Гайсин – место знаковое для всей Украины. Первое упоминание о нём датируется 1545 годом. Владение князей Соколинских. Потом, летом 1648 года, он достался запорожским казакам; в 1672-1699 годах оказался во владениях Османской империи. В январе 1744 года Гайсин получил от короля Августа третьего статус города и разрешение проводить четыре недельные ярмарки в год. С этого времени в нём поселилась еврейская община, которая к 1917 году составляла более половины населения городка.
Немцы вошли в город 25 июля 1941 года. Первое массовое убийство еврейского населения – 1300 человек – состоялось 16 сентября 1941 года. В городе был организован концлагерь, в него свозились евреи из Бессарабии и Буковины. Большинство погибли во время строительства моста по дороге на Винницу, остальных тысячу человек расстреляли и похоронили под мостом. Детей бросали в ямы живыми. К концу оккупации в марте 1944 года в Гайсине оставалось около двадцати евреев из семи тысяч, живших до войны.
В послевоенный период, в 1961-1964 годах, там были развёрнуты подразделения 19-й дивизии из 43-й ракетной армии советских войск РВСН. Но, конечно, военная летная часть, которая располагалась при городке в шестидесятые годы и куда летным врачом был направлен молодой лейтенант, не знала ни древней истории, ни страшной трагедии фашистского геноцида. В воинской части жизнь шла, как говорят военные, «штатно». Валентин Николаевич набирался практического опыта, без которого хирург никогда не состоится.
Но, к сожалению, сохранилась только одна фотография этого периода, где лейтенант Полезнов проводит предполетный осмотр летного состава.
Поселили их в старом фонде. Соседями была семья Леви: зрелый мужчина, на его руке остался номер концентрационного лагеря, и молодая женщина, нежно и заботливо любившая мужа. На то время детей у них не было. В квартире соседей часто бывала и подрастающая Ирина. Она ещё совсем маленькой запомнила книжные полки, простиравшиеся по всему длинному коридору, ковры и старинную мебель.
Следующим местом службы был город Ленинск (станция Тюра-Там), всем известный космодром Байконур.
Конечно, наивно предполагать, что история Байконура началась с постройки космодрома. Эта земля по берегам реки Сыр-Дарьи имеет древнюю историю: здесь жили и воевали люди на протяжении более четырёх тысяч лет. Только в советское время Байконур стал ключом к вратам в космос!
Ленинск был закрытым военным населенным пунктом; огорожен по периметру стеной из проволоки и бетонных плит; въезд через контрольно-пропускной пункт. Жители – семьи военнослужащих, обеспечивающих реализацию космической программы страны. За периметром в колхозе жило местное население, преимущественно казахи. Город охраняли строго. Но у местного населения, проживающего за периметром города, всё равно была возможность обучать своих детей в школах города, лечиться в госпитале, посещать кинотеатр и по праздникам – офицерский клуб: так братство народов осуществлялось в реальности.
Город условно делился на три части: старый или деревянный городок, центральный и новый город пятиэтажек. Центральный городок формировался маленькими кварталами-каре из толстостенных каменных двух- и трехэтажных домов, с оазисами из деревьев (карагач, дикая смородина, дикая яблоня, кусты жёлтой акации), обязательной центральной беседкой, окружённых широкими бетонными кружевными заборами, полутора метров в высоту. Это делало двор-каре маленьким фортом. Вокруг были арыки.
Вот на этой фотографии возле беседки кто-то запечатлел возвращающихся с праздничного мероприятия нарядных родителей и Ирочку с цветами. Все немного уставшие, но радостные.
Ирина вспомнила, как вечерами на дворовом заборе сидели, словно воробьи, дети. Весной во дворах дивно цвели деревья. А летом, когда температура достигала 45 градусов в тени, здесь в маленьком оазисе была возможность хоть как-то вдохнуть раскаленный солнцем и песком воздух.
Город периодически встречал делегации из дружественных государств, и тогда школьников выстраивали с флагами этих стран вдоль всей улицы Космонавтов центрального городка. Именно на этой улице получил служебное жилье, двухкомнатную квартиру, майор медицинской службы Полезнов. Правда, до этого радостного момента он вместе с семьей восемь месяцев жил за перегородкой приемного покоя госпиталя.
Дети на Байконуре жили дружно, играли в «казаки-разбойники», в лапту, в театр, в космонавтов, строили из кустов дикой смородины домики. Беседка в центре двора превращалась в космический корабль. Ирочка всегда была сорванцом и заводилой в играх. Всем двором дети выходили на улицу, чтобы увидеть пуск ракеты, на обеспечение которого уезжали родители.
