Надо проверить чего там, в семинарии то твориться, что за юноши лазят по стенам в кабинет проректора. Я вернулся, сторож на вахте немного удивился, чего это я никак не могу угомониться и пойти домой, однако пропустил. Спросил у него, не спускался ли отец Азария, он сказал, что не видел его с утра. Я не стал подниматься по лестнице, а воспользовался лифтом. Хоть семинария у нас и трехэтажная, но лифт все же имелся. И это иногда очень удобно.
Тринкнул звоночек, лифт остановился и двери открылись. Я осторожно выглянул наружу: в коридоре было тихо, ни души, только какое-то приглушенное чавканье и кабинета проректора. Стараясь не цокать каблуками прокрался по коридору к кабинету проректора, приоткрыл дверь и увидел такую картину: отец Азария сидел, распластавшись в своем кресле, откинув назад голову, а на нем сверху, сидел или лучше сказать лежал, тот самый юноша-ползунок со стены и как комар сосал кровь у проректора из шеи. Мне показалось, что отцу Азарии это нравилось – глаза у него были полузакрыты, он постанывал. Мое появление спугнуло юношу – он оторвался от своего дела, повернул голову, взвизгнул как мышь и очень ловко выбрался через окно на улицу.
Отец Азария не сразу пришел в себя, сидел развалившись в кресле, закатив глаза, я подошел, похлопал его по щекам, тот начал приходить в себя. Я невольно обратил внимание на ранку на его шеи: вена набухла, были видны два маленьких разреза, но они совершенно не кровоточили. Отец Азария пришел, наконец, в себя, недовольно посмотрел на меня.
- И как это понимать?
Почти возмущенно спросил я. Отец Азария встрепенулся, как петух, стремительно встал и полез в стол, достал оттуда пластырь и очень неловко наложил кусок пластыря на ранку.
- В чем дело, Буривой, почему вы заходите, без стука.
Отец Азарий порывисто поднялся из кресла, нервно заходил по кабинету. Видно было, что подбирает слова, чтобы все объяснить.
- После того, как мы изгнали демоногида, все это и началось. Мы взяли дополнительно на первый курс парня, благочестивый, хорошо основы веры знал, молитвы, историю церкви-модо. Почему не взять. Я же не знал, что он вампиром окажется.
- Слушайте, отец Азария, но я его раньше не видел. Когда вы его успели взять.
- Да вот, недели две, пока ты на Проходе воевал, да в отпуске отдыхал, мы его и взяли учиться.
- А что, владыка с ним не беседовал?
Отец Азария остановился и с удивлением на меня посмотрел, будто я что-то неприличное сказал.
- Конечно. А как же без владыки. Провел собеседование. Вернул его дело без пометок. Видно, его личность у него не вызвала отрицательных эмоций.
Все это было странно, мне надо было поговорить с архиереем срочно. Но отцу Азарии я все же еще один вопрос задал:
- Батюшка, а как же вы сами-то? Вампир он ведь без вашего согласия не станет пить кровь.
- Он какой-то странный вампир: он кровь-то мою сосет, но такое ощущение, что ему это совершенно не нужно, а мне вот он такое удовольствие доставляет, хочется прям, чтобы он меня до смерти засосал.
Мы с отцом Азарием вышли из кабинета, в коридоре столкнулись с Земинухиной. Теперь мне было понятно, с чего у нее пластырь на шее.
- И вы вампиром-адаптером поцелованы!
Не удержался я от восклицания, чем привел в замешательство Ольгу Вареньевну.
- Какой адаптер?
- Вампир, который вас кусает, называют вампиром-адаптером. Он кусает и пьет кровь не для себя, а для синтагмы. Он как переходник, резервуар. Она же ведь не может сама кровь пить, а питаться ей надо.
Земинухина в смущении потерла шею, в том месте, где был пластырь.
- Много в семинарии людей на адаптера подсели? – Спросил я.
Проректор не сразу ответил, видно было, что вся эта история ему самому не нравиться, наверняка он ничего не сообщал архиерею, а это залет.
- Да, я виноват. Поддался страсти, не смог справиться с искушением.
- У вас, я смотрю, в семинарии так страсти и разбирают, то демоногид, то вампиры-адаптеры.
Батюшка пропустил мимо ушей мою реплику ядовитую. А что тут скажешь, он понимал, что я прав.
- Восемь семинаристов и одна повариха. – Хмуро сообщил он.
