главное меня не слушается, - Волансевич нежно потрепал Аллу за плечи,- Я ей предлагаю, давай зоопарк, давай то, давай это... Всего боится. Может ты сможешь... Ты её просто подтолкни, она девочка та смышленая, красивая, правда всего боится...
- Будто заяц...- Раздался сзади грубый голос Чеклина и в нос ударил тяжелый перегар.
- Валерьян Степанович, я готов, в парках я ничего не понимаю, но объемы спроектируем- Ответил я, хоть и был, как во сне.
- Отлично, очень на тебя надеюсь - Ответил Волансевич и опять пожав мне руку, направился к двери, но открыв её, остановился и развернулся к нам,- Твой мемориал меня убил, оказывается у нас так можно...
Вот так всё тайное, рано или поздно становится явным!
Работа закипела буквально в тот же день. Боже, как же все стремительно под твоими небесами, ещё совсем недавно я учился в вечерней школе с бандитами и торгошами играл с ними в карты в туалете, всегда проигрывал, но они всегда мне прощали все мои долги, они лишь учили меня, и вот я уже на последнем учебном курсе в самой Академии Художеств, но это ладно, у меня своя, личная дипломница, которая тебя ждет, как "Манну Небесную" и счастлива уже только потому, что ты живешь на этом свете.
Я приходил к ней каждый день и все больше и больше проникался её дипломом и влюблялся... в её парк, да, и не только в него... Алла оказалась чрезвычайно женственной и нежной девушкой и мне всё больше и больше хотелось ей помочь и вот я нарисовал эскиз ресторана, несколько картинок, еще и в цвете, который предпологал расположить в центре её парка, на самой живописной поляне: здание было полностью из зеркального стекла, благодаря чему, оно сливалось с окружающей средой, нет, оно растворялось в парке. Полукружье из трех высоких, трех метровых, стеклянных ступеней, чем-то напоминало зиккурат времен древних Майя, именно так мой ресторан и охарактеризовали на самой защите Аллы. Вода, очень много воды! Здание стояло в центре искусственного озера. Каждая ступень - это был деккоративный бассейн, с камнями, с зеленью и фонтанами. Три ступени - три бассейна. Здание было задумано по принципу сообщающихся сосудов: первый, самый верхний бассейн стекал по вертикальной, стеклянной же плоскости во второй, а тот соответсвенно в третий и в озеро - круговорот воды! Мостики и скульптуры в стиле великого Майоля. Я помню выражения лица Аллы, когда она первый раз увидела мои картинки с её будущим рестораном.
- Это будет у меня? - Спросила меня Алла и первый раз, за весь диплом, искренне улыбнулась.
- Да, Аллочка, и я готов это нарисовать.
- Как же красиво, я впервые сама захотела оказаться в своем парке. Денисочка, пожалуйста, молю тебя, нарисуй мне это...
Вечером того же дня к Алле подошел Волансевич и увидел мои картинки. Он их взял в руки, сел на высокую табуретку и долго рассматривал.
- Денис?
- Да, Валерьян Степанович, вам нравится?
- Алла, держи Дениса изо всех сил, только он с этим справится...
Теперь, каждый мой день был расписан по часам: до шести вечера я проектировал свой аквапарк, а затем шел к своей, уже любимой, дипломнице и рисовал ей ресторан. Её диплом состоял из десяти метровых планшетов: семь на парк и три на объемы, но мне не хватало места, мысль летела и летела и ничто её уже не могло остановить. Я потребовал Аллу уложить свой парк в пять планшетов, она радостно согласилась, она была женщиной, а не архитектором. Я взял два планшета, метр на метр и сколотил их, натянул на них единый лист ватмана и... приступил. Идея была слейдующая: нарисовать в сотом масштабе, а это очень серьезный масштаб, свой ресторан в аксонаметрии с прилегающей территорией. И я взялся за это, хоть и сам Волансевич отгаваривал.
- Денис, у Аллы месяц до подачи, это не успеть, тебе же аквапарк еще делать...
- Валерьян Степанович, я все успею, я здесь поживу...
