мешал мой рвотный рефлекс. И вообще он нервничал. Возился со мной очень долго. Правую сторону удалил нормально. А левую не совсем. Она у меня потом всю жизнь воспалялась.
Проблемное лето 1984 года. Всё шло не так. На работе ко мне прилипла дворничиха татарка Соня. В отпуске я приняла решение не рожать от Юры. После Мартука я вообще раздумывала. А не расстаться ли мне с немцем. Отпуск у нас не закончился. Юра жил в Соль-Илецке. А мы с Леной в Куйбышеве. Из Риги мне пришло очередное письмо. Рижская еврейка, с которой мы познакомились в Нафталане, никак не хотела отстать от меня. Писала всё лето. В июне поздравляла меня с Днём рождения.
Приглашала в гости. Без конца нахваливала свою Ригу. Я в общем так до конца и не поняла, что ей от меня было надо. А тогда вдруг подумала. А что если действительно поехать в эту Ригу. И я позвонила в Соль-Илецк. Юра конечно примчался сразу. Мы купили билеты на поезд. Я дала этой рижанке телеграмму. И мы поехали. На фирменном поезде " Жигули". В Москве у нас была пересадка. Так впервые в своей жизни, и я и Лена, попали в Москву. Поезд "Москва-Рига" был намного круче чем "Жигули". Новейшие мягкие вагоны. В купе на столиках букетики цветов, печенье и вафли. Всё сияет и блестит. Проводницы в белых перчатках. Заправленные постели. Действительно КЛАСС. Через 16 часов мы приехали в столицу советской Латвии. День клонился к вечеру. Железнодорожный вокзал мне не понравился. Город со множеством мостов, тоже. Всё казалось серым и невзрачным. Мы взяли такси и поехали по указанному адрессу
Нам никто не открыл. Конечно можно было подождать или спросить соседей. Но я же давала телеграмму. Еврейка есть еврейка. Если человек не хотел нас принять, можно было бы хотя бы из вежливости известить нас об этом. Конечно мне не было неудобно перед Юрой. А Лене очень нравилось наше путешествие. Ей только исполнилось 6 лет. А она уже пересекла расстояние от Якутска до Риги. Если по дорогам, то это 12 тысяч километров.
Идти слушать знаменитый Рижский орган пропало настроения. Захотелось побыстрее уехать. Но мы смогли купить билеты только на завтрашний поезд. И этот поезд был ближе к вечеру. Нам предстояло провести в Риге ещё целый день. Главное мы получили место в небольшой гостинице прямо в центре Риги. И это была большая удача. Нам очень повезло. Я сейчас не могу найти эту гостинницу на карте города Риги. Но по моему она называлась "Астория". Это небольшое старинное здание находилось на одной из старых улочек Риги. Наш номер был очень скромным. Если не бедным. Но я была рада и такому.
Мы конечно не пошли ни в какие культовые рестораны. Ведь с нами был ребёнок. Утром мы пошли в Центральный Универмаг Риги. Там я купила себе золото. Меня привлекла витрина с рубиновыми колечками. Таких красивых колец я раньше никогда не видела. Кольцо смотрелось веточкой. Из пяти лепестков и трёх рубинов.
А у меня уже был большой тяжёлый перстень с огромным рубином. Вот это красивое колечко с тремя маленьким рубинами очень подошло к нему. Я до сих пор ношу их вместе. Главное именно в этой Риге, куда я поехала совершенно случайно, я купила себе обручальное кольцо. Второе. Первое покупал Валера. А второе я купила сама. Но на этот раз. Не широкое. А классическое. Узенькое. Символично что обручальное кольцо я купила только себе. У Юры именно этот палец, на котором носят кольцо был прижат вагонеткой. Потому носить кольцо он не мог. Вот так получилось. Собралась разойтись с немцем. А вместо этого купила обручальное кольцо. В далёкой Риге. Это кольцо со мной до сих пор.
Весь день мы ходили по магазинам Риги. Но ничего хорошего нам не попалось. Основательно закупиться вещами я планировала в Москве. В Риге мы нарвались на цыган. Вернее я нарвалась. Цыганки ошивались в женском туалете Центрального Универмага. Я купила у них несколько батников из тонкого трикотажа. Они были плотно упакованы. В целлофан. С виду выглядели очень прилично.
Я и не подумала открыть при них хотя бы одну упаковку. Эти батники были тогда очень модными. И я купила несколько. Для своей родни тоже. Юра сразу заподозрил неладное. Потому что к концу дня. Эти цыганки просто ходили за нами по пятам. Наперебой предлагая купить ещё. В общем мы купили не просто подделку. Вместо указанных взрослых размеров в упаковках лежали крошечные распашонки. Подделано было мощно. Воротник и передняя полочка были выкроены и сшиты по настоящему. Потому и смотрелись нормально в упаковке. Юра потом всегда смеялся. Как мы скупили у цыган почти весь их „товар“.
Вечером мы снова сели в фирменный поезд. В обратном направлении Рига-Москва. Мне конечно запомнился этот поезд. Своим комфортом и чистотой. Москва встретила нас лучами утреннего сентябрьского солнца. Мы приехали прямо к открытию магазинов. Нас хватило на ЦУМ и на Детский мир. Я впервые увидела огромные столичные универмаги. Сориентировась сразу. Главным для меня конечно был "Детский мир". Лену нужно было одеть к школе. Мы купили Лене замечательную шубу из искуственного меха. Красивую. Богатую. Светло-коричневого цвета с полоской вверху. И точно такую же шапку с длинными ушами. Ещё купили модное-премодное осеннее пальто. В общем одели ребёнка.