Я присвистнул даже от того, какие масштабы вампиризма поразили семинарию. Оставив растерянных проректоров в семинарии, отправился в епархию. Надо было бы сообщить обо всем епископу, что-то он скажет на это. По дороге в епархию я встретил тетю. Он сидела на лавочке, и была явно чем-то расстроена. Эти лавочки на набережной, в тени липовых деревьев, которые росли вдоль дорожки, были чрезвычайно удобны для отдохновения в жаркие летние дни. Присел рядом с тетей, она не сразу обратила внимания на меня, была очень чем-то озабочена. Я ее окликнул, тетя посмотрела на меня, будто в первый раз увидела, но узнавание пришло почти сразу, она сказала:
- Буривой, я Конрада видела.
Я приобнял тетю, погладил ее по спине, пытаясь успокоить.
- Тетя Эльвира тебе показалось, Конрад умер. Такое бывает, когда потеряешь кого-то близкого.
Тетя всхлипнула, погладила меня по руке, вынула платочек из сумочки и, вытирая набегавшие слезы пошла по набережной в сторону Покровского храма. А я все же решил попробовать встретиться с архиереем. В управлении сначала зашел к себе в кабинет, отец Климент встретил меня, как всегда хмурой улыбкой. Рассказал ему о происшествиях в семинарии, мельком упомянул о видении моей тети, посетовав, что вот тяжело ей, смерть сына ее прям сильно подкосила. Услышав о вампире-адаптере отец Климент, как-то весь встрепенулся.
- Это плохо. – Сказал он.
Я усмехнулся, понятно плохо, когда вампиры в городе вот так свободно орудуют. Ну и в целом вампиры ничего хорошего. Но монах со мной не согласился.
- Главное не в этом, Буривой, а в том, что он адаптер. И как ты думаешь, для кого или для чего он запасает кровь?
- Думаешь для синтагмы?
Отец Климент молча уткнулся в монитор, показывая этим, что ему и так все ясно, но мне все же пояснил:
- Все это свидетельствует о том, что пленение нами типулы проблему не решило. Она успела какое-то количество парней набрать. Ты знаешь, сколько в городе было необычных смертей после посещения медсестры?
- Как минимум три.
- Этого ей достаточно, чтобы протянуть, до избранника.
Зазвонил телефон, отец Климент взял трубку, сказал: «Хорошо», а потом мне сообщил:
- Иди, владыка тебя вызывает.
Я поднялся на второй этаж. В приемной Лёлечка деловито набирала что-то за монитором компьютера, даже не взглянула на меня, просто кивнула головой на кабинет. Владыка стоял у окна, когда я зашел. Это его любимое место в кабинете, надо полагать. Но на этот раз мы о пейзаже за окном не говорили. Он предложил мне присесть, сам занял свое место в кресле. Не сразу начал разговор, все рассматривал свои руки.
- Про вампиров-адаптеров ты знаешь? – Наконец спросил он.
Меня это несколько удивило – значит, отец Азария уже сообщил, но когда? Владыка, будто читая мои мысли, поспешил меня успокоить:
- Нет, отец Азария мне ничего не докладывал. Я просто сам знаю. Когда с этим абитуриентом беседовал, мне все и стало понятно, кто он и зачем ему в семинарию.
Сказать, что я был удивлен, ничего не сказать, просто потрясён.
- Но зачем? – Вырвалось у меня.
Владыка тяжело вздохнул, зачем-то передвинул тяжелую чернильницу с одного конца на другой. Видно волновался.
- Я подумал вот что: в целом вам нейтрализовать синтагму не удалось. Да, да вы ее значительно ослабили, но не уничтожили. Типула успела ей какое-то количество вампиров предоставить, ей это вполне для тихой жизни. Но мы не знаем где она теперь прячется.
- Т. е. вы хотели использовать семинарию как наживку?
Владыка молча кивнул. Это было поразительно, такого я от епископа Тиберия не ожидал: рискованный шаг, главное непонятно – что он давал. Видно владыка почувствовал мои недоумения и внутренние вопросы. Поэтому ответил:
- Через них мы найдем ее логово и проведем обряд сатураты.
[justify]Это было неожиданно услышать от владыки такое. Обряд сатураты, имел древнее происхождение и применялся только в исключительных случаях. Как знаток местной церковной истории, я даже не смог припомнить, когда последний раз его применяли. Но для сатураты нужен эмбрионат, епископ опередил меня, догадавшись, что я хотел спросить. Он молча вынул из папки, которая лежала у него на столе, бумагу и протянул мне. Это было письмо из Управления делами Патриархии. Там было сказано, что через два дня к нам приезжает сотрудник Синодального Миссионерского отдела Патриархии Захар Прицепин со специальной миссией. Управделами вежливо просил оказать ему всяческое содействие. Я прочитал письмо, отдал владыке,