- А жена?
- Поймет, а не поймет, значит не любит!
Я больше месяца почти не выходил из стен родного института. Аллочка ухаживала, как могла, я буквально не в чем не нуждался.
Середина мая. До защиты Аллы, две недели. Девять утра, а я уже часа два, как рисовал свою любимую аксонаметрию. Дверь открылась и в солнечном проеме я увидел своего отца. Сказать, что он был злой, значит ничего не сказать, он был свирепый, а я впервые, видя это, был совершенно спокойный.
-Денис, ты здурел? Ты куда пропал? - Папа подлетел ко мне, облакотившись на планшеты с аксонаметрией.
- Папа, я здесь, я никуда не пропал, дипломнице помогаю...
- Что, дипломнице, а жена?
- Мне пришлось здесь пожить, иначе не успеть, еще аквапарк, скоро подача.
Папа, чуть отошел от планшетов и посмотрел на аксонаметрию. Несколько секунд молчал.
- Твоя?
- Да.
Папа, резко подобрев, кивнул.
- Очень хорошо.
За папиной спиной раздался нежный голос Аллы.
- Вы не волнуйтесь, Денис не в чем не нуждается, он очень у вас талантливый.
Папа резко развернулся и уважительно поздоровался с Аллой.
- Пойдем выйдем - Уже тихо сказал мне отец.
По коридору носились студенты с испачканными карандашом планшетами.
- Хорошо, Денис, работай, я то боялся, ну мало ли что, у вас все красиво, а Машку я возьму на себя, сегодня же ей позвоню и успакою, давай, держись...
Как я тогда все успел, одному Богу известно, но за свой аквапарк, в виде шестидесяти метрового стеклянного конуса, я получил четыре плюс, до пятерки чуть-чуть не хватило. Диплом Алла защитила на четыре и вот смешная ситуация, кафедра должна была обсуждать её парк, а говорили только о ресторане, точнее о его двух метровой аксонаметрии. Папа присутствовал на этой защите, думаю специально пришел, и очень меня хвалил, а для меня это было важнее любой пятерки, да и в обще всего на свете. Вечером же был праздник и жуткая пьянка на которой присутствовала и моя Маша. Помню, как в какой-то момент Алла подошла ко мне и взяла меня за руку, а уже через минуту мы были в чьей-то пустой мастерской, я сидел на стуле, а Алла на мне. Мы общались ещё примерно с месяц, по роковому стечению обстоятельств, Алла жила рядом с нами. Но я, в очередной раз, вернулся в семью!
Июнь - это день рождения моей любимой одкурсницы!
В пятницу вечером мои родители, как всегда, уехали на выходные на дачу, я же остался в городе, да ещё и выпросил у папы ключи от мастерской и на то была весская причина, у нашей Кати Игнатовой намечался день рождения с большим количеством друзей и это прекрасное мероприятие было решено отметить именно у нас в мастерской на Стремянной. С семи часов вечера стал собираться народ, я позвал и нескольких своих: Пашку с Андреем - дачная тусовка и Лешу Берлина, студента театральной академии, мы дружили ещё с дома отдыха "Театральный", были и все наши институтские друзья, в общем собралось человек двадцать и все пили, пели и танцевали... К четырем утра, остались только самые стойкие, но безусловно по-настоящему любящие друг друга, "алкоголики" и было решено идти гулять, тем более, что солнце уже во всю светило, а до Невского проспекта всего пару минут хотьбы. Уютно разместившись на одном из гранитных спусков к Фонтанки и, взяв в руку гитару, начали петь, и тут я, своим боковым зрением, замечаю, как три наши красавицы: Катя, Света и Наташа, начинают залезать в катер, который был припаркован к пристани, а помогают им это делать два загорелых мужика в тельняшках. Полная жесть! Катер уже начал отходить от гранитной пристани, когда Леша Берлин, разбежавшись, прыгнул на нос катера и схватившись за лобовое стекло и подтянувшись, залез внутрь, мужики были, мягко говоря, недовольны, а Леша в очередной раз показал себя настоящим мужиком! Бельмондо, не меньше! Прошло около двух, очень тревожных для нас, часов. Катер пришвортовался.
