есть на свете рай, то он находится в Абадзехской, - уверял Валерка по дороге в станицу. – Она находится в горах чуть дальше Майкопа. Но какие там леса! Еще там есть речка Белая. А названа станица так, потому что в этих местах проживали абадзехи.
-Это я знаю, - сказал Генка. – В годы Кавказской войны до самого окончания боевых действий в 1864 году станица находилась на передовой линии. Но сейчас там ведь живут не только абадзехи?
-Ну конечно! Очень много русских, других народов адыгского происхождения. Еще живут тюрки, греки, татары. К примеру, мои предки по дедушкиной линии вовсе не адыги, а кавказцы тюркского происхождения. Дедушка рассказывал, что наша фамилия происходит от имени Джамбулат, что с тюркского означает «воин», «боец» или «страж».
-Надо же, какое совпадение, Валерка! Представь себе, что моя фамилия тоже не эстонского, а немецкого происхождения. И тоже означает «воин», «боец».
-Нам с тобой обязательно нужно посетить пещеры, расположенные в районе Абадзехской. Их там несколько. Но я бывал только в Мезмайской. Очень красивая пещера. Там есть эти, как их называют? Ну, которые торчат, словно зубы дракона.
- Сталактиты и сталагмиты.
-Во-во! Они самые! Абсолютно белого цвета. А рядом там есть пещера, которая называется «Божий глаз», потому что внутри пещеры есть водопад с радугой.
-Ты говоришь, что твои предки жили в Абадзехской? А как вы оказались в Панахесе?
-Не знаю. Родители почему-то уехали, когда я был совсем еще маленький. А дедушка с бабушкой там остались. «Где родились, - сказали, - там и помрем».
-И правильно. Говорят же, что «где родился, там и сгодился». А люди всё норовят куда-то на чужбину податься.
Почти все лето мальчики отдыхали в Абадзехской у Валеркиных дедушки с бабушкой. Здесь Генка научился многим премудростям сельской жизни и познакомился с Кавказом вживую, а не по книжкам. Вместе с Валеркой и его двумя младшими братьями ходил по горным тропкам через лес к летним пастбищам, где пастухи пасут коз, овец, коней. Увидел, как бродят по окрестностям станицы коровы с колокольчиками, как женщины сушат на зиму грибы и дикие плоды райских яблок, груш, жерделей и кизила. Попробовал косить траву на сено для скота, пилить, колоть и складывать в штабеля дрова. Часто мальчики ходили на речки Белая и Фюнтв удить рыбу, которую потом развешивали для просушки на веревках и накрывали рыболовной сетью, чтобы к рыбе не подбирались коты. За всю свою прежнюю жизнь Генка не увидел и не узнал столько, сколько всего за одно лето.
Домой приехал в конце августа возмужавшим и заметно выросшим. Мать даже руками всплеснула, увидевши сына:
-Ну, прямо настоящий парень стал!
А потом сообщила, что в конце июля приезжал Иван Селиванов и сказал, что погиб Володя Обрубов.
-Как погиб?!
-Не знаю. Он приезжал за тобой, чтоб вместе идти на похороны. Ты съездил бы к Ивану сам. Он просил.
Иван очень обрадовался, когда увидел на пороге Генку.
-Как хорошо, что приехал! У меня уже совсем ум за разум зашел.
-Из-за Володьки?
-Угу. Он был моим лучшим другом. А теперь его нет.
-Как это получилось?
-Снаряд у него прямо в руках взорвался. И сразу насмерть.
-Там, в плавнях?
-Угу. С ним еще мальчишки из 58-й школы были. Двоих ранило, а остальные ничего.
-Накаркал, видать, я ему такую смерть, - тяжело вздохнул Генка.
-Как это «накаркал»? Когда?
-Ну, в интернате еще. Он мне револьвер показывал, который вы с ним в плавнях нашли. Он тогда и мне предложил с ним пойти на поиски оружия А я отказался и сказал, что и ему не стоит этим заниматься, чтоб не нарваться на какой-нибудь снаряд.
-Ничего ты не накаркал. Я тоже несколько раз просил его бросить это дело. Да разве он кого слушал? «Я, - говорит, - хочу собрать коллекцию оружия». Дособирался!
-А зачем ему это нужно было?
-Говорил, что для памяти. Хотел сделать музей вооружения солдат Великой Отечественной.
-А почему ты сейчас один? Рассорился, что ли, с Танюхой?
-Ты что? Просто они с Мухиной уехали в пионерлагерь на третью смену. Помощницами вожатых. Им райком путевку выдал. А ты к Мухиной теперь поедешь?
-Не знаю. Сейчас неловко как-то. Получается, что я чужое место хочу занять.
-Я тоже думаю, что в ближайшее время тебе не стоит с нею встречаться. Ну, разве, если она сама захочет с тобой встретиться. Только мне кажется, что пока не захочет.
-Почему ты так думаешь?
-Когда они с Танюхой уезжали в лагерь, я спросил у неё, что мне тебе передать? Она сказала, что ты замечательный парень, но она сейчас ни к кому не хочет сильно привязываться. «Привяжешься к человеку,- говорит,- душой прикипишь, а потом отрываться тяжело, когда человек уходит».
-Прямо так и сказала?
