для супругов любовь - это благодать Божья, - обратился Порфирий к Европию. - Да, конечно, - подтвердил Европий, - для любящих друг друга людей любовь - это истинная благодать. - А ребёнок - это Свет Божий в такой семье, Ваня, - продолжил свой рассказ Порфирий, - и одновременно физическая фиксация живой благодати - физическое выражение любви нашей, соответственно слово "дети" несёт смысл: . д е т и д-е-т-и - фиксация чувств благодатью живой, - ведь дети - это всегда живое наше меньшее, как благо данное от любви нашей. Порфирий высказавшись замолчал и поправил рясу у себя на коленях. - Вот видишь, Ваня, - продолжил Порфирий, - как всё вокруг оказывается просто и понимаемо, когда знаешь - имеешь понимание знания о предмете... . вторая часть
- Чего расселись, на солнышке размалинились, - вдруг раздался рядом с сидящими монахами неприятный басок, это к сидящим на лавочке Порфирию и Европию незаметно подошёл пожилой монах, видно старший над ними, - а кто за вас ваш урок делать будет. - А ты, Евстафий, не кричи, - спокойно ответил Порфирий, повернув голову к подошедшему монаху. - Как это не кричи, - возмутился Евстафий, - мне что, за вас брать метлу и мести прикажешь, вот пойду и всё скажу иегумену, он опять на тебя, Порфирий, епитимью наложит. - Вот иди и доложи иегумену, - не покорился Порфирий, - мешаешь тут Богоугодные разъяснения с молодыми послушниками проводить, а убираться..., у нас с Европием ещё есть время до обедни, мы отдохнули и уборка пойдёт быстрее, - Порфирий поднялся и взял свою метлу, - ты, Евстафий, лучше иди отсюда, не мешай нам убираться. И Евстафий пошёл обратно через монастырский двор, бормоча себе под нос какие- то угрозы. - Спасибо, дядя Порфирий, - поблагодарил Порфирия Европий, - я Евстафия сильно побаиваюсь, а вы... - Ну, Ваня, сильно бояться никого не надо, - улыбнувшись успокоил Европия Порфирий, - а вот немного побаиваться конечно- же стоит, это как- то стимулирует..., но ты- же, Ваня, видел, Бог - сам Бог участвовал в нашей беседе, кого тебе ещё можно бояться. - Спасибо, дядя Порфирий, - ещё раз поблагодарил Порфирия Европий, - и за науку - знание, и за живое понимание, я благодарю вас, - и с этими словами Европий взял свою метлу и пошёл к своему месту работы. Подметая Европий теперь не спешил, и у него так- же, как и у Порфирия стало чисто получаться с первого раза - с первого промёта. И было из далека видно, как Европий улыбаясь что- то бормочет себе под нос. Так работая они успели вымести монастырский двор к колоколу - сигналу - призыву на трапезу.
. третья часть На следующее утро монахов и послушников монастыря облетела негласная весть, к вечно одному монаху Порфирию приехал сын с детьми и внуками. Порфирий принял гостей хорошо, в приёмной беседке на монастырском дворе. Порфирий познакомился со своими внуками и правнуками. Сын покаялся и попросил у своего отца прощения за своё непонимание отцовского поступка. Разбирая семейный архив после ухода в иной мир своей матери, сын нашёл письмо своей матери к детям, где мама признавалась в своём прегрешении перед их отцом и просила сына найти своего отца, помириться с ним и попросить у него за мать прощения. Что сын и сделал, найдя и приехав к отцу всей семьёй. В беседке стоял небольшой детский гомон, когда к воротам мимо беседки проходил Европий. Он был в цивильной одежде и с рюбзаком за плечами. - Здравствуйте, дядя Порфирий, - поприветствовал Европий старого монаха, - у вас сегодня праздник. - Здравствуй, Ваня, - приветливо ответил Порфирий, - или тебя при всех надо называть Европием.- Нет, дядя Порфирий, - улыбнулся Иван, - теперь я снова ношу имя "Иван" и горжусь своим Именем, - и Иван стал благодарить Порфирия, - спасибо вам, дядя Порфирий, большое от меня спасибо, вы вчера мне и Бога показали, и мозги мне прочистили, и на Божий путь истинный направили, я очень вам благодарен. - А что это ты, Ваня, рясу монашескую снял и цивильное одел, в город что- ли собрался, - поинтересовался Порфирий. - Нет, дядя Порфирий, я совсем, - улыбнулся Иван, - я вчера всю ночь не спал,всё думал - размышлял сопоставляя и прокручивая нашу вчерашнюю беседу, и пришёл к выводу, что моё решение о монастыре и монашестве неправильное - преждевременное. - Молодец, Ваня, - похвалил Порфирий, - и...? - Я решил попробовать путь, показанный вами, дядя Порфирий, - озвучил своё решение Иван, - мне этот путь кажется более честным, более правильным, - и Иван открыто и широко улыбнулся, - так что перед вами, дядя Порфирий, снова стоит Иван - Живое звучание Мира принявший и принимающий, а так- же теперь я свободный гражданский человек, который собирается исправлять наделанные ошибки и неправости, и..., - Иван вдруг опустился на одно колено и склонил перед Порфирием свою голову, - дядя Порфирий, я прошу вашего благословения на мою новую жизнь. - Ну, Ваня, ты..., ты меня удивил, - Порфирий даже прослезился, но всё- же положил свою руку на склонённую голову Ивана, - я конечно тебя благословляю, Ваня, на хорошие дела, но я, Ваня, тебе не отец, и несвятой человек, как- же... - Дядя Порфирий, - тон Ивана вдруг сделался серьёзным, - для меня вы - Человек, вы первый человек, который понял меня и объяснил мне меня- же, а так- же осветил всю мою жизнь и окружающий меня мир, для меня вы теперь и Отец, и пример на всю мою оставшуюся жизнь, ну а о святости..., - тут Иван улыбнулся, - о вашей святости вам могут сказать только окружающие вас люди, и... я первый вам говорю о вашей святости, до свиданья, дядя Порфирий, и будьте счастливы, - Иван поднялся, подхватил опущенный рюбзак и направился к монастырским воротам. - Кто это, отец, - спросил сын Порфирия. - Так..., - улыбнулся Порфирий вслед уходящему Ивану, - один молодой и заблудший, такой- же запутавшийся, как и я в своё время, только ему во время показали истинный путь, и..., - Порфирий вновь улыбнулся, - я думаю, что он теперь будет достоин этого пути, и... Бог ему на этом пути в Помощь!
С уважением