- Блин, забирайте ваших сумасшедших... - Прокричал нам один из мужиков.
Из катеры с трудом вылезли все наши, девчонки были насквозь мокрые, но дико довольные, они смеялись, сильно качаясь,а ко мне сразу же подошел Леша.
- Диня, они у вас реально сумасшедшии! Они купались, прикинь...
Было решено идти к нам на Стремянную, но уже не в мастерскую, а в квартиру, благо она стояла пустая. Там, конечно же, праздник продолжился, правда его подпортил Андрей, который в восемь часов всем заявил, что ему надо уходить на работу, он тогда был журналистом в одной из Питерских газет.
- Ну уходишь, так уходи, где дверь же знаешь?- Спросил я Андрея.
- Диня, ну она не открывается...
Все к ней рванули и действительно, замок переклинило, а ключ согнулся. И тут опять выступил Леша.
- Так, надо с той стороны попробовать, но как?... Диня, топор есть?
Меня всё больше и больше всё это напрягало. На моё удивление, топор был, мы зачем-то его с дачи привезли в город. Леша закрепил его на поясе и вышел на балкон.
- Что он собирается делать? - Спросил меня кто-то.
- А хрен его знает! Он непредсказуемый человек...
Лёша перелез через ограждение балкона и, по широкому, металлическому откосу, добрался до водосточной трубы. Обхватив её руками, он сразу же начал медленный спуск вниз, звонко стуча об неё ручкой топора. Мы все замерли!... А в этот самый момент, внизу шла очень пожилая женщина, фактически дряхлая старушка, она несла с собой две тяжелые сумки. Дойдя до нашей злосчастной трубы, она решила передохнуть и поставила свои сумки на тротуар, но в эту же самую секунду Лешин топор, предательски выскальзнув, полетел вниз и упал буквально в метре от неё. Старушка внимательно на него посмотрела, подняла вверх голову и, увидев ползущего по трубе мужика, заорала: "Раскольников... Раскольников..."
Я никогда не видел, чтоб на столько пожилые люди так быстро бегали! Разрядка напряженности была фееричная!
Леша вырезал замок и открыл дверь. Все гости, продолжая хохотать и вспоминать бедную старушку, покинули нашу квартиру. Мы остались с Катей одни. Она сразу же скинула с себя, ещё совершенно мокрое, платье и одела папин халат. Мы лежали на диване, рядом друг с другом, и ржали, вспоминая балкон, трубу с топором и бабушку... Наши взгляды встретились и мы замолчали, медленно приближаясь друг к другу... Громкий звонок в дверь, мгновенно вернул нас в реальность! Катя убежала в ванную, я же открыл входную дверь, за которой стоял отец. Он смотрел, то на дырку в двери, то на меня.
- Денис, это что? - Спросил меня отец и вошел в прихожую.
Папа был не злой, это по другому называется, но когда он увидел, слегка покачивающуюся, Катю, да еще в её зелёном, по фигуре, платье, моментально подобрел.
- Что у вас здесь случилось?
Мы на перебой стали ему всё рассказывать и постепенно вызвали у него даже улыбку.
- Денис, почему ты всё время так напиваешься? Почему нельзя чуть-чуть выпить, вот как Катюша...
Катя посмотрела на отца своими розовыми белками.
- Ну ладно, я смотрю праздник получился, поехали, отвезем Катюшу домой и на дачу, а может и Катя с нами?
Катя, продолжая слегка покачиваться и расстерянно улыбаться, поблагодарила, но отказалась.
Да, наверное это был наш единственный шанс стать вместе, но жизнь распорядилась совсем по другому...
На том дне рождении была и моя Маша, но она ушла раньше всех, даже не попрощавшись. Она, хоть и вышла за меня, но прекрасна знала, кого я тогда действительно любил. Все это знали! Мне многое Маша прощала! Я был отвратительным мужем и сейчас понимаю, что моя первая свадьба - это лишь желание вырваться из под отцовской строгой опеки, но главное - это была попытка
