"Мышиные игры. Путь всевластия"

ужином упомянула имя Уолли Фауста, описав его, как таксиста, вежливого и приятного в общении, что довез её до этого дома в Таунвилле. Напарник замер в ужасе, ведь он знал, что речь шла про агента ФБР, который после их побега из лаборатории преследовал их долгие годы! 13 лет прошло, как их след затерялся в Таунвилле, и Фауст так и не сумел их отыскать! Да и сам Бреймоар яростно и строго запретил напарникам упоминать это имя. Абесалом прокричал: "Это точная информация?", и Вакантис все подтвердил. Напарник застыл от изумления. "Этого…не может быть!" - вскричал он.

Абесалом, словно громом поражённый, застыл с рацией в руке. Сердце его бешено колотилось, отбивая погребальный марш надеждам на спокойную жизнь. Имя Фауста прозвучало как смертный приговор, как эхо из кошмарного прошлого, которое они так отчаянно пытались похоронить. Он понимал, что этот "вежливый таксист" – дамоклов меч, занесенный над их головами.
Он медленно повернулся к Бреймоару, словно окаменевший от страха. Слова застряли в горле, превратившись в комок ледяного ужаса. Он видел, как надежда в глазах напарника начала меркнуть, словно гаснущая свеча на ветру. "Бреймоар…" – прошептал он осипшим голосом, словно пытаясь остановить неминуемую катастрофу. "Фауст… Сперентия… она говорила о Фаусте…"
Бреймоар вскочил со стула, как ужаленный. Его лицо исказилось гримасой ярости и отчаяния. "Фауст?! Этот пёс все еще жив? Он вынюхивал наш след все эти годы?!" В его голосе звучала такая буря, что казалось, стены задрожали. Он чувствовал, как прошлое, словно змея, обвивается вокруг его горла, душа его остатки веры в будущее. Тринадцать лет тишины обернулись теперь оглушительным взрывом, грозящим уничтожить все, что они построили.
"Таунвилль превратился из гавани в ловушку, из островка безопасности в зыбучие пески!" – прорычал Бреймоар, хватаясь за голову. "Он нашел нас… он всегда знал, что мы здесь. Он ждал… выжидал, как паук, плетущий свою смертоносную сеть!" Он посмотрел на Абесалома глазами, полными боли и решимости. "Мы должны действовать. Быстро и безжалостно. Мы не позволим ему разрушить нашу жизнь во второй раз. Фауст заплатит за каждый день, проведенный в тени прошлого. Он поплатится за каждый шрам на наших сердцах."

Абесалом сказал, положив лапу на плечо Бреймоару: "Не бойтесь, Босс! Я с Вами! Нам надо выяснить, действительно ли это тот самый Фауст, о котором мы подумали? Может, Вакантис ошибся? Ну кто ж агенту ФБР доверит вождение такси?! Да и в мире полно тезок и однофамильцев… Надо просмотреть его резюме и навести справки! Если окажется, что это тот самый…".