-Прямо так и сказала. Ты же знаешь, Ген, она не так давно отца похоронила, а теперь еще и Вовка.
-А на похоронах кто из наших был?
-Из пацанов только мы с Ивановым, а из девчат – Танюха с Машей и Коробко. Остальные же все в городе живут. Да и адресов мы чьих-нибудь не знаем. А я школу бросил.
-Зачем?
-Поступил в Пашковский сельхоз на строительное отделение. Ну чего я целых три года буду штаны зря протирать в школе? А в техникуме я хоть специальность получу. Да и с Галиной Тимофеевной почаще встречаться буду.
-А Галина Тимофеевна – это кто?
-Бабуня Вовкина. Ох, как она убивалась на похоронах! Говорила, что жизни теперь ей нет без внука. Ну, я пообещал, что буду теперь к ней часто приходить. Она немного успокоилась. Иван Васильевич тоже одобрил мое решение перевестись из школы в техникум. «Это, - сказал, - надо было сразу после восьмилетки сделать. А так целый год потерял».
-А ты давно Ивана Васильевича видел?
-Тогда же, во время похорон. Он приезжал вместе с Гаврилычем и с дядей Колей. Автобус пригнал. Он, по сути, похороны полностью и организовал. Правильный мужик наш Иван Васильевич. Золотой души человек!
*
«Почему я с тех пор ни разу не заглянул в интернат?» - подумал Геннадий, когда в дни майских праздников опять рванул в Краснодар.
На этот раз Геннадий поехал в Краснодар с конкретной целью непременно встретиться с Машей. Теперь еще решил сходить в интернат.
Почему не навещал интернат все эти годы, Геннадий, пожалуй, и сам не мог толком объяснить. Нет, в первый год после выпуска Геннадий приходил пару раз вместе с Селивановым. Виделся с учителями, с директором, воспитательницей Верой Семеновной. Но после гибели Обрубова решил больше не заходить в школу. Он чувствовал неловкость перед директором и всеми сотрудниками интерната за столь нелепую смерть одноклассника. Люди всю душу вкладывали в воспитанников, готовили к достойной жизни и продуктивной деятельности, а один из лучших выпускников так по-дурацки распорядился своей жизнью. Как смотреть в глаза своим наставникам? Иван, конечно, не согласился с такой позицией.
«Ты-то здесь каким боком виноват? – спросил. - Ты же Вовку не посылал в плавни».
«Мы все за всех должны быть в ответе».
«Чудак ты, Генка! Или блаженный, или прикидываешься. Не могу я тебя понять, потому как все у тебя очень уж сложно. А надо жить проще».
Понимал Генку только Джамбулаев.
Мысль о том, что надо было бы сходить в интернат, Валерий одобрил.
-Я тоже думаю, что давно надо было бы это сделать. Все-таки интернат дорогу нам в жизнь проторил. А я вот тоже, к своему стыду, забыл, когда последний раз заглядывал. Да и то сказать: интернат сейчас уже совсем не тот, каким был в наше время. Ты в курсе, что там теперь учатся дети с ограниченным слухом? Ну, то есть, там нынче специализированная коррекционная школа.
-Что ты говоришь? – удивился Геннадий. – А я и не знал.
-Давно уже. С конца восьмидесятых. Там теперь все уже совсем не так, как было при нас.
-Тем более надо сходить. Сможешь организовать?
-Конечно. Как только ты с Машей все уладишь, так все вместе и отправимся с визитом.
Однако быстренько уладить не получилось, хотя Геннадий созвонился с Татьяной Голубевой на следующий день по приезде в Краснодар. Когда Геннадий объяснил, что он разыскивает Марию Шумилину, она сказала, что знает об этом. Ей рассказали в Муниципальном зале. Но указывать адрес и номер телефона Шумилиной отказалась, поскольку Мария не разрешила давать посторонним её координаты.
-Но я ей не посторонний, - попытался возразить Геннадий.
-Откуда я знаю, кто вы такой? Я вас даже в глаза никогда не видела. Впрочем, если вы хотите встретиться с Машей, то приходите 11 мая в Муниципальный зал. Там будет благотворительный концерт, посвященный Дню Победы. Мы с Машей будем выступать. Концерт начнется в 14-00.
Валерий с Лидой тоже изъявили желание сходить на концерт.
-Непременно сходить надо, - сказал Валерий. – Во-первых, я среди вас совсем не посторонний человек, и мне тоже очень хочется с Машей встретиться, а, во-вторых, грех не пойти на концерт, посвященный Дню Победы. Наконец, в-третьих, насколько мне известно, деньги, вырученные на концерте, пойдут в помощь восставшему Донбассу. Мы не имеем права бросить наших людей на растерзание бандеровскому зверью. Краснодарцы намерены отправить туда все, что нужно для фронта. А дончанам сейчас много, что нужно: оружие, боеприпасы, медикаменты и препараты, одежда. Люди ждут нашу помощь. Фашист Турчинов объявил о начале «антитеррористической операции» и уже направил в Донбасс Андрея Парубия с войсками и спецназом. А это значит, что миром все не закончится и будет большая кровавая бойня.
-Ты серьезно думаешь, Валера, что начнется война? – встревожилась жена Валерия.
-Она уже началась, Лида, - ответил Валерий. – Ты спроси у Генки, что он видел в Крыму? Он только
