нашпигован устройствами слежения.[/b]
-Зачем? – спросила она с видимым отвращением на лице.
-Чтобы наблюдать за Вами. Вам он был знаком прежде, не правда ли?
-Правда, - кивнула Вера, - Только почему именно Стивенсон? И зачем надо было его так калечить?
-Всех деталей я не знаю, - пожал плечами Арнольд, - Я не имею отношения к этой операции. Мое дело только сказать, что сейчас Вам плохо без него, и Вы хотите его увидеть.
-Где он? – потребовала она немедленного ответа.
-Со Стивенсоном все хорошо, - вместо ответа заверил Арнольд, внимательно рассматривая хозяйку дома, - Сейчас он под надежным присмотром. Он так же хочет быть рядом с Вами. После того как Вы сделаете кое-какую работу, вам позволят увидеться друг с другом.
-Что за работа? – без раздумий спросила она, ничуть не взволнованная этим пристальным взглядом.
-Где она? – вдруг спросил Арнольд, не меняя тона и не меняясь в лице.
-Вы о чем?
-Ты очень искусная подделка, правда, - спокойно заметил Арнольд, - Я впечатлен, давно таких не встречал. Вряд ли это результат какого-нибудь колдовского обряда. Поэтому я и спрашиваю: где Вера?
-Вы ее не найдете так просто, - довольно улыбнулась Анна, использовавшая лицо Веры для этой беседы.
Вслед за тем она выудила откуда-то из-за спины пистолет, и направила его на своего гостя.
-Кто ты? – только спросил Арнольд, всего секунду рассматривая направленное на него оружие, а затем вновь переместив взгляд на Анну, - На кого работаешь?
-Она не будет работать ни на кого, кроме себя, - заявила Анна, не повышая голоса, - Можете так и передать им. Она не будет ничего для них делать, и не будет никакой встречи ни с каким Стивенсоном в ущерб ее интересам. Если кто-либо из них, или же из тех, кто их представляет, придет сюда снова, встреча будет достаточно жаркой, но эффективной. Верьте мне, Арнольд, когда я говорю, что могу убить Вас прямо здесь и прямо сейчас.
-Да, я верю тебе, - кивнул головой Арнольд.
Она позволила ему встать, под дулом ее пистолета Арнольд вышел за дверь. Анна поспешила запереть ее на засов, выпроводив старика восвояси.
После этого она поднялась по короткой лестнице в хитро скрытую от посторонних глаз комнату к обессиленной хозяйке дома, которая пребывала в сознании, исхудалая и бледная.
-Они могут вернуться, - предупредила Анна, склонившись над Верой.
Анна опустила ладонь ей на лоб и вновь не ощутила у той никакого жара.
-Пусть, - зашевелила губами Вера, - Все равно.
-Тебе нужно другое место. Куда более надежное.
-Я не хочу никуда уходить…
-Ты должна, Вера, - негромким, но твердым голосом надавила Анна, - У них много способов как поставить тебя на ноги, так и принудить к необходимой им работе.
-Я согласна. У них Он.
-У них нет твоего Стивенсона, - осторожно перебила Анна, вновь став прежней Анной, - А если и был, то УЖЕ нет. Им нужно, чтобы ты делала все, что они хотят. А они хотят твои возможности, которые уже считают своей собственностью. Рано или поздно, но так должно было случиться. Тебе просто дали время на подготовку, предложив услуги корпорации «Феникс Альфа», которыми ты воспользовалась.
-Будьте вы все прокляты, - не сдержалась Вера, и повторила уже громче и сильнее, - Будьте вы все прокляты, ничтожества.
-Обязательно будем, девочка, - в свою очередь не смогла не улыбнуться Анна, - Вот окажешься вдали от нежелательных гостей, и будем прокляты все как один.
В руках ее появилось нечто похожее на рацию с короткой антенной.
-Мне нужно прикрытие, - потребовала она, щелкнув тумблером и не дождавшись ответа, щелкнула тумблером повторно, обрывая связь.
-Оставь меня. Пожалуйста, - уже намного тише попросила Вера.
-Прости, не могу. И не должна, - добавила Анна через короткую паузу, - Давай, моя девочка, поднимайся.
И хоть Вера была похожа на какой-то овощ, хоть она старалась оставаться такой, при помощи физической хватки Анны, она, таки, села в кровати, удерживаемая руками ее неожиданной помощницы. Выглядела Вера просто кошмарно. Одни лишь растрепанные темные волосы ее могли напугать, представив Веру неким злым духом, вселившимся в некогда прекрасное женское тело.
-Я никуда не хочу идти. Оставь меня здесь, - слабым голоском протянула она.
-Да я бы с радостью. Но у меня есть вышестоящее руководство, чьим указаниям я подчиняюсь.
-Я помню: Тон…
-Под ним полно других начальников, - улыбнулась Анна, - Видишь ли, твое имя кое-кому в моей организации как свет в окошке в ночи. Ты не единственная в своих умениях, с кем мне приходилось работать. Поэтому меня назначили в качестве твоей поддержки. Мне доверяют, и я хочу, чтобы мне доверяли и дальше. Потому что мне нравится иметь дело с корпорацией, а корпорации нужны сотрудники вроде меня. Это взаимовыгодное сосуществование.
-Я ведь могу навредить тебе, Анна.
-Сейчас ты ничего не можешь, девочка. Прости, но это факт. Поэтому я рядом с тобой.
-Ты ведь знала, что все это случится, - дошло до Веры, - Что они пришлют Стиви ко мне, чтобы потом забрать.
