-Ты написал на них жалобу? – переспросил Максим.
-Да, в Генеральную прокуратуру, и через неделю меня вызвали в ментовку, чтобы я дал им конкретику. Они обещали отправить ее в жилищную Инспекцию. А сегодня в ментовке я давал объяснения по этому поводу. Недовольные жильцы – одна из основных версий. Меня должны были вызвать.
-Недовольные жильцы, - повторил Максим, - А ты не сказал ментам, что ты что-то сделал со мной? Что ты рассказывал мне о том, что на голову моей матери может вывалиться кусок стены? Я запомнил эти слова, мужик. Они не выходили у меня из головы, я слышу их даже до сих пор, произнесенные твоим голосом. Ты сказал мне, что не владеешь искусством внушения. А я думаю иначе. Ты что-то со мной сделал, ты настроил меня но то, чтобы я подпалил эту блядскую контору.
-Пожар – твоих рук дело? – уточнил Он в ответ на вернувшееся волнение Максима.
Между ними возникла пауза, в ходе которой Максим, наконец, отвел глаза в сторону.
-Я не помню, - выдохнул он через какое-то время напряженного для него молчания, - Я не могу вспомнить эту ночь. Я уверен, что спал в это время. Но что-то внутри говорит об обратном, даже рисует какие-то подробности. Бутылка с тряпкой, огонь, опущенный капюшон, закрытое лицо, чтобы никто не узнал даже по камерам, даже перчатки. И никаких следов. У меня есть только твой голос в голове и уверенность, что я подчинился ему. Убеди меня в обратном.
-Тебе нужно сейчас успокоиться, - заметил Он, - Ты слишком впечатлительный, это твоя слабость. Поэтому у тебя возникли проблемы с руками, поэтому ты сейчас рассказываешь мне о том, что я настроил тебя какими-то страшилками. А по поводу куска стены, опасного для здоровья, так это действительно проблема. Потому что ремонт в подъезде необходим, ты видишь эту проблему каждый раз, когда идешь по лестнице. Ты можешь стараться не обращать на это внимания, но глаза все равно замечают, что что-то не так. И так продолжается день за днем. Потому что никто ничего не делает, потому что всех все устраивает, потому что если что и случится плохое, то только не со мной, и не с моими родными и близкими, а с какой-нибудь бабкой, которая любит портить людям жизнь. Вот сначала пусть она куда-нибудь денется, а потом можно и подумать о собственном отношении к окружающему меня бардаку. Только таким как ваш «Управдом» как-то похуй и на бабку, и на всех остальных. Они палец о палец не ударят даже если рухнет вся стена. Им деньги нужны, а не ваши проблемы. Наберут сколько им надо, потом объявят о банкротстве, и все дела. Так что у вашей конторы недоброжелателей с претензиями должно быть немало.
-И поджигателей?
-Свято место пусто не бывает, - пожал Он плечами в ответ на разумные сомнения Максима, - Эта кормушка как говно, манящее мух. Какая-нибудь, да обязательно прилетит. Поверь, ошибки людей ничему не учат. Ведь в противном случае это ответственность. То, к чему ни один частник не привык, и они это откровенно признают. Так что и поджигатели будут, и диверсанты, и даже подрыватели… Пойдем, кофе попьем, - предложил Он, понимавший, что Максим Ему еще понадобится, - Пойдем, пойдем. Глотнешь, успокоишься.
После внушительной литровой кружки сладкого горячего кофе с молоком Максим полностью расслабился. Была заметна его уверенность в понимании того, что происходило с ним в эти минуты.
-Я хочу помочь твоей матери, - открыто заявил Он, - Ради тебя она повесила кредитный ошейник себе на шею.
-Долги хочешь отдать? – усмехнулся Максим.
-Денег дать, - улыбнулся Он, и конкретизировал, - Миллион.
-Ни хрена себе, - не стал сдерживать эмоции Максим, - Целый лям. Зачем тебе это нужно? Бабки девать некуда, что ли?
-Деньги всегда есть куда потратить. Особенно, если они в прямой доступности, а не хранятся за семью замками.
-И откуда у тебя миллион? – через секундную паузу поинтересовался Максим.
-Банки по ночам граблю, - улыбнулся Он, - Не ссы, деньги вполне легальные, никакого криминала, вопросов не может быть по определению. С того момента, как эта сумма появилась у меня на руках, я стараюсь ее не касаться, сложил в столе. Ожидаю подходящего случая. Думаю, сейчас самое время. На днях планирую зайти к вам. Хотя, по правде сказать, я не пересчитывал, знаю лишь, что изначально был миллион, - как бы невзначай спохватился Он не сразу.
-Я могу передать деньги матери, - ожидаемо для Него предложил Максим.
-Вечер уже, чтобы разгуливать с такими деньгами по городу, - замотал головой Он, а затем вдруг схватился живот и чертыхнулся, - Извини, мне нельзя мне яйца жарить. Пойду до клозета.
Конечно поджигателем был Максим, который еще был нужен Ему (да и не только один лишь Максим) в качестве чужих рук. Максим же просто обязан был сейчас, оставшись без присмотра, рискнуть и пройти в зал, чтобы хотя бы просто убедиться в том, что этот миллион действительно имел место быть. Он осторожно отодвинул и задвинул каждый ящик единственного письменного стола, имевшегося в доме, однако никаких денег не обнаружил. Лишь в самый последний момент до парня что-то дошло, он вдруг обернулся назад, чтобы обнаружить Его, следившего за каждым движением молодого человека скрестив на груди руки.
