примеряла подвенечное платье, визуально излучавшее чистый белый свет, не слепивший тебя, не резавший тебя по глазам, но даже наоборот, какой-то теплый и мягкий, который требовал от тебя самого тщательного и неотрывного внимания, ты наблюдал на месте женщины в белом кого-то другого, помимо нежного ангельского света излучавшего множество тончайших сладких ароматов. Смешение их как-то приятно сдавливало твою грудь, проникало в твои легкие вместо привычного воздуха, отчего дышать было просто боязно, но оттого в несколько раз приятнее. И сердце твое трепетно колыхалось, как будто не твое.
Это был обмен. Интуитивно ты знал об этом. Не просто знал, но ожидал наступления этой минуты.
Как будто в тебе была заложена информация о месте и времени того, что происходило с тобой сейчас.
Твоя сила, благодаря которой ты мог видеть природную женственность, заключенную в белые наряды, оставляла тебя, устремляясь и концентрируясь вокруг Наташи в обмен наделявшей тебя чем-то иным, равнозначным твоим прежним возможностям.
Кажется, все должно было повториться вновь с точкой отсчета там, на свадебном застолье, где твой взгляд встретился со взглядом невесты. И имя ее – Наташа, и образ, будто выплыли из глубин твоей памяти сами собой, повинуясь сладким запахам.
Комната №8
Он издает едва слышный гул, поддерживающий темное непроглядное пространство, достаточно большое, и, несмотря на абсолютный мрак, имеющее вполне различимые линии границ, которые обозначают идеальный по площади прямоугольник.
Что-то сильно напоминающее ангар, совершенно пустой, не имеющий никаких источников света, не имеющий ни дверей, ни окон, ни даже стен.
Он – единственный источник света здесь, обозначающий только лишь самого себя, служащий неким маяком и единственным видимым твоими глазами объектом в плотной тьме ограниченного пространства.
Тетраэдр определенно находится в воздух.
И он совершенно неподвижен.
И ты отлично знаешь сейчас, что добраться до него будет для тебя не так-то просто.
И там, в кромешной тьме, тебя ожидает множество самых разных опасностей.
Не удивляйся, если все это похоже на некую видео игру.
Не удивляйся, если за твоей спиной множество сложных уровней, и во теперь тебе осталось сделать последний рывок, чтобы добраться до тетраэдра, который гарантирует завершение твоего пути.
Потому что то, через что тебе пришлось пройти, чтобы добраться, наконец, до этого места, оказалось сущим адом.
Были и большие сомнения и опасения в самом начале этого трудного путешествия. Были и злые языки и целый океан помоев и нечистот, в основе своей имеющий ложь завистников и ее последствия, при которых тебе чудом удалось избежать длительного тюремного срока. Были козни и интриги, где тебе пришлось проявить свой характер, оказавшийся вдруг невероятно стальным, что стало для тебя полной неожиданностью. Была откровенная нищета, были связи с крайне сомнительными личностями, с откровенными маргиналами, с откровенными отбросами. Была, в конце концов, куча врагов, нажитых тобой, или представивших тебе свои подлинные лица, казавшиеся тебе союзниками.
Тебе пришлось даже применить физическую силу, оказавшуюся столь же твердой, что и характер.
Наблюдая теперь находящийся перед тобой немаленьких размеров тетраэдр, ты вдруг приходишь к мысли, что эта штука красного цвета ждала тебя все это время, ждала тебя еще до начала твоего пути, еще до твоих намерений пройти его.
С каждым твоим пройденным шагом мироздание вокруг тебя темнело и меркло, намереваясь оставить тебя, наконец, один на один с тетраэдром.
Ты будто слышишь его голос сейчас.
Ты слышишь в своем сознании безмолвное настойчивое утверждение о том, что окружающее тебя мироздание никогда не было твоим настоящим домом. Даже несмотря на те физические блага, которыми ты на данный момент обладаешь. Больше того, сейчас к тебе приходит понимание того факта, что это чувство твоей отстраненности от окружающей тебя реальности, от того, что было с тобой, в конечном счете приведшее тебя к красному тетраэдру, оставалось с тобой с самого твоего рождения в этом мире.
И оттого весь пройденный тобой путь, с лихвой насыщенный трудностями, о которых уже было упомянуто выше, совсем не напрасен.
И ожидающий твоего появления в этой густой тьме тетраэдр обладает особой и могущественной силой, которая должна стать наконец-то твоей спустя столько времени и обстоятельств после твоего рождения в этом мире в качестве даже не награды, способной компенсировать все твои лишения на протяжении всего пути к нему, но неким подтверждением твоему самому важному и главному в твоей жизни чувству отстраненности от привычного тебе мира. И здесь, в этой тьме большого пространства с красным тетраэдром в самом его центре, тебя ожидает окончательное решение, ожидаемое им.
Теперь больше никаких преград.
Теперь только ты и он, недвижимый в воздухе.
Все, что от тебя требуется – коснуться этой штуки.
Потому что здесь заканчивается твой путь, начавшийся уже давно и отнявший у тебя почти все силы.
И вот ты делаешь первый шаг навстречу тетраэдру.
И в ответ он приходит в движение: начинает неспешно вращаться вокруг своей оси.
Его негромкое ровное гудение не изменяется ни на долю мгновения, оставаясь все тем же негромким и ровным. Однако это вращение приводит мрак большого пространства в движение, постепенно закручивая плотную густую тьму в спираль, и превращая прямоугольник помещения в кольцо, практически стирая все углы и прямые линии ощутимых тобой физических границ.
Скорость начавшегося движения сохраняет свой неспешный темп и совсем не возрастает, будто обретя свое максимальное и небыстрое значение.
Но ты все яснее можешь наблюдать нечто вроде щита, образующегося вокруг тетраэдра.