-Это один из вариантов, просчитанных в корпорации. Мне было велено наблюдать за тобой с последующим взаимодействием, которое было неизбежно. Ты можешь подняться на ноги?
С трудом, однако Вера смогла это сделать. Ее покачивало из стороны в сторону от явной физической слабости. Кружилась голова, и только Анна могла удерживать ее от падения. Вот они обе покинули комнату и вышли в просторное помещение дома.
-Мне нужно поесть, - пожаловалась Вера.
Анна провела ее до стола, на котором уже стояло несколько закрытых горшков и накрытых непрозрачной материей корзинок с едой. Это был не вполне обычный стол на четырех ножках, каждая из которых имела функцию как подогрева, так и охлаждения. Крышка стола была поделена на четыре секции, зависимые от температуры, передаваемой той или иной ножкой. Это был своеобразный стол-плита-холодильник, на котором можно было готовить пищу, и Вера пользовалась им, а сейчас была усажена за стол Анной. Анна подала ей столовые приборы, наполнила пару тарелок содержимым горшков и корзинок.
В дверь забарабанили, едва Вера принялась за еду. Чертыхаясь, Анна направилась к входу в дом, в руках ее вновь появился пистолет.
-Кто там? – как можно более грозно потребовала она ответа, не спеша отворить засов.
-Мирный, - услышала Анна четкий знакомый тон.
Без промедления Анна открыла входную дверь, всегда уверенная в нем, одном из немногих, кто вряд ли был способен ее подвести. Однако хватки пальцев, сжимавших рукоять пистолета, Анна не расслабляла. Лишь когда Мирный обнял ее, Анне стало намного легче. То был коренастый мужчина, облаченный в черное бронированное обмундирование, с парой пистолетов за поясом. Мирный являлось его прозвищем, и Анна знала его настоящее имя. Он возглавлял совсем небольшую группу бойцов, предложенную Анне в качестве силовой поддержки в этом деле с Верой. Анна понимала, что без нее у нее мало что получится. И только на Мирного Анна и могла рассчитывать сейчас, если она хотела убрать Веру из этого дома.
-Как ты? – заботливо спросил Мирный, глядя Анне в глаза, и когда он смотрел на нее, тепло и легкость закрадывались ей в грудь, и Анне хотелось сжать его как можно сильнее.
-Нам нужно уходить отсюда, - сказала она, сдерживая свои эмоции, - Здесь был человек с предложением, я целилась ему в голову. Он знает, что Вера под сторонним контролем.
Несколько мгновений Мирный понаблюдал за тем, как та, о которой шла речь, склонилась над тарелками с едой, неторопливо принимая пищу.
-Что-то она не очень, - заметил он, проходя в дом.
-Гораздо лучше чем было не так давно. Совсем скоро она станет опаснее некуда.
-Понимаю, - хмыкнул Мирный и потянулся за собственной рацией, закрепленной на поясе.
-Кто это? – тем временем поинтересовалась Вера, вроде бы не замечавшая за едой происходящего в ее доме.
-Он поможет нам уйти отсюда. Доверься мне, девочка.
-Я стараюсь, - только ответила Вера, чувствуя, что ей слегка стало легче.
И вместе с тем Анна чувствовала медленно, но верно нараставшую внутри ее подопечной агрессию. Ее шок отступал, и на его место приходило осознание, наполненное болью и мучительными воспоминаниями. И внутри осознания набирала силу агрессия, слишком острая, острая настолько, насколько может быть подвергнута ей женщина, испытавшая невероятно огромное и сладкое чувство, которое рвалось из нее после долгих лет одиночества. Вере не требовалось много времени на физическое восстановление после длительного истощения и апатии после этого удара. Веру могло вывести из себя все, что угодно, какое угодно слово, какой угодно жест, даже взгляд, выраженные кем угодно в какой угодно момент. Агрессия требовала полного выхода, требовала максимум сил. Быть может, то, чего от Веры хотели те, кто привел ее к этому состоянию, стало бы отличным средством усмирения этой агрессии. Однако Анна чувствовала, что агрессии Веры требовался выход, она не должна была сдерживать свой гнев и обиду внутри.
-Куда ты хочешь меня отправить? – пыталась понять Вера.
-Я думаю, что знаю, что именно тебе нужно для удовлетворения твоих потребностей, моя девочка. Это внутри тебя, это наполняет тебя, это легко читается в твоих глазах, и совсем не требует какого-то особого дара, чтобы быть увиденным невооруженным взглядом. Это скрыто в твоих колдовских умениях. Это наполняет их смыслом.
Вера повернулась к ней лицом, в ожидании конкретики. Она хотела услышать от Анны всего одно слово, как будто всего одним этим словом Анна могла освободить ее от тягостного томления. Как какой-то доктор, подтверждающий надежды пациента на скорое выздоровление при помощи самолечения именно теми средствами, которыми последний пользуется уже долгое время в ожидании благотворного эффекта. И, несмотря на то, что Мирный в этот момент находился на отдалении от них обеих, Анна приблизила свои губы к уху Веры.
-Сфера, - шепотом произнесла Анна, а затем многозначительно кивнула, наблюдая взгляд Веры, полный какого-то неясного блеска.
Но этот блеск был неясен для кого-то другого, для того же Мирного, например.
-Не думаю, что в этом доме она доступна тебе такой, какой является на самом деле, представленная здесь только твоим воображением или воспроизведенная тобой по памяти, - чуть громче добавила Анна, - Поэтому я могу предложить тебе место, откуда ты будешь видеть ее полноту. Своими собственными глазами, не прибегая к помощи оптических устройств и приборов.
[b]И Вера была более чем заинтересована этим предложением. Анна чувствовала это волнение собственным естеством. То
