тогда я смогу полностью насладиться потрясающей картиной моря…
– Я знаю, как ты любишь море, Том… - звучит из-за спины тихий голос, и я догадываюсь, что это Джеймс. Я слегка улыбаюсь и оборачиваюсь к нему:
– Да, мистер Кендалл, вы правы.
– Но я не понимаю, зачем ты ввязался во всю эту авантюру с Джейн…
– Сэр, это уже мои дела, - я вновь становлюсь холодным, ощущая, как вопрос старпома заставляет всё сжаться внутри. Я не хотел, чтобы он говорил об этом. Темя не из приятных…
– Я понимаю, - он мягко, по-отечески, улыбается. – Ты не можешь быть собой при подчинённых.
– Напротив, - возражаю я, чуть вскинув брови и поведя подбородком, но Джеймс кладёт свою большую ладонь на мой локоть.
- Давай поговорим в твоей каюте. За чашечкой чая. Или рома. Как захочется.
Я вижу его добрую улыбку и знаю, что он хочет лишь помочь мне. Секунду я колеблюсь, ведь я не должен распивать с подчинёнными чаи, пусть это и старпом…
– Мистер Кендалл, сэр! – кричит какой-то матрос и, подбегая к нам, лишает меня необходимости решать что-то прямо сейчас по поводу предложения Джеймса. – Там тучка на западе! Летит прямо на нас! Будет шторм.
– Давай посмотрим, где? – Джеймс берёт из рук чумазого мужчины подзорную трубу и приглядывается к небу в той части, на которую указали ранее. – Я ничего не вижу, Эйвери… По-моему, ты бредишь.
Я смотрю на матроса, на лице которого изображено непонимание, и хмурюсь. Закрываю глаза и втягиваю носом воздух, ощущая, что он слегка переменился. Потом поднимаю голову к небу и, прикрыв глаза рукой, вглядываюсь в него. Облака бегут быстро, слишком быстро для такого ветра, который дует сейчас. Чайка пролетела по направлению, обратному кораблю.
– Мистер Кендалл… - окликаю я старпома, - а какой оттенок у него был, когда мы выплывали, не помните?
Старик так же вскидывает голову по моему примеру и тоже пялится вверх. Затем чертыхается и смотрит на меня:
– Оно было голубое, сэр.
– А теперь? – уточняю я с некоторым волнением.
- А теперь оно словно….выстиранное, - неграмотный матрос не знает, как объяснить точнее.
– Белёсое, - киваю я. – Будет шторм, мистер Кендалл. Скажите команде подготовиться.
Я не могу скрыть азарта в голосе и глазах, как бы я не старался. Я обожаю штормы, люблю их с самого детства, и Джеймс об этом знал. От него я бы никоим образом не смог бы скрыть своего возбуждения.
– Подготовьте команду, - говорю я, - а я пока заполню бортовой журнал.
Мистер Кендалл с матросом кивают и убегают на палубу. Я поспешно возвращаюсь в свою каюту и открываю большую синюю тетрадь, на которой предварительно вывел название. Макаю перо в чернильницу и делаю запись:
«Бортовой журнал. Запись от пятнадцатого апреля тысяча шестьсот двадцать шестого года.
Первый день погони за Джейн Тёрнер и её командой. Вышли в море. Не прошло и нескольких часов, как мы заметили признаки шторма – цвет неба, скорость облаков, птицы, всё указывает на то, что будет шторм. Наша команда и корабль хорошо подготовлены и оснащены. Мы выйдем из этого шторма живыми и не понесём никаких потерь».
Я захлопываю журнал и позволяю себе на секунду замереть в пространстве, потом тут же отмираю и быстрым шагом выхожу из каюты. Я должен быть с командой, когда начнётся шторм.
Буря не заставила себя ждать долго – в течение следующего часа небо потемнело, набежали тучи, и лёгкий приятный бриз сменился зашкаливающим ветром. В ушах больше не свистело – гул перекрывал все остальные звуки. Мы почти не слышали друг друга, и приходилось сильно кричать, чтобы поймать хотя бы примерные обрывки фраз.