-Я и говорю, ошибки людей ничему не учат, - пожал Он плечами…
Январь
Его дом обнесли в конце января. Прибыв из краткосрочной и внезапной командировки домой вечером, Он с ужасом обнаружил вскрытую входную дверь. Спиздили и телевизор, и ПК с двумя парами колонок, и пылесос, и микроволновую печь, обчистили даже холодильник. Что уж говорить о кое-каких драгоценностях и отложенных на «черный» день накоплениях. Против воли Он буквально схватился за голову, осмысливая происшедшее с ним в реальности.
-У Анохина Витьки твое добро, - открыто заявила Вера Васильевна, чей дом был с Ним по соседству.
-У кого? – не понял Он с первого раза.
-У Анохина Витьки. Это он был со своими приятелями, - настаивала пожилая соседка.
Она ничего не сказала ментам, когда те приехали после Его вызова и опрашивали соседей в поисках возможных свидетелей. А вот после их отъезда, оставивших Его наедине с бардаком в доме, пенсионерка не замедлила навестить пострадавшего соседа. И услышав из ее уст имя, Он понял, почему бабушка умолчала о подробностях в беседе с представителями правоохранительных органов.
-Вы уверены? – уточнил Он, - Это действительно был Витька?
-Вот тебе крест, соколик, - настаивала Вера Васильевна и даже перекрестилась, - Трое их было, мудаков. В половине первого ночи на машине подъехали вчерашнего дня. Дюже сильно торопились, с твоим добром не церемонились. Знали, где и что лежит, раз успели вынести все твое добро хлоп-хлоп.
-А что же Вы, Вера Васильевна, ментов не вызвали, если видели все? – логично спросил Он, хотя прекрасно знал все возможные ее ответы, - Ладно. Вы точно знаете, что это Витькиных рук дело?
-Узнала его толстую фигуру и хромоту на правую ногу, - чуть осунувшись после Его замечания, вновь оживилась соседка.
Из всех тех, кого Он знал, лишь Витя Анохин хромал на правую ногу. И он так же бывал в Его доме, даже чаще остальных Его приятелей и знакомых. Все оттого, что Он и Витя знали друга очень долгое время. Иногда Витя оставался у Него дома с ночевкой, не раз Он оставлял своего друга в доме за хозяина, если вдруг приходилось отлучиться на день-два. Ели-пили вместе, даже из одной тарелки, и держались, в целом, очень дружеских отношений, в которых прежде не возникало сомнений, не возникало даже намека на них. Вера Васильевна знала Витю в лицо, знала об этих дружеских отношениях, которые никак ее не должны были цеплять до такой степени, что пенсионерка решилась бы на оговор. Эти отношения вообще не должны были ее касаться. И вот менты так же опросили ее на предмет возможных подсказок в поисках воров ее соседа, и она ничего им не сказала потому, что рассказала Ему напрямую. Как бы желая, чтобы Он выяснил все у своего верного кореша без помощи со стороны.
После ее подсказки Он не замедлил набрать номер телефона Витьки Анохина, который всегда отвечал ему. А если нет, то это означало, что Витька просто не слышал звонок, но всегда перезванивал при первой свободной возможности. Он рано ложился спать, и спал часов по восемь-десять. Сейчас на часах было всего четыре вечера, и вряд ли Витя уже завалился в кровать. Однако, набрав номер его сотового, Он услышал о том, что абонент – не абонент, после чего, спустя примерно полчаса, Он уже торопливо барабанил в дверь Витькиной квартиры, которую не раз сам помогал ремонтировать по первому его зову.
Дверь открыла Танька, с которой Витя познакомился где-то около года назад, с которой жил вместе гражданским браком, но не торопился оформлять официальные по паспорту отношения. Таньку, впрочем, эта задержка только устраивала. Тем не менее, в Его присутствии речь о свадьбе между ними заходила не раз и не два. Фигуристая и статная – Танька могла бы с легкостью завести любого мужика. Грудь, талия, зад, ножки – все было при ней, готовое быть пущенным в дело. Витька не раз говорил Ему о завистливых взглядах, когда они с Таней гуляли по улицам, ходили в кафе и в парк, даже во время посиделок вечером в пятницу и субботу в компании общих знакомых, когда жарили шашлыки под легкую музыку за городом. Витька оказался довольно ранимым ревнивцем, что Таньке, между прочим, нравилось. Она требовала от него постоянного внимания.
-Привет, Тань, я никак не могу дозвониться до твоего десептикона, уж думаю, не случилось ли с ним чего, - стараясь сдерживать волнение, улыбнулся Он в ответ и с ее позволения вошел в квартиру, - Случайно не знаешь, где он?
-Его нет с прошлой ночи, - открыто заявила Танька и проводила Его на кухню, - Кто-то звонил ему вчера в обед. А часов в семь вечера Витька собрался куда-то. Сказал, что ему нужно съездить за город, зачем, хер его знает. Последние три дня он стал каким-то дерганым. Либо влез куда, но ничего мне не рассказывает. Боится, наверное.
Она была совершенно спокойна, несмотря на факт отсутствия ее же гражданского мужа, от которого хотела детей, целые сутки.
-Я звонила ему сегодня несколько раз, да без толку, - Танька налила Ему целый стакан холодного апельсинового сока и поставила на стол вазочку с печеньем, - Придет, куда же денется без меня?
-А вдруг? – поинтересовался Он.
-Да кому он, нахер, нужен? – уверенно отмахнулась Танька, практически не сомневавшаяся в своем возлюбленном.
[b]Он же, сделав всего пару глотков холодного апельсинового сока, ощутил разлившуюся по всему Его телу свежесть. У Него были намерения всечь Витьке с правой, вломить Витьке так, чтобы надолго запомнилось, тем
