одновременно)
- Мы!
Первая сестра. - ( в трубку) Пришли двое, мужчина и женщина.(пауза) Сейчас (прикрывает ладонью телефонную трубку, обращается к Владимиру)
- Гражданин, как ваша фамилия?
Владимир. - Григорьев Владимир.
Первая сестра. - (в трубку) Григорьев Владимир. (вешает трубку)
Владимир. - (обеспокоенно) Света, наверно, что-то случилось. Я сейчас узнаю.
Света. - Володь, да успокойся ты.
Владимир. - Нет, надо спросить.
( идёт к сестре)
- Девушка, скажите, пожалуйста, вы спрашивали мою фамилию, может, что случилось?
Первая сестра. - Гражданин, я не знаю, зачем спрашивали вашу фамилию. Наверно, роженица беспокоится, пришли вы или нет. Вы зря волнуетесь, ничего особенного в этом нет, я в день раз двадцать, а то и больше, узнаю чью-либо фамилию.
Владимир. - Вполне возможно, извините, пожалуйста.
Первая сестра. - Это моя работа.
(Владимир садится на прежнее место)
Света. - Ну, узнал?
Владимир. - Говорит, что, наверно, Лида беспокоится, пришли её встречать, или нет.
Света. - Я так и подумала.
Владимир. - А меня как током ударило, когда фамилию спросили.
Света. - Немножко поволнуйся, это иногда полезно.
Владимир. - Иногда, но не сейчас.
Света. - Ничего не случится, зато насколько больше радости будет.
Владимир. - Она, наверно, думает, что я пришёл вместе с Верой пацана забирать. Надо сказать сестре, чтобы позвонила в отделение и сказала, что здесь ты и я.
Света. - Ни к чему это.
Владимир. - Удивляюсь твоему спокойствию.
Света. - Володя, не надо фантазировать.
Владимир. - Света, как ты не хочешь понять, насколько ей сейчас тяжело. Она, может, места себе не находит. Мечется по палате, а мы здесь сидим, философией занимаемся.
Света. - Ты всё об одном и том же. Я понимаю, Вова, всё понимаю, но полчаса нас не устроит. Она девять месяцев места себе не находила и ничего с ней не случилось. Поэтому перестань делать из этого трагедию, не драматизируй. Потерпи полчаса, и давай прекратим этот ненужный разговор.
Владимир. - У меня кошки на душе скребут.
Света. - Скоро замяукают.
( Света, отворачивается от Владимира и обращается к мужчине, который продолжает ходить по вестибюлю)
- Гражданин, можно вас спросить?
(мужчина останавливается около Светы)
Третий муж. - Что вы сказали?
Света. - Хотела спросить у вас, как своих девочек назовёте?
Третий муж. - (озадаченно) Как-то об этом не задумывался.
(Света, Владимир, женщина, второй мужчина - смеются)
(пожав плечами) Честное слово, даже представить не могу. Жена решит.
Света. - А вам что, всё равно?
Третий муж. - Затрудняюсь ответить.
Женщина. - Хоть и говорят, что незнакомым людям лучше советы не давать. Послушайте старуху, мой вам совет, назовите девочек: Вера, Надежда, Любовь. Лучше не придумаешь, это же просто чудо, что сразу три девчонки-близнецы. Вам все завидовать будут, любой бы хотел оказаться на вашем месте.
Света. - (с завистью) Да, вы правы. Это чудесно, три девочки, крохи малюсенькие.
Третий муж. - Я, право, не знаю, как жена.
Женщина. - Что же тут знать. Любая женщина иначе и не назовёт, могу с вами пари заключить.
Света. - Я вас поддерживаю.
Третий муж. - (ко всем) Понимаете, я до сих пор опомниться не могу, словно лавина снежная обрушилась, кто бы мог подумать, что именно со мной такая история может приключиться.
(все смеются, даже до сих пор молчавшие двое мужчин и женщина, сидящие слева)
- И не только вам смешно, вся родня хохочет, а жена моя маленькая, худенькая, и живот у нее маленький был (показывает руками, какой у жены был живот, вызывая этим очередную порцию смеха)
- Вот, пожалуйста, в героини решила податься (обиженно) меня теперь дамским закройщиком на работе прозвали.