А еще на берегу Сыр-Дарьи в парке была беседка космонавтов. Там перед стартом они обязательно фотографировались по традиции. В семейном фотоальбоме сохранилась интересная фотография. В беседке стоят, положив руки на плечи друг другу, трое: летчик-космонавт Алексей Леонов, Юрий Сенкевич и отец. Валентин Николаевич, уже начальник хирургического отделения, подполковник медицинской службы, был знаком почти со всеми космонавтами; принимал участие в медицинском обеспечении их подготовки и стартов ракет. Там же на Байконуре он вновь встретился со своим однокашником Юрием Сенкевичем, который в то время возглавлял учебно-тренировочный специализированный центр медико-биологической подготовки космонавтов и сам, в качестве врача-исследователя, проходил подготовку для участия в космическом полёте.
Какое это было время! Дерзких и целеустремленных мужественных людей! Рядом с ними дети Байконура росли, понимая, что для звёздных замыслов нет преград. Знания, стремления и упорный труд творят чудеса, даже открывают ворота в космос!
Уже поступив в медицинский институт, Ирина часто беседовала на эту тему с отцом. Поняла, что в своей выбранной специальности не надо бояться никакой работы, надо использовать любую возможность учиться и практиковаться, и, самое главное, – видеть людей, ради которых ты ощущаешь свое призвание и служение ему.
И еще одну отцовскую мудрость она вынесла из этих бесед: внимательному человеку все время кажется, что кто-то направляет его. Как только он заинтересуется чем-то, тут же находятся книги именно на эту тему, приходят нужные люди. На самом деле, какую бы книгу он ни прочитал, он узнает только то, что хотел узнать.
«Мой отец, – думала Ирина, – ещё там, в госпитале на Байконуре понял, что его призвание – ортопедия и травматология. Пройдя соответствующую подготовку и изучив работы талантливого хирурга-травматолога Илизарова, впервые в госпитале применил для восстановления конечности знаменитый, неизвестно откуда добытый им аппарат Илизарова. И дальше активно с успехом внедрял этот метод лечения.
Позже заметил, что на космодроме среди травм большое место занимают травмы кисти. Разрабатывая эту проблему, он прочитал работы профессора Елены Васильевны Усольцевой, с которой встречался, находясь в отпуске в Ленинграде. Оказалось, что Елена Васильевна помнила его маленьким: в блокаду она оперировала в том самом госпитале, где работала санитаркой Манечка. Итогом этой встречи стала его разработка системы этапного лечения раненых с огнестрельными поражениями кистевого сустава. В 1970 году ему присваивается почётное звание «Заслуженный рационализатор Казахской ССР». Свои наработки он письмом представил в Военно-медицинскую академию и главному хирургу МО СССР.
Вскоре в Москве было приято решение – направить талантливого хирурга на кафедру военно-полевой хирургии Военно-медицинского факультета института для дальнейшей преподавательской деятельности. Начальник кафедры в качестве клинической базы выбирает для Полезнова военный госпиталь. Именно он на долгие годы станет местом, где будет лечить больных, творить и созидать ради спасения человеческих жизней и судеб Полезнов.
Здесь, в военном госпитале, вместе с отцом заведующей аптекой многие годы работала и мама. Сейчас на стендах истории госпиталя с фотографий смотрят улыбающиеся лица родителей, которых объектив фотоаппарата поймал на рабочих местах. Каждый раз, проходя мимо, Ирина тихо шептала: «Мамочка, здравствуй! Привет, пап!».
Информация других стендов отражает успехи научной школы Полезнова. Выведены этапы её становления, итоги деятельности. Показано, как через десять лет своей научно-педагогической деятельности Валентин Николаевич Полезнов стал заведующим кафедрой, защитил докторскую диссертацию «Повреждение кистевого сустава в мирное и военное время», а через год получил учёное звание «профессор».
Ирина нашла в альбоме фотографию, где идёт профессорский обход: в палате, возле кровати пациента, стоит Полезнов, внимательно слушая доклад ординатора. О! Это же молодой Ботин в медицинском халате поверх военно-морской формы, в руках – история болезни. За спиной профессора медсестра держит приготовленное для обработки рук полотенце – тогда медицинские перчатки надевали только на перевязки и операции. За их спинами ряд врачей и слушателей интересуются, какие комментарии Полезнов даст лечащему врачу по итогам осмотра и, обязательно, опроса пациента.
[justify]– Сейчас, в условиях современного администрирования и различных правовых коллизий, а может быть, и воспитания молодежи, отношение к профессорско-преподавательскому
