- Бумбис же у царя в советниках! Он всем заправляет во дворце!
- Вот кто приказы теперь отдаёт! Со-ве-ту-ет!
- А царь-батюшка совсем больной лежит! Не до указов хворому!
- Истинно так!..
Наслушавшись много подобного, Деснед поспешил обратно.
Сразу же с порога спросил Янсена. У двери комнаты советника находился вислоусый дружинник. Он сообщил, что советник не выходил. Главный посол растерялся:
- Что делать? Слишком важные новости! Нужно срочно сообщить советнику. Попросите его выйти.
Дружинник отрицательно мотал головой и усами, напоминая:
- Он же ясно сказал: ждать, пока я сам выйду.
Деснед не находил себе места, бегал по комнате, громко восклицая:
- Что же делать, что делать? Тут такие события! Такие события! Янсен должен узнать как можно скорее.
Дружинник успокаивал его:
- Подождите, успокойтесь. Он сам выйдет. И не кричите, вы же шумите.
- Извините, делаю это намеренно, - признался Деснед, - хочу, чтобы он услышал и вышел.
- Не слышит, не выходит. Или: слышит, но не выходит. Ждите!
- Что же делать? Тут такие новости! Ох, какие новости!
Дружинник наклонил голову к уху главного посла, щекоча его усами, и прошептал:
- Могу предложить план действий. Только я вам о нём не говорил. И вся вина будет на вас. Договорились?..
Деснед закивал:
- Даю слово! Вся вина на мне! Ни слова на вас не скажу!
Дружинник подсказал:
- Только не забудьте это. А сейчас оттолкните меня, откройте дверь, загляните в комнату и позовите советника. А я потом скажу, что не ожидал от вас таких подлой каверзы. Не обижайтесь!
Главный посол воодушевился, это был выход из положения.
Сразу же толкнул дружинника в стороны. Толчок был слабый, но тот не удержался на ногах – отлетел в сторону и упал, сбив на пол своего напарника.
А Деснед постучал в дверь и сразу же распахнул её. Шагнул за порог и остановился: комната была совершенно пуста. Янсена в ней не оказалось. Даже мурашки по коже пробежали. Прятаться тут было некуда. Да и зачем, от кого?..
Окна закрыты, а тут на пороге оказался дружинник и принялся кричать, оправдываясь:
- Он меня подло оттолкнул в спину и сам ворвался сюда!..
И осёкся, осознав, что слушать его некому? В помещении советника не было.
Деснед попятился, потеснив спиной усатого стражника, и они вдвоём закрыли за собой дверь. Уставились друг на друга, в глазах обоих читалось недоумение: «Где он? Как покинул комнату незаметно для всех?..»
Подошли дружинники. Один из них напомнил:
- Нечего было соваться туда. Было же сказано: ждите, выйду сам.
Главный посол припомнил, как старательно и плотно Янсен прикрыл за собой дверь. Только теперь осознал, что делал это он явно не случайно.
Понял, что следует ждать…
+ + +
Янсен вошёл в свою комнату. Он сомневался, что сюда не будут заглядывать, несмотря на его однозначный приказ: «Ждите, пока я сам не выйду…» Впрочем, какое ему дело до таких мелочей – он в Азграде! Слишком сильные чувства его обуревали, всё остальное может подождать!..
Из окна падал яркий сноп солнечного света, день обещал быть хорошим.
Янсен подошёл к окну, сделался невидимым, мановением пальца рассеял в воздухе стальную решётку на нём, а когда оказался снаружи, то восстановил её за собой. Сам же взмыл в небо к зениту. Остановился, застыл на месте в воздухе, когда весь город оказался лежащим у него на виду. Вспомнил, что довольно часто прежде пролетал на этой высоте, рассматривая Азград.
Осмотрел все окрестности, посады, оба кольца крепостных стен, дворец. Хотел совершить круговой облёт постепенно снижаясь, но заметил группу латников, сопровождающих повозку. Направлялись они к главным воротам царского дворца. Не столько вид охранников, сколько исходящая от них странная эманация заставила его сосредоточить своё внимание и предельно обострить зрение…
На охапке соломы в телеге в горестной позе, низко повесив голову, явно не желая показывать своё лицо, находился молодой человек в железных оковах. Вокруг шагали дружинники с щитами и мечами наголо.