Абесалом говорил, стараясь придать голосу уверенность, но внутри него бушевал шторм, под стать тому, что творился в душе Бреймоара. "Не будем рубить сплеча, Босс. Вспомните слова Сунь-Цзы: 'Искусство войны учит нас не полагаться на вероятность того, что враг не придет, но на нашу готовность встретить его'. Нам нужны факты, железные доказательства, прежде чем мы вновь погрузимся в этот ад". Он знал, что Бреймоар сейчас подобен тигру, загнанному в угол, готовому растерзать любого, кто попадется под лапу. Но действовать импульсивно сейчас – значит подарить Фаусту победу еще до начала игры.
Бреймоар, казалось, немного остыл под напором доводов Абесалома. Ярость в его глазах сменилась на ледяную решимость. "Ты прав, Абесалом. Ярость – плохой советчик. Но помни, 'Дьявол кроется в деталях'. Мы просмотрим каждое его движение, каждую чертову бумажку. Если это он, то он пожалеет, что вообще родился на свет. Мы вырвем ему сердце и скормим воронам!" Он с силой сжал кулаки, его костяшки побелели. "Найди все, что сможешь о таксисте по имени Фауст. Пробей его по всем базам, по всем связям. Пусть Вакантис еще раз перепроверит свою информацию. Мы должны быть уверены на все сто процентов."
Абесалом кивнул, понимая, что времени у них в обрез. "Сейчас же займусь. Но, Босс, если это действительно он, что мы будем делать? Старая жизнь ушла в прошлое, мы стали другими людьми… или нет?" Вопрос повис в воздухе, словно дамоклов меч, угрожая разрушить хрупкое равновесие их настоящего.
Бреймоар посмотрел в окно, на мирный Таунвилль, на улицы, залитые солнечным светом. "Мы сделаем то, что должны были сделать много лет назад. Мы закончим начатое. 'Око за око, зуб за зуб'. Фауст думал, что мы забыли? Он ошибся. Месть – это блюдо, которое подают холодным. И мы подадим его ему в самой изысканной форме." Он отвернулся от окна, его глаза горели мстительным огнем. "Абесалом, начинай свою работу. И помни: 'Если хочешь мира, готовься к войне'."

Абесалом спросил: "Не понимаю, Босс…Как ему удалось нас отыскать?! Ведь, когда мы сбежали тринадцать лет назад сюда, полицейский и дозорный эльф, что охраняют резные ворота с высеченным на них названием этого коттеджного поселка, заверили нас, что нам нечего бояться! Ни один чужак не объявится здесь без должного досмотра! Выходит, они нас обманули, что ли?! И система противовоздушной обороны здесь на высшем уровне - ни один дрон не пролетит, муха не проскочит! Это все странно… столько лет мы удачно скрывались, и тут он объявился!".

Бреймоар медленно повернулся к Абесалому, его взгляд был тяжелым, как надгробная плита. "Не время терзаться сомнениями, Абесалом. Вопросы к охране зададим потом, когда этот спектакль закончится. Сейчас мы играем в шахматы со смертью, и каждая фигура на доске – это наша жизнь. "Не ищи виновных, ищи решение". Нам нужно понять, как он обошел систему, как просочился сквозь наши сети, словно змея сквозь песок." Он подошел к бару, налил себе щедрую порцию виски, залпом осушил ее. "Возможно, кто-то из своих продался. Возможно, он нашел брешь в броне. Не важно. Важно то, что он здесь, и мы должны быть готовы к любому сценарию."
Абесалом, словно тень, скользнул к своему компьютеру. Клавиатура застучала под его пальцами, как пулеметная очередь. "Проверяю все записи, Босс. Все входящие и исходящие, все перемещения в поселке за последние несколько недель. Ищу любую аномалию, любую тень подозрения." Он хмурил брови, всматриваясь в бесконечные строки кода, словно пытаясь разглядеть в них лицо дьявола. "Информация - это оружие, Босс. И в нашей ситуации - это единственный щит, который у нас остался."
Вдруг, на экране высветилась запись с камеры наблюдения. Черная машина, въезжающая в поселок три дня назад. В водительском кресле – силуэт, смутно напоминающий Фауста. Абесалом замер, как парализованный. "Босс… я кое-что нашел. Это может быть он." Он переслал запись Бреймоару. Тот, не говоря ни слова, подошел к экрану, впился взглядом в изображение. Тишина в комнате стала давящей, словно могильная плита.
Бреймоар молчал, но его взгляд стал таким холодным, что, казалось, мог заморозить ад. "Это он. Дьявол вернулся, чтобы забрать свою душу." Он отвернулся от экрана, направился к оружейному шкафу. "Абесалом, подготовь все необходимое. Мы собираемся навестить нашего старого друга. И мы будем играть по его правилам." Звук открывающегося оружейного шкафа прозвучал, как похоронный звон. "Приготовься, Абесалом. Ночь будет долгой, и кровь будет литься рекой. 'Война - это ад', и мы собираемся показать Фаусту, что это значит на самом деле."