(все опять смеются, мужчина сокрушённо разводит руками и снова начинает ходить)
Света. - Счастливый человек, до конца этого ещё понять не может, глупый, на шутливое прозвище обиделся, он сейчас и четвёртому ребёнку был бы рад, лишь бы только мальчишка.
(Света улыбается)
Владимир. - Элемент неожиданности выбил его из колеи.
Света. - (задумчиво улыбаясь) Приятная неожиданность.
Владимир.- Одного в толк не возьму, почему сама не рожаешь?
Света. - Это разные вещи, если бы я знала, что рожу тройню, да от любимого человека, ни на секунду не задумывалась бы.
Владимир. - Не устаю повторять, женская логика временами загоняет меня в тупик. И рожать вы хотите и тут же не хотите, тройню вам подавай, да ещё с какими- нибудь причудами, от которых, не исключено, мозг закипит, мало этого - не останавливаясь, в другую крайность кинетесь, и так до бесконечности.
Света. - Да ну тебя, ты прямолинеен, а я мечтаю (с жаром) как бы было хорошо, чтоб все мечты сбывались.
(Владимир задумывается)
Владимир. - У меня идея, тебе, может, понравится, на работе есть в друзьях хороший парень, пьёт в меру, но вот как я, ты же не скажешь, что я не умею культурно употреблять алкоголь. Любитель активного отдыха, а самое главное, почему я о нём заговорил, вас объединяют одинаковые мечты: тебе тройка нападения нужна, а он не против иметь целую хоккейную пятёрку, детей любит. Хочешь, познакомлю? Будете воплощать свои мечты в жизнь, это же отлично, когда у людей есть общая цель.
Света. - Володя, хватит шутить. Для меня, между прочим, это вовсе не пустой звук, я за свою мечту.
Владимир.- Я вполне серьёзно, никаких шуточек. Ты меня взбодрила, и я вспомнил и не вижу в этом ничего плохого.
(Света не желает показать, что её это заинтересовало)
Света. - (смеясь) А какой он из себя, приятель твой?
Владимир. - Я же уже сказал, отличный парень, мечты у вас сходятся, это как звёзды на небе, он тебе понравится, может пошутить, всегда к месту, тебе это особенно должно быть приятно, ты же любишь умные шутки. В этом я уже убедился, не будешь отрицать, что откровенность, окрашенная юмором в разумных размерах, не только располагает, но и помогает понять человека.
Света. - Ты уже это говорил.
Владимир. - Говорил, не отрицаю, то, что ты коммуникабельная женщина, согласится любой, кто тебя знает. Это бесспорный факт.
Света. - Спасибо за комплимент, по-твоему я с любым могу входить в контакт?
Владимир.- Ну, Свет, что у вас за манера всё переворачивать, ирония здесь ни к чему, о каком контакте ты ведёшь речь, у тебя всё с подтекстом.
Света. - Мне слово это ком-му-ни-ка-бель-на-я противно, так вот. У меня есть симпатии и антипатии, как у всех. Не хочу, чтобы ко мне применялись такие слова, я хочу быть разной, непредсказуемой. Я баба. Я женщина. Я хочу любить и чувствовать, а не только трахаться. (пауза) Мне нужен мозг, а потом член, а если у него только член, то пусть это животное занимается онанизмом всю свою жизнь.
Владимир. - Хорошая импровизация, а, главное, искренняя. Свет, я поражён и мне понравилось, хотя когда я говорил «коммуникабельная», имел ввиду только тех, к кому ты симпатизируешь. Ты ещё раз доказала: женская логика прекрасна и непредсказуема.
Света.- У меня наболело, противно смотреть на мужиков, у которых одна извилина ниже поясницы, а ваша логика похлеще, не подарок, одна демагогия. Всё сводите к тому, чтобы показать своё превосходство над женщиной. Фигу вам, ничего у вас не выйдет, скоро мы будем командовать.
Владимир. - Да здравствует матриархат!
Света. - Лучше матриархат, хоть пьяниц поменьше будет.
Владимир. - И почему ты не железная леди?
Света. - А что, скажешь, плохая женщина, всех мужиков за пояс заткнула. В России тоже такие найдутся.
(открывается дверь из родильного отделения, оттуда выглядывает сестра, обводит глазами всех присутствующих и останавливает свой взгляд на Владимире, посмотрев на него, закрывает дверь)
Владимир. - (встревоженно) Света, ты обратил внимание, как она на меня смотрела?
