- Да, говорил. И это хорошо. Они нам все понадобятся. Для по-настоящему больших дел. Пусть барон Фентверт их приводит. Чем больше, тем нам лучше. Знаю, что его солдаты хорошо обучены. Мы получим их даром.
Баронесса удивлённо смотрела на своего советника. Он её спросил:
- Меня больше интересует, что у нас сегодня на обед? Я почему-то проголодался. – Встретив удивлённый взгляд невесты, пояснил: - Поверь, проголодался совсем не от того, что меня взволновало или напугало объявление войны. Это пустячок, а вот меню обеда меня волнует куда больше. Ты же знаешь давнюю мудрость? Война – войной, а обед по расписанию? Так что пора воздать должное искусству наших поваров!..
+ + +
Оба войска встретились на довольно просторном поле, на котором они легко уместились. Сбоку протекала мелкая извилистая речушка.
Войско Боссентуса состояло из трёх почти полных сотен. Их возглавляли Михлош, Алаб и брат Вильяны Ясмон, а её старший брат Ягонт командовал гвардией, в которую входили семьдесят пять человек.
Напротив выстроились шеренги вражеского войска, которое было почти в три раза больше.
Барон Фентверт молодцевато гарцевал на белой кобыле. В его окружении находилась пара магов в мантиях, командиры частей, вестовые и группа оруженосцев.
Он послал своего помощника Лаксёна и предложил решить дело через поединок двух лучших бойцов. Мол, пусть будет божий суд. Кому они дадут победу, тот будет считаться победителем без боя.
Вильяна с подсказки Янсена согласилась.
Перед уходом Лаксён сочувствующими глазами посмотрел на них и весомо произнёс:
- Барон намерен выставить Воилана. Поверьте, он очень хорош на мечах.
Когда Лаксён повернулся и отправился к себе, то Алаб нашёл глазами Оклаша:
- Это дело как раз для тебя.
Тот несколько замялся, что не осталось незамеченным.
- Ты что, не хочешь драться с ним?
- Скажу правду, - набрав воздуха в грудь, ответил тот: - Никто из тех, кто знает Воилана, не хочет с ним драться.
- Так он сильней тебя?
- Не хотелось бы мне говорить такое, но Воилан не слабея меня. Это правда. Ну, если надо…
- Не надо, - вмешался в разговор Янсен. – Это дело для меня.
- Я не боюсь! – заявил Оклаш. – Я готов умереть!
- Я не сомневаюсь в твоей храбрости, Оклаш. Но нужна не демонстрация храбрости и твоя смерть, а победа. Барон не настолько благороден, чтобы сдержать данное слово. Он хозяин своему слову: хочет – слово даёт, хочет – назад берёт. Так что я разберусь во всём сам…
С противоположной стороны на буланом жеребце уже скакал Воилан, держа наперевес копьё.
Янсен подозвал своего гнедого коня и легко оказался в седле.
- Ты куда? – выкрикнула баронесса. – У тебя ни копья, ни меча нет!
- Всё необходимое у меня имеется, - ответил Янсен и пришпорил лошадь.
По мере приближения Воилан замедлял своего жеребца. Это сделал и Янсен.
Они остановились, когда между поединщиками осталось менее десятка шагов.
Воилан осмотрел противника и спросил:
- Зачем ты приехал, если не взял ничего из оружия? Для меня бесчестие – бить безоружного.
- Это далеко не так, - ответил Янсен. Поднял руку и в его руке заблистал возникший из ниоткуда клинок магической сабли.
- О, ты маг!
- Да, маг. Но клянусь, что магией пользоваться не стану. Мне хочется скрестить оружие с лучшим мастером меча не только всего сетунвельдского баронства, но и окрестностей. Поединок будет честным.
- Надеюсь, что ты сдержишь слово, - произнёс Воилан и отбросил копьё в сторону.
Янсен покачал головой:
- Не следовало тебе бросать копьё. Каждый имеет право пользоваться тем оружием, которое взял. Ты мог бы оставить копьё.
- Я хочу честного боя. Ты же тоже за такой поединок?
- Именно так. Начинай!..
Зазвенели клинки.
Некоторое время Янсен легко, без всяких видимых усилий, парировал все выпады противника, легко разгадывая его намерения. Какое-то время наслаждался искусством Воилана. Затем сам принялся атаковать, временами не столько нанося удары, сколько чиркая и оставляя следы на левой стороне брони, прямо у сердца.