Ты можешь видеть некие светящиеся дуги вокруг тетраэдра, образующие целую сферу, спрятавшую геометрическое тело внутрь нее.
Но не это самое главное в данную секунду.
Куда важнее твое собственное движение, вызванное вращением непроглядно темного пространства вокруг тебя. Подхваченное им твое тело полностью утрачивает контроль над конечностями, ты чувствуешь, как тащит тебя вокруг вращающегося тетраэдра.
И вокруг тетраэдра, и постепенно по направлению к нему.
Тебя будто затягивает внутрь устроенного тетраэдром водоворота, хотя лучше сказать темноворота, и противиться этой силе практически невозможно.
Но не бороться или барахтаться требуется от тебя в этот миг.
То, что ожидает тебя при соприкосновении с тетраэдром, при проникновении внутрь окружающей его сферы, целиком и полностью будет зависеть лишь от твоей воли.
Потому что то, что ожидает тебя при соприкосновении с тетраэдром, при проникновении внутрь окружающей его сферы изменит в твоей жизни все, что было тебе знакомо.
Ибо не останется ничего и никого из прежних тебе имен и событий.
Даже окружающая тебя реальность предстанет перед тобой в отличной от прежней окружающей реальности форме.
Своего рода, тетраэдр – как головоломка.
Нечто вроде кубика Рубика, которое необходимо собрать в то самое, что полностью будет зависеть от твоего решения.
И вот движущаяся по спирали к тетраэдру тьма большого пространства с красным геометрическим телом в центре пытается как-то проникнуть в твое тело, найти некую брешь (или же пробить ее) в нем, заключившем внутри твое сознание, все твои чувства, твою память, твои муки и удовольствия.
Ты чувствуешь, как плотна она, окружившая тебя со всех сторон.
Ты чувствуешь, как сдавливает тьма пространства с тетраэдром в центре ее все твое тело, как плотно сдавливает она твою голову, забивает уши плотным гулом, забивает твои глаза, твой рот, забивает твои легкие.
И будто вот-вот нащупает она слабое место, через которое откроется дорога к твоему сознанию для исходящей из тетраэдра к тебе силы.
И там, в этой тьме ты слышишь голоса прежних знакомых и близких тебе людей, безусловно, дорогих тебе, кто тех, кто всегда оставался на твоей стороне, кто всегда поддерживал тебя, кто дорожил тобой, ради кого тебе, в конце, концов, стоило жить. Но там же ты отчетливо слышишь и всех (и каждого), кого тебе не хочется вспоминать никогда, ты видишь их так ясно, как будто все, что происходило с тобой до этой минуты, закончилось лишь сейчас, и чувства и эмоции, владевшие тобой, еще не успели остыть и исчезнуть из воспоминаний.
Вращающаяся тьма заставляет тебя вновь прожить всю твою жизнь от рождения до этих минут, будто перечитывает тебя в какой-то очередной и в последний раз, чтобы добиться желаемой бреши.
Ты понимаешь, что ей это удастся.
Но что было с тобой до этого момента так ли уж важно для тебя сейчас?
Было ли это важно вообще?
Сколько раз возникал в твоей голове вопрос о значении?
Вспомни о мотивах, толкнувших тебя пройти твой трудный путь. И не вспомнишь толком.
Лишь желание сделать это.
Лишь желание добраться до тетраэдра, который день за днем становился все заметнее, и гудение которого постепенно проникало в твою голову.
Стоило тебе отвлечься на мгновенье от окружающей тебя реальности и утратить на мгновенье контроль над собственным телом, как тетраэдр возникал перед тобой яркой вспышкой, надежно прячущийся под защитной оболочкой возвратившегося в нормальное адекватное состояние твоего рассудка.
Вот в чем все дело, оказывается – в контроле, от которого невозможно было уйти, в трезвости и ясности ума, в возможности ясно соображать, благодаря которой тебе довелось обнаружить среди друзей откровенных оборотней, готовых сожрать в любой момент.
И сейчас в твоей голове, сдавленной кружащей в спирали тьмой, остается всего один вопрос, пока еще блокирующий эту удивительную силу, ради которой ты, наконец, здесь.
Стоит ли трезво мыслить и здраво соображать?
Стоило ли трезво мыслить и здраво соображать до этого момента?
То, что ты здесь, было неизбежностью, постепенно приближавшейся день за днем, год за годом. И кажется, что оно того не стоило – проходить все те уровни, чтобы встретиться с тетраэдром прямо сейчас лицом к лицу. И все произошло бы само собой.
Сомнения.
Вот что тебе сейчас нужно для того, чтобы коснувшись тетраэдра рукой, добиться необходимого тебе результата, ради которого в жертву пришлось принести почти все и убедиться, что оно того стоило.
Сомнения сопровождали тебя на всем твоем пути.
Даже когда все становилось очевидным.
Даже когда не оставалось ни единого намека на возможность ошибиться.
Даже когда врали в глаза, и ложь едким дымом отравляла тебя изнутри, даже когда плевали в лицо, и ледяным душем правда окатывала тебя с ног до головы, все равно оставались сомнения.
Сомнения даже сейчас.
Это в природе твоей, это в твоей крови, это часть твоей подлинности – сомневаться.
И так, кажется, и должно быть.
Так и должно быть именно сейчас, когда до тетраэдра остается всего ничего, когда тетраэдр все ближе и ближе, находящийся прямо перед тобой.
И при любом исходе это не враг твой.
Всего лишь проводник, после встречи с которым все, абсолютно все будет иначе.
И вся ирония как раз заключается в том, что твои сомнения отвлекают от окружающей тебя реальности.
Вопросы, то и дело возникающие в твоей голове, обращение к собственному сердцу,