Абессалом сказал: "Я пытаюсь отыскать информацию о том таксисте, о котором сказала Сперентия… Странное дело, его тоже зовут Уолли Фауст! Что это? Совпадение имён? Не думал я, что у нашего агента есть полный тезка и однофамилец! Вы хоть помните, как он выглядел? Вакантис доложил, что Сперентия описала его внешность похожей на какого-то актёра… Кристофера Уокена… И что он самый вежливый и приятный в общении с клиентами… Навряд ли тот, кого мы знаем, обладает теми же внешними данными! Возможно, я ошибаюсь… Надо посмотреть резюме".


Бреймоар остановился, словно его поразила молния. "Уолли Фауст? Тезка? Совпадение? В этом мире нет совпадений, Абесалом. Есть только закономерности, которые мы еще не научились видеть. Имя – это заклинание, Абесалом, и если Фауст использует имя как щит, значит, он что-то скрывает. Вспомни слова Шекспира: 'Что значит имя? Роза пахла бы также сладко, хоть розой назови ее, хоть нет'. Но Фауст – не роза, Абесалом. Он – ядовитый плющ, и имя для него – маскировка."

Абесалом впился пальцами в клавиатуру, словно пианист-виртуоз, исполняющий трагическую симфонию. "Сперентия… Кристофер Уокен… Вежливый и приятный? Это как если бы дьявол надел маску ангела, Босс. Слишком идеально, чтобы быть правдой. Слишком гладко, чтобы не быть ловушкой." Он вывел на экран резюме всех сотрудников, прокручивая их с бешеной скоростью, словно перелистывая страницы Книги Судеб. "Никаких Уолли Фаустов в нашем штате, Босс. Ни одного похожего на Уокена. Но это не значит, что его здесь нет. Он мог проникнуть под чужим именем, как вирус, поражающий систему изнутри."

Бреймоар достал из шкафа два пистолета – черный "Беретта" и серебристый "Кольт". "Подготовь машину, Абесалом. Захвати все необходимое. Мы отправляемся в город. Найдем этого таксиста, этого Фауста-двойника. И мы узнаем, какую игру он ведет. 'Тот, кто сражается с чудовищами, должен остерегаться, чтобы самому не стать чудовищем', Абесалом. Но у нас нет выбора. Фауст уже переступил черту, и теперь мы должны ответить ему тем же." Он передернул затвор "Беретты". "Ночь будет темной, и дорога будет усеяна осколками разбитых надежд. Но мы должны идти до конца. 'Ибо если долго смотреть в бездну, бездна начинает смотреть в тебя'."
Абесалом, словно автомат, выполнял команды Бреймоара. Он собрал сумку с оружием, аптечкой и другим снаряжением. Его лицо было бледным, но глаза горели решимостью. "Я готов, Босс. 'Я иду, чтобы убивать', как сказал один старый фильм. И сегодня мы будем играть главные роли в этом кровавом спектакле." Он захлопнул крышку сумки, и этот звук прозвучал, как начало отсчета до взрыва.
"Тогда пошли, Абесалом. 'Да поможет нам Бог, потому что никто другой нам не поможет'," – произнес Бреймоар, и его голос звучал как приговор. Они вышли из бункера, погрузившись в ночь, словно два призрака, идущих на войну. Луна висела в небе, словно окровавленный глаз, наблюдая за их приближением. Ночь обещала быть долгой, и кровь, несомненно, прольется. Игра со смертью только начиналась.


Абессалом спросил Бреймоара: "Босс, а мы хоть знаем, где искать этого Фауста?! Если он - агент ФБР, нам каюк! Мы то в меньшинстве, остальные наши виварцы дома остались! А у Фауста - люди и оружие наготове. Мы не можем так просто к нему ворваться и раскрыть наше прикрытие! Вспомни: после побега из лаборатории мы поселились в доме этих людей, что приняли тебя за домашнего