Затем неожиданно замысловатым ударом выбил меч таким образом, что он взметнулся в воздух, крутнулся и, падая, оказался в руке Янсена.
Воилан ошеломлённо застыл, не веря в случившееся.
Янсен ухватил чужой меч, перевернул его и протянул сопернику рукояткой вперёд:
- Держи. Ты дрался очень хорошо.
Воилан покачал головой:
- Подобного со мной ещё не случалось. Я имею в виду зрелые годы, меч я терял только иногда в молодые годы, когда был мальцом. И ты магии не применял. Я это видел.
- Ты прав. Я магию не применял. Сознательно не применял магию. Но я – весь магия, ибо я – потомственный маг. Со дня рождения маг. Так что без магии тут всё же не обошлось. Так что стыдиться ты не должен. Ты же обычный воин. А том смысле, что ты магией не владеешь. А вот твоё мастерство заслуживает самых высоких похвал. Поверь, я знаю, что говорю. Так что бери свой меч без всяких сомнений, ты заслужил права вернуться с ним к своим…
Барон Фентверт изумлённо глядел издали на протянутый меч Воилану его противником, не в силах поверить своим глазам. Его боец неожиданно был легко побеждён, и теперь барону следовало признать поражение. Но делать этого он не хотел.
- Нет! - Выкрикнул Фентверт, скрипя зубами. – Мы начинаем сражение! Лаксён, объявляй атаку!
Помощник возмущенно запротестовал:
- Господин барон, вы же сами предложили устроить поединок. Они согласились. Бесчестно нарушать договор!
- Приказываю тебе вести армию в атаку!
- Я этого не сделаю этого! – решительно заявил Лаксён. Отвернулся от барона и прокричал солдатам: - Стоять всем на своих местах!..
- Ах ты, предатель! - воскликнул барон Фентверт.
Выхватил меч и со всего маху ударил в спину своего помощника. Тот упал наземь.
И тут над всем войском оглушительно прогремело:
- Всем стоять на своих местах!
Голос шел от того человека, который взял верх над лучшим мечником баронства. На глазах удивлённых солдат он увеличился раза два, взмыл в воздух вместе с конём, облёкся пламенем, и уже оттуда прокричал, а его слова были похожи на громовые раскаты, потрясавшие не только воздух, но и землю:
- Всем стоять на своих местах! Кто не повинуется - тем смерть!
- Убейте его! – завизжал барон.
Небесный всадник поднял руку, в ней возникла зигзаг молнии, которую он бросил в направлении Фентверта: она поразила того в грудь, сбросив с коня.
Некоторые трусы пустились наутёк, но перед ними сверху стали падать молнии, и они повернули обратно.
- Всем на колени перед великой баронессой Боссентусской и Сетунвельдской! Останутся в живых только те, кто принесёт клятву верности великой баронессе Боссентусской и Сетунвельдской! Выбирайте: жизнь или смерть! Другого не ждите!
И всё устрашённое войско преклонило свои колени…
И так стояло, пока не приблизилась великая баронесса и не разрешила милостиво подняться с колен.
К ней спустился с неба всадник, вернув себе прежний размер. На него посматривали со страхом, а затем все взоры сосредоточилась на их новой госпоже, которая склонилась над лежащим в луже крови Лаксёном. Она поводила над ним мягко засветившимися руками, а затем на глазах у всех смертельно раненый поднялся. Сначала он стоял с посторонней помощью, а потом уже смог двигаться самостоятельно.
Это все сочли чудом, которое произошло на глазах всего войска. Никто не догадался, что заслуга в том была вовсе не Вильяны, а скромно державшегося рядом с ней Янсена…
+ + +
Затем произошёл триумфальный въезд в столичный Сетунвельд объединённого войска двух баронств. Народ с изумлением смотрел на бежавших перед конём Вильяны леопардов. Лишь позже разнеслась ошеломительная весть о том, что животные вовсе не живые, они давно мертвы, но ими повелевает магическая воля новой властительницы города.
[justify]Сетунвельд оказался заметно больше Боссентуса. Как и, соответственно, баронская крепость и замок. Вильяна принялась обживаться в нём, радуясь