Наше счастье, что мы заметили бурю раньше, чем она началась, и успели подготовиться – сняли паруса, посадили корабль на вёсла. Всё должно пройти спокойно, я был в этом уверен. Я так и записал в журнале.
Сейчас я стоял у штурвала, отправив штурмана на вёсла в трюм, я скинул камзол, шляпу и парик – они будут мешать в деле. Но шпагу я оставил – вдруг пригодится. Я с удовольствием рулил кораблём, ведя его сквозь шторм, и руки мои наливались силой и уверенностью – я знал, что это получится у меня лучше всех присутствующих. Кроме, пожалуй, мистера Кендалла, но сейчас он был поодаль и командовал несколькими матросами, что остались на палубе – им велено было держать канаты, скрепляющие паруса, дабы они ненароком не раскрылись.
Меня всё устраивало. Я счёл распределение команды верно рассчитанным, так что не видел причин беспокоиться. Я не мог беспокоиться, ощущая, будто держу стихию в своих руках. Я вёл корабль сквозь шторм, и пока мы не понесли ни единой потери – ни в виде человека, ни в виде снасти, - и как я мог беспокоиться? Я прекрасно это умел, вести корабль, и я чувствовал холодный обдающий наш фрегат ветер, я чувствовал качку корабля с боку на бок, и ощущал, словно я танцую вместе с ним, вместе с этим вихрем и колыбелью мачт, вместе с поющим в них ветром.
Шторм усиливался, и чем больше сгущались тучи, чем сильнее становился ветер и чем громче бились волны о борт корабля, тем чётче я слышал музыку, тем ярче я чувствовал танец. Я ощущал его так чётко, словно вальсировал на балу, но это было в сотню, в тысячу, в бесконечное количество раз лучше! Это было лучше диплома Академии и первого поцелуя, лучше вечерней ванны и бокала дорогого виски, лучше книги, лучше прогулки, лучше всего на свете! Я захлёбывался свежим ветром, что врезался мне в лицо, я глотал его, я жил им – жил этим штормом. Больше всего я любил шторма за то, что чувствовал себя в них живым…
– Мистер Хоккинс! Выберемся? – я услышал крик Джеймса, и он мне показался таким далёким, я и не знал, почему – из-за свиста ли ветра в ушах, или по какой-то другой причине…
– Выберемся! – крикнул я в ответ и лишь крепче схватил штурвал.
– Вы просто в упоении, - заметил старпом, подбираясь ближе, но я ничего не ответил, и он понял, что лучше не трогать меня сейчас. Я мысленно кивнул, будучи довольным своим старпомом и его понятливостью, и…снова провалился куда-то, находясь в самом эпицентре бури.
Шторм продолжался не долго, и даже паникёры вынуждены были признать, что их капитан справился «на «отлично!».
– Ура мистеру Хоккинсу! – кричали мужики, вскидывая вверх свои разношёрстные шляпы.
– Ай да капитан! – улыбнулся старпом, радуясь успеху своего некогда воспитанника.
Мне показалось, что сейчас он вспомнил те времена, когда я был ещё обыкновенным мальчишкой, и ту нашу первую встречу восемь лет назад.
***
- Начнём с того, что мы их корабль точно не найдём, не определим. Может, они меняют судно в каждом порту? Да и по внешним приметам искать их недальновидно – они могут вести себя крайне осторожно и переодеваться хоть по триста раз на дню? Здесь нужна более глубокая и чуткая работа, мистер. Психологическая, я бы сказал.
Я и не заметил, как Кендалл расхозяйничался в моей каюте – поставил на стол чашки и заварник, насыпал в чайничек заварку.
- Вы пока подумайте над моими словами, а я за кипятком на камбуз – и обратно, - он деловито кивнул, как будто сам был капитаном.
Я лишь хмыкнул. Мне, признаться, нравилась непринуждённость своего старпома, и нравилось, что только ему можно обращаться ко мне так панибратски.
Над словами старпома и впрямь стоило задуматься. Если искать Джейн по всем портам, за ней не будет шанса угнаться, как бы я не тешил себя мыслью, что могу поспеть за этой придурошной. Надо действовать глубже… Вспомнить места, о которых они когда-либо говорили, может быть, обронили какие-то координаты в одну из наших многочисленных встреч…
В каюту зашёл мистер Кендалл и заварил чай.
