Квартира № ВСЕ

— Да видела бы меня сейчас Зинаида — точно бы бегала вокруг со своей шваброй-палкой! Какое видео для блога получилось бы! И громко рассмеялась — прямо как девчонка.

Осторожно приподняв кастрюлю, Нина Павловна аккуратно подхватила хомяка, быстро посадила его в клетку и закрыла дверку.

— Вот так. Теперь сиди тут. Вот твоя капуста в качестве утешения, — сказала она и просунула кусочек в клетку. — А я пойду убирать то, что ты там натворил. Когда же ещё делать уборку, если не в шесть утра! — сказала она с сарказмом.

Прибрав все в кухне и умывшись,  Нина Павловна сварила себе кофе, сделала бутерброды и вышла на балкон. Завтрак на свежем воздухе для тонуса на весь день. На маленькую полочку рядом с собой она поставила клетку с хомяком.

 — Давай, Букашка, дыши воздухом. Приятного аппетита. 

Наслаждаясь кофе, она посмотрела на клумбу возле дома. Рядом с ней сидела какая-то чужая кошка, Нина Павловна видела ее в первый раз. Вдруг эта самая кошка прыгнула прямо в середину клумбы, наверное, увидела кого-то и погналась. 

Нина Павловна подскочила, чуть расплескав кофе, и даже этого не заметив, перегнулась через перила и громко гавкнула в сторону кошки. Та испугалась и убежала, а Нина Павловна выпрямилась и вслух произнесла:

— Ишь, чего выдумала, на клумбу прыгать. Букашка, ты это видел?

От возмущения Нина Павловна залпом допила остатки кофе. 

— Вот ведь… — сказала она и рассмеялась. 

Нет, Букашка, ты представляешь? Если бы Зинаида меня сейчас видела — точно бы видео сняла. У неё бы после моего гавканья подписчиков в два раза больше стало, — продолжая хохотать, сказала она хомяку.

— Ты капусту свою съел? Ну и молодец. Ещё пади хочешь… Ладно, жди, сейчас принесу. 

Нина Павловна сходила в кухню, принесла ещё кусочек капусты, сунула в клетку хомяку.

— На, ешь. И веди себя прилично. Хрум. Хрум. 

Зверёк захрустел капустой. Она посмотрела на него, улыбнулась — и зашла в комнату.

Нина Павловна работала на дому — шила и вязала скатерти, платки, а ещё делала тряпичных кукол. Бизнес-бабушка, как она себя называла. У нее был узкий круг постоянных клиентов, которым она лично развозила заказы. Для этого у нее имелся велосипед с мотором, оставшийся в наследство от мужа. Нет, не мотоцикл — именно велосипед. Она называла его Семёныч. 

Сегодня Нине Павловне нужно было отвезти четыре выполненных заказа, еще обед приготовить. А вечером к Зине — солить капусту в прямом эфире. 

Круглова собрала заказы в специальную корзинку, которая крепилась на багажник велосипеда (тоже подарок от мужа), оделась так, чтобы было удобно — широкие джинсы, футболку, сверху свитер — с утра прохладно, и на голову нацепила ковбойскую шляпу своего мужа. Чтобы она не слетела с головы, Нина Павловна пришила к ней специальную резинку. Взяла корзинку с заказами, сумку и подошла к клетке с хомяком.

— Букашка, я пошла. Веди себя прилично, не шали. Я скоро вернусь и будем обедать. 

Проверила, плотно ли закрыта дверка у клетки, и вышла из квартиры. 

На улице Нина Павловна увидела ватагу мальчишек, которые пронеслись мимо неё и налетели на Семеныча. Быстро оглянулись, увидели приближающуюся Круглову — и бросились врассыпную. 

Она, конечно, не побежала за ними, погрозила пальцем им вслед, подняла свой велосипед и поехала развозить заказы. 

Вернувшись домой ближе к обеду и подойдя к своей квартире, она застала такую картину: мальчик из соседнего дома сидел на корточках возле ее двери и разбрасывал руками мусор. Так как сидел спиной, Нину Павловну он не заметил. 

Она остановилась, покачала головой и как гаркнет, 

— Борька!

Мальчишка испугался, хотел было отскочить, но запутался в собственных ногах и приземлился в только что аккуратно сложенную у двери кучу мусора. 

— Баба Нина, вы чего так орёте? — прокричал он.

Нина Павловна вопрос проигнорировала. 

— Что это такое, Борька? — спросила она строго.

— Мусор, — ответил мальчик смело посмотрев ей в глаза.

— Очень хорошо. А что он делает у двери моей квартиры?

— Лежит.

— Замечательно. А кто его туда положил?

Борька дерзко поднял подбородок, улыбнулся и ответил:

— Я. Вы же видели, баб Нин.

— Отлично. Хотя бы честно. Приближаемся к главному вопросу. А зачем?

Мальчишка пожал плечами.

— Просто так, для смеха.

— Это ты сегодня утром на мой велосипед налетел?

— Баб Нин…

— Ты или нет? 

— Я там не один был.

— Я тебя не спрашиваю, сколько вас было, я тебя спрашиваю, это был ты или нет?

— Я. И еще другие.

— И когда ты прекратишь, Борька?

— А когда вы моей маме перестанете звонить и жаловаться, — нагло ответил он.

Нина Павловна посмотрела на него строго.

— Я сегодня ей еще не звонила.

— А я заранее, для профилактики, — ответил Борька.

Круглова подняла одну бровь, ухмыльнулась и спросила:

— А убирать эту профилактику кто будет?

— Ну… вы, наверное.

— Не угадал, Борис. Убирать будешь ты. С меня довольно твоих шуточек. На прошлой неделе ты мне дохлых тараканов подбросил, я чуть инфаркт не получила. Сегодня, значит, ты мусор притащил. Пожалел.