Света. - (качает головой) Какой ты мнительный. На тебя смотрела. Она на всех смотрела. Любопытство проявляет, а ты всё на свой счёт переводишь, нервотрёпку сам себе создаёшь.
Владимир. - Не могу объяснить, а сердцем почувствовал, как что-то она мне сказать хотела. Глаза у неё какие-то не такие были, странные, полуиспуганные.
Света. - (полунасмешливо) Господи помилуй, спаси и сохрани. Быстрей бы вас помирить, а то ты меня с ума сведёшь. Лидка тоже носится со своим шестым чувством. Вы так друг друга съедите, если не избавитесь от ненужной мнительности. Мнительность - та же подозрительность, кроме неприятностей ничего существенного от неё не получишь.
Владимир. - Нет, всё равно я больше ждать не в состоянии.
Света. - Так бы сразу и сказал, что живот болит.
Владимир. - (рассерженно) Какой живот, что ты мелешь!
(Света смеётся)
- (обиженно) пойду покурю.
Света. - (мягко) Володечка, не обижайся, надулся сразу, как индюк, а говоришь, что юмор понимаешь. Я пошутила, надо же тебе какую-никакую разрядку сделать. Ждать осталось минуты, подготовь лучше себя к встрече, а то раскиснешь, слова из тебя не выжмешь. Ни бэ, ни мэ, ни кукареку. Возьми себя в руки.
Владимир. - (тяжело вздохнув) Ты так думаешь?
Света. - Конечно, видишь, я совершенно спокойна, а разговор мне предстоит не из лёгких, имей это в виду.
Владимир. - Пойду всё же выкурю сигаретку.
Света. - Потерпи несколько минут, успеешь накуриться.
(Из родильного отделения открывается дверь)
- Что я говорила, уже идут.
( Появляется сестра с ребёнком на руках, за ней врач женщина средних лет. Все смотрят на них. Они идут в сторону Владимира и Светы. Владимир и Света встают, одновременно делают шаг вперёд. Владимир не чувствует, как задевает букет цветов, который падает на пол)
Владимир.- (с облегчением) Наконец -то.
(Он не замечает, что нет Лиды, всё его внимание сосредоточено на ребёнке)
Врач. - (официально) Гражданин! Вы Григорьев Владимир?
Владимир. - (с нетерпением) Да, я.
Третья сестра. - (угрюмо) Вот ваш сын.
Света. - Доктор, а где Лида?
( Врач не отвечает ей, протягивает Владимиру сложенный тетрадный листок)
Владимир. - (растерянно) Что это такое?
Врач. - (мрачно) Прочтите и узнаете.
(Владимир берёт листок, разворачивает его и читает вслух)
Владимир. - (медленно, с расстановкой, плохо понимая смысл) Здравствуй, миленький Вовка! Я называю тебя так второй раз в жизни, совершенно не стесняясь своих слов, а только горько сожалея, что мои чувства остались без ответа. Невезучая я баба, милый, ты не обращай внимания на мою жалобу. Я тебя ни в чём не виню, виновата я одна, мне же в голову не приходило что-то подобное, как это тяжко отказаться от своего ребёнка. От одной только мысли, что у него должна быть другая мама, волосы становятся дыбом. Как трудно это воспринять, никто никогда не поймёт, никому не объяснишь, не передашь свои чувства и не расскажешь правды, которая в любом случае была бы публично осуждена всеми. Да, я могла бы обмануть вас, ты знаешь, о чём я говорю, но я не могу разлюбить тебя, сделать тебя несчастным не в моих силах, поэтому я не вижу другого выхода. Прошу об одном: люби сына, назови его Сашей и иногда вспоминай меня, мне так будет легче, если можешь, прояви ко мне снисхождение, уступи моей просьбе, воспитывай сына один. Мне страшно, я боюсь, я хочу жить, я пишу тебе, мой любимый, слёзы заливают моё лицо, а меня уже нет. Прощай, Вовка! Лида.
(Света вскрикивает и падает на колени с криком: «Лида-а-а-а!!!» Владимир отупело смотрит в лист бумаги, затравленно озирается и неожиданно кричит)
- Что с ней случилось!? Что вы молчите!?
(Врач стоит, опустив голову, сестра, держащая на руках ребёнка, плачет. Света рыдает. Все остальные, встав со своих мест, не