- Ну что? Есть мысли, Томас? Может, ты вспомнишь, о чём они говорили, когда вы…словом…они же планировали когда-то сбежать из города. Ты говорил, они хотят найти какой-то там изумруд…
- Философский камень, - поправил я нервно. Я не любил вспоминать те времена, когда водился с этой шайкой. – Но да, Вы правы. Это может быть зацепка. Вот только я совершенно не знаю, куда плыть, потому что у них не было плана, откуда начинать свои поиски, - я еле сдержался от того, чтобы сплюнуть, как просто матрос, но вовремя вспомнил, что по званию и чести я гораздо выше.
- Значит, нам тоже надо искать эти зацепки, - небрежно бросил Кендалл. – Давай думать, как они, и тогда мы сможем придумать, куда нам дальше…
- Чтобы думать, как они, надо быть на голову отбитым, - отрезал я, принимая в руки чашку с чаем.
- Но вы же когда-то были с ними в компании, - заметил старпом.
Я хотел было одёрнуть мужчину и поинтересоваться, что это он себе такое позволяет, но прикусил язык – а ведь он прав? Ведь когда-то их с Джейн и ребятами связывало нечто большее, чем противоборство интересов.
- Вы правы, - подавив желание высокомерно ответить, киваю. – Абсолютно правы, - и отпиваю чай из чашки. Это была коллекционная кружка, купленная в лавке антикварщика, она была очень старой и, видимо, принадлежала какой-то восточной династии. Думая о том, куда они могли бы поплыть, я рассеянно смотрел на узоры – красные с позолотой цветы, расположившиеся на ветке дерева.
- Мистер Кендалл… - задумчиво бормочу я. – Сингапур – это же восточный порт, я ничего не путаю? Поправьте, если не прав.
Старпом важно кивнул.
- Но они слишком умны, чтобы остановиться там, ведь он самый известный. Думаю, Джейн поймёт, что я буду поджидать её там. Что же…тогда? Где ещё собирается огромное количество китайских контрабандистов?
- А при чём здесь Китай? – моргнул мужчина непонимающе. – Мы ж вроде про Камень говорили…
- Тот мужчина, который помешал нам поймать Джейн и с которым она сбежала… он был одет, как китайский контрабандист, хоть и внешность у него скорее…ирландская.
- Я не видел его, я слишком стар, чтобы гоняться за паршивцами по всему городу, - непринуждённо пожал плечами Джеймс.
- Да, но я-то видел, - возразил я. – И ещё… у него на шляпе был брелок, который положено носить всем каперам – это герб Британской империи, отчеканенный на кусочке железа. Каперам ведётся учёт, верно? – я поднимаю глаза на своего помощника. Стараюсь не ликовать раньше времени.
- Верно говоришь, - важно кивнул мистер Кендалл.
- Значит, мы можем узнать, кто он такой, - я уже еле сдерживал возбуждение – китайская чашка Бог знает какой династии мелко дрожала в моих пальцах. – И тогда…тогда мы уже сможем узнать о его местонахождении. Ведь за каждым капером закреплено определённое место, порт…а там…там мы уже получим гораздо больше информации! – я незаметно для самого себя повысил голос, и его бледные щёки окрасились полупрозрачным румянцем.
- Браво, капитан! – подняв чашку вверх, Кендалл сделал вид, что пьёт за меня. – Вперёд, за таинственным незнакомцем!
- Матросам скажите, что мы прибавим жалование за каждый заход в порт, - добавил я, вставая.
Я был не в силах усидеть на месте, после того, как его голову постигла настолько яркая и разумная мысль. Мне хотелось прогуляться и обкатать её на свежем воздухе.
- Да, сэр, - кивнул старпом.
- Допейте чай и сообщите им эту новость, - улыбнувшись, сказал я, стоя у самой двери и уже держась за её ручку. – А я пойду прогуляюсь.
- Да, сэр! – снова бодро ответил Джеймс.
На палубе темно, и лишь луна и одинокий фонарь над кормой освещают пространство. Пахнет мокрым деревом, свежестью и почему-то орехами. Я наслаждаюсь этим запахом, полной грудью вдыхая