Мальчишка смотрел на неё, кивал головой и широко улыбался.

— Борька, тебе лет сколько?

— Десять. Баб Нин, вы же знаете.

— Десять, Борис! Можно сказать взрослый человек, а пакостишь, как будто тебе пять. 

Она посмотрела на него, потерла подбородок и решительно сказала:

— Идем, я тебе щетку дам, будешь всю эту профилактику убирать.

— Че это?

— А то. Идем. Или матери твоей позвонить, чтоб она пришла и убрала?

Он наклонил голову и ответил тихо:

— Не надо. Давайте сюда свою щетку, я сам все уберу.

— То-то же. Вот это я понимаю. 

Нина Павловна открыла дверь и впустила мальчика в квартиру, затем вошла следом. 

— Держи, — она протянула ему щетку и совок. 

Они вышли на площадку, и мальчишка, бубня что-то себе под нос, собирал щеткой мусор в совок. А Нина Павловна наблюдала за ним, о чём-то задумавшись.

Когда закончил работу, мальчишка протянул Нине Павловне щетку и совок:

— Всё. Нате. 

Она улыбнулась, погладила его по лохматой голове.

— Молодец. Теперь идем. Я тебя обедом накормлю, ты голодный пади. Носишься же целый день.

— А маме не скажете?

— Я подумаю.

— Ну баб Нин. Я же все убрал. Ну че вы.

— Идем Борька. 

Они зашли в квартиру. Нина Павловна убрала щетку и совок в кладовку и посмотрела на Борьку.

— Я пошла обед готовить, а ты пока в комнату иди. Там Букашка, на, вот тебе капусту, покорми его пока. 

— А кто это?

— Это хомяк. 

— А почему Букашка?

— Маленький потому что.

Мальчик прошел в комнату, подошел к клетке и стал кормить хомяка, просовывая в щелку листья капусты. Когда трапеза закончилась, Борька оглядел комнату и заметил в шкафу тряпичных кукол. Он смотрел на них как завороженный.

— Борька, иди сюда, есть будем. Обед готов, — позвала Нина Павловна.

Мальчик пошел в кухню всё время оглядываясь на шкаф, где стояли куклы.

— Садись, бери вилку. Ешь, я пока матери твоей позвоню.

— Ну баб Нин… 

— Угомонись, я не буду про твою профилактику говорить. Я только скажу, что ты у меня, а то она волноваться будет.

— Не будет. Она на работе.

— Все равно будет. Она же мать. Сообщение ей напишу.

Пока Нина Павловна ходила за телефоном и писала сообщение, мальчишка быстро ел. Когда она вернулась в кухню, его тарелка уже была пустая. 

— Добавку будешь?

— А можно?

— Можно, раз предлагаю. 

Борька также быстро съел добавку и посмотрел на женщину.

— Что такое, Борька? Ты еще хочешь?

— Нет. Наелся.

— Ты спасибо хотел сказать?

— А... да... спасибо. Я спросить хотел…

— Ну спроси, раз хотел.

— У вас там, в шкафу, куклы… 

— Нравятся?

— Очень. А вы их сами делали?

— Сама. 

Он какое-то время поразмышлял, потом спросил:

— А это сложно?

— Если умеешь, то не сложно. Хочешь, научу?

— Хочу. Очень.

— А профилактика как же?

— Ну… простите, баб Нин. Не буду больше.

Нина Павловна улыбнулась.

— Завтра утром приходи, часам к девяти, будем учиться.

Мальчик обрадовался и закивал.

— Приду, баб Нин, обязательно приду.

— Ну вот и славно. А теперь, Борька, дуй домой. Я устала, пойду прилягу. И она протянула ему руку. Он пожал ее и вышел за дверь.

Нина Павловна убрала посуду, прошла в гостиную и легла на диван. Только начала засыпать, как у нее зазвонил телефон. Посмотрела на экран: Зинаида. Она провела рукой по экрану и увидела соседку. 

— Нинка, ты чего там делаешь?

— Здравствуй Зинаида. Так отдыхать легла.

 — А я вот тебе звоню, по этому … как его… все время забываю. Васька, как он называется этот… Нин, видишь меня? Мы тут с Васькой!

— Вижу. Ты подальше телефон сделай, а то только глаза твои вижу. И хвост. 

— Хвост? Какой…? А… это Васька. 

Она отодвинула телефон подальше. 

— А так видишь меня?

— Ну вижу теперь. А ты чего звонишь-то?

— Так как чего? Напомнить. Вечером эфир, приходи. Я капусту купила, будем солить. 

— Да помню я. Приду. Дай я посплю маленько.

— Да погодь ты. Че спросить хотела. Ты свои кружева вязанные продаёшь? 

— Ну.

— Че ну? Мне еще надо скатерку. Свяжешь?

— Зин, давай я посплю приду и поговорим.

— Ну спи, старуха. Младше меня, а дрыхнешь днём. Что ты ночью делать будешь? 

И она громко засмеялась. 

Нина Павловна положила телефон на пол рядом с диваном, и задремала.

Проснулась внезапно, через час, села на диване и посмотрела на часы. 

— Три часа. Да… надо вставать, а то ночью спать не буду. Ой, сейчас же сериал мой будет. Букашка, ты почему не напомнил?

Она включила телевизор, нашла нужную программу и приготовилась смотреть.

Нина Павловна очень переживала за сюжет и всё время громко комментировала:

— Ну, что это такое? Уйдет она от тебя, точно тебе говорю. Ну кто так делает? Цветы ей купи. Вот. Видишь, меня бы слушал сразу. 

Когда сериал закончился, Нина Павловна посмотрела на хомяка.