От Казанского вокзала до главных магазинов столицы всего две станции метро. Детский мир и ЦУМ тоже расположены недалеко друг от друга. Мне очень понравился ЦУМ. Никакого столпотворения. В ЦУМе себе я купила только сапоги. Осенние и зимние. А Юре купили очень много вещей. Мне это было важно. Я хотела как можно красивее приодеть своего немца. Мы купили ему очень красивую утепленную куртку-аляску с капюшоном. Зимнюю шапку из нутрии. А до этого в Мартуке я купила ему настоящую ондатровую шапку. На натуральной кожанной основе.
Я потом сама буду часто одевать эти обе шапки. Главное я купила Юре мужской домашной стёганный халат. Просто королевский. С поясом и большими карманами. Тёмно-коричневый цвет прекрасно контрастировал с большим отложным бежевым воротником и такими же манжетами. Юра очень любил этот халат. Он был удобным. Недлинным. Доходил только до колен. В общем мой немец стал похож на барина из русской литературы. Фотографироваться на Красную площадь я не пошла. Принципиально. Для меня это место жуткой жестокой казни Народных героев. Степана Разина и Емельяна Пугачёва.
Я была в Москве восемь раз. И ни разу мне не хотелось пройти на Красную площадь. Однажды я только подходила поближе. Взглянуть на Собор Василия Блаженного. О нём мне рассказывал ещё отец. Что по приказу Ивана Грозного мастеру зодчему выкололи глаза. Чтобы этот Мастер не смог больше построить подобного собора.
Тогда в начале сентября 1984 года я приняла верное решение. В дороге мы растрясли наш стресс. Это наше внезапное путешествие примирило нас. Юра видел что висел на волоске. Дороги всегда меня успакаивали. Нравилось слушать стук колёс. Чаще всего я конечно приезжала в Сагарчин к маме. Но хорошо помню. Мне всегда хотелось уехать и оттуда. Только ради мамы я оставалась подольше. На меня давила тишина. Особенно вечерами. Тихо. Глухо. А атмосфера тревожняя. Не спокойная. Не располагающая к отдыху. Посёлок казался мне совсем чужим. Раньше, при отце, я этого не чувствовала.
Больше значимых событий в 1984 году не произошло. После того как Федя выпроводил назад в Сагарчин свою одноклассницу Ларису, жить к нему переехал Миша. До этого он жил в рабочем общежитии Куйбышевметрострой. Общежитские порядки не для Миши. Он по складу характера больше единоличник. Потому иногда приходил к нам с фингалом под глазом. Жаловался на своё общежитие.
Я постоянно приходила к Мише и Феде с проверками. Ведь они жили всего через дом от нас. Конечно они устраивали там выпивки. Чему очень радовался хозяин квартиры. Лифтёр Яша. Комната у них была большая и светлая. Из окна открывался красивый вид. Если не было дымки. Вдалеке можно было видеть очертания Жигулёвских гор. Ведь мы жили всего в 15 минутах езды от Волги.
Жили мы дружно. Братья приходили к нам постоянно. Во первых у меня всегда можно было поесть. В выходные выпить по рюмке водки. Или шампанcкого. Но только по рюмке. Юра не пил. А у меня, после Валеры, вообще с этим было строго. Мой немец и два моих брата ладили друг с другом. Чему я очень радовалась. Они работали вместе. И разговоры у них в основном были о строительстве метро. О жизни участка. О проходке.
Я постоянно приходила к Мише и Феде с проверками. Ведь они жили всего через дом от нас. Конечно они устраивали там выпивки. Чему очень радовался хозяин квартиры. Лифтёр Яша. Комната у них была большая и светлая. Из окна открывался красивый вид. Если не было дымки. Вдалеке можно было видеть очертания Жигулёвских гор. Ведь мы жили всего в 15 минутах езды от Волги. Жили мы дружно. Братья приходили к нам постоянно. Во первых у меня всегда можно было поесть. В выходные выпить по рюмке водки. Или шампанcкого. Но только по рюмке. Юра не пил. А у меня, после Валеры, вообще с этим было строго. Мой немец и два моих брата ладили друг с другом. Чему я очень радовалась. Они работали вместе. И разговоры у них в основном были о строительстве метро. О жизни участка. О проходке.
В сентябре 1984 года Мише исполнилось 29 лет. Старший брат не давал мне покоя. Миша снова решил жениться. Во второй раз. Дочек замполитов, как в Якутии, поблизости уже не было. Пришлось мне идти в службу знакомств. Миша попросил меня отвезти в эту службу свою фотографию. На ней он был запечатлён в костюме-тройке. Светлые соломенные волосы зачёсанны на бочок. Галстук. В общем чин чинарём. Мне эта фотография не очень нравилась. Она была цветной и какой то дешёвой. Но Мише нравилась.
Первую службу знакомств в Куйбышеве организовал известный журналист. Он вёл по местному телевидению одну из передач. Все его знали. Служба знакомств находилась в небольшом одноэтажном строении недалеко от железнодорожного вокзала. Туда я и пришла с фотографией брата. И у входа почти столкнулась с этим журналистом. Он не очень дружелюбно посмотрел на меня. Скорее всего подумал что я ищу себе. А может прочитал на моём лице брезгливое отношение. Действительно в этом домике было как то темно и грязно. Грязными были не полы. А стены. Всё казалось каким то не свежим.
Фотографии принимала интеллигентная женщина средних лет. Очень приветливая. Миша доверил мне выбрать несколько фотографий