Янсен стремительно понёсся вниз, в направлении узника. Уже скоро оказался у него над головой, щёлкнул пальцем и открыл своё сознание для мыслей всех тех, над кем находился. Затем от иных отключился, а в другие погрузился глубже…
Скоро уяснил себе довольно полную картину всего происходящего.
Это его не слишком удивило, ведь ещё по дороге в Азград он многое почерпнул из памяти Деснеда и всё основное знал.
На телеге привезли с севера наследного принца Миланта. По приказу царя.
«Действительно ли он такой приказ отдал?.. – задумался Янсен. – Это следует прояснить…»
Он отправился во дворец с горьким чувством, ибо думал посетить его совсем иначе. Но так уж складывались обстоятельства.
Воспользовался светом и проник внутрь.
В обширной спальной находились четверо человек: два врача, главный придворный маг Казиней и постельничая. Они старались не шуметь, дабы не беспокоить находящегося в полубессознательном состоянии Владанта.
Снаружи у входа в царские покои находились два стража, потому Янсен переместился из света в тень, а вышел из неё у двери в комнате. Ему удалось сделать это так, что никто из четвёрки не заметил, что он оказался здесь, не открыв дверь.
Первым его заметил Казиней. Главный придворный маг вперил в незнакомца суровый взгляд и спросил:
- Кто вы?
- Целитель.
- Вас звали? Откуда вы?
- Только что приехал из Эдаллы, - говоря это, Янсен пригасил нежелательный интерес к своей особы у всех четырёх. Было не время отвечать на вопросы. Только сказал: - Я могу помочь. Мне это знакомо.
- А вы знаете, что с ним? – вопросил толстый врач с брюшком.
- Да.
- И что же? Например, мы с коллегой в недоумении, - продолжил второй врач с усиками под носом-кнопкой.
- Сглаз.
- Но почтенный Казиней ничего подлобного не заметил, - с сомнением произнёс полный врач, кивнув на главного придворного мага.
- Это именно сглаз. Большие маги подобным пренебрегают, - сообщил Янсен, - сглаз используют сельские знахарки, мелкие колдуньи.
- А почему был использовать сглаз, а не магия?
- А вы спросите уважаемого Казинея, он вам ответит.
Оба врача повернулись к главному придворному магу. Тот смущенно кашлянул и сказал:
- О сглазе я и не подумал. Возможно, тут именно он – сглаз.
- А почему не магия?
- Знаете ли, по наведённой магии нетрудно узнать, кем она наведена. Всегда остаётся индивидуальный отпечаток. Про сглаз этого сказать нельзя, - признаваться в подобном Казичею было не слишком приятно.
- А я и не знал, - удивлённо признался врач с усиками и повернулся к Янсену: – А вы можете выяснить, в чем это сглаз?
- Могу. Но давайте позже поговорим об этом, - остановил тот дальнейшие расспросы, - сначала нужно помочь больному. Всё остальное подождёт.
- Вы сможете снять сглаз?
- Конечно, и легко, - та уверенность, с которой это было сказано, заставило всех умолкнуть.
Янсен окутался легким сиянием, переместил его на свои руки и отправил радужное облачко в сторону лежащего царя. Оно окутало того, увеличилось в размерах. Владант немного пробыл в нём, а затем облачко принялось редеть с головы и ног, сходясь к поясу. И беззвучно растаяло…
В полной тишине царь открыл глаза, осмысленно оглядел всех присутствующих. Затем приподнялся на локтях, несколько раз набрал в грудь воздуха, каждый раз всё больше и больше. С улыбкой произнёс:
- Давно я не чувствовал себя таким здоровым. Знаете, я голоден. И сильно голоден. Скажу вам по большому секрету: я этому страшно рад. Давно мне так сильно есть не хотелось.
При этих словах Казиней вопросительно посмотрел на Янсена. Тот кивнул головой: «можно», и главный придворный маг сказал:
[justify]- Ваше величество, сейчас вам принесут лёгкий