Собачьи сны

кататься.
- Вот, я как будто чувствовал. У Володьки опять одолжил тачку до утра. Погнали.
- Когда ты свою-то купишь?
- Когда за меня выйдешь…
- На пенсию раньше выйдешь.
«Кончен бал, погасли свечи». Опять гонка по ночной Москве.
Довезли Алешку до самого подъезда, а сами поехали дальше.
Вместо того чтобы идти домой, побрел на Сухаревку и в ночном кафе выпил грамм триста водки, чтобы заглушить состояние потерянности и безысходности. Ушел, когда ему уже не стали больше наливать, попросили вежливо вытряхиваться баиньки.
До дому шел, цепляясь за углы, пьяно всхлипывая и отчаянно матерясь… на всю эту собачью жизнь. Потом долго сидел притихший на ступеньках лестницы между вторым и третьим этажом, разглядывая на стене след от пули…


8.
«Двое в комнате – Я и Ленин…». Правда, не в комнате, а на кухне, и не «фотографией на белой стене», а на фоне светло-зеленоватых обоев, по фону которых прорисованы… да-да, именно от руки прорисованы еле различимо какие-то заросли, мостики через водоемчики, где-то в самом углу – усадьба с колоннами и фонтан перед ним. А справа от окна портрет, тоже едва заметный и сильно размытый. Очень похоже, на Ольгу.
А мы с Ильичем… то есть с Прялкиным Иваном Петровичем… я все время путаюсь, называю его то Ильичом, то Петровичем – не обижается. Мы сидим уже достаточно долго, если судить по пустой посуде, что звякает под ногами, когда мы, не совсем понятные изречения свои дополняем жестикуляцией не только рук, но и ног. Хорошо сидим – это тоже цитата.
Вторая половина мая за окном. Липа огромная во дворе начинает цвести и в наступающих сумерках ее медовый запах легко перебивает запахи нашего… все же умеренного возлияния. Умеренного, хотя бы потому, что разговор у нас… архиинтересный выходит. Это великое дело, когда собеседники достойные – меньше хмелеешь.
Заловил я Петровича случайно. Естественно, на старом Арбате. Он с «Брежневым» - такой же чудило, но меньше похож на генсека, чем Петрович на Ильича, пиво пили у одного киоска. Выяснилось, что сегодня что-то такое в атмосфере происходит – бизнес не идет. А если бизнес не идет, то… «мировой пролетариат в таком случае должен посылать его в задницу и находить себе досуг» - это его слова. Вот мы и определились с досугом. И теперь сидим, пьем водяру «кристалловскую», достойно проводим время. И уже обсудили все мировые политические проблемы, коснулись «народного опиума», то бишь, религии, про баб немного и не подробно… словом, пришли к консенсусу по глобальным вопросам бытия.
- Хороший ты мужик, Иваныч, хоть и писатель. Я это тогда еще на пожаре заметил. Заметил, как ты жадно впитывал впечатления, прямо ноздри шевелились. Я понимаю, это профессиональное – брать от жизни ее художественную правду, а потом сливать все это на бумагу. Хвалю. Давай за соцреализм выпьем?
- Нет, Петрович, за соцреализм я пить не стану, ну его на х.., давай выпьем просто за человека. За любовь к человеку.
- Эта скотина Пешков написал… «он вообще любил людей». Это как? Вообще любить нельзя. Любят, потому что любят, и за что-то, а в о о б щ е… паскудство только одно.
- Вот, Ильич, и выпьем за человека, которого ох как трудно любить, но…
- Правильно мыслите, товарищ, верными категориями. Вздрогнем.
Выпили. Хорошо пошла, зараза. Под хорошую закуску, на которую не поскупились, то, что надо.
- А вот скажите, господин писатель, вы помните, например, какого цвета была машина, которая сгорела тогда?
- К чему это ты? И кстати, ты вроде бы после меня уехал в Москву. Чем там дело-то кончилось с пожаром?
- Э… батенька мой. Эта же целая эпопея, скажу тебе. Сейчас я этот грибочек оприходую и расскажу.
- Нашли хоть косточку одну от сгорельцев?
- Не было там никого. Не было и все тут. Эксперты там дня три гребли с утра до вечера и – ни хре-на…
- Но ведь приезжали две машины.
- Не приезжали, а приехали, обе черные, и никуда потом не уезжали, а в гараже на участке № 65 стояли. Это через один дом до пожарища. Знатный такой коттедж, кирпичный, да ты видел его, когда мимо шли. Луговой приехал сотоварищи, погуляли хорошо, пожар продрыхли весь. А сгорела машина, которая за два дня перед тем приехала. Днем. Кто в ней был – неведомо. Машина действительно хозяйская и…
- Красная девятка. Валентина Павловича?
- Точно. Только он, говорят, в ту же ночь или накануне, не знаю когда, был в Москве застрелен с супругой. У крутых свои игры, которые при анархическом состоянии общества нередко заканчиваются насильственными методами с лишением жизни.
- Что же получается? Что пожар сам собой вспыхнул? Так не бывает.
- В техническом смысле вполне возможно. А в смысле изотерическом, тем более.
- И получается тогда, что Валерий Палыч этот сам пригнал туда машину. Бросил ее, неизвестно на чем вернулся в Москву, чтобы через сутки почти лишиться жизни? Бред какой-то.
- Бред конечно, если учесть, что спросить не у кого, к спиритам надо обращаться. Кстати, что вы думаете насчет оккультизма?
Про себя тут же мелькнула мысль одна и застолбилась. Но вслух о ней не стал говорить, хоть и был уже достаточно хорош, но… вот именно, «но». «Контроль и еще раз контроль» - железное правило… кого бы это. Пусть будет – ревизора. Хм… И еще. Пора нам с Ильичом закругляться, скоро Алексей из училища своего нагрянет. Собственно, давно должен быть дома, так что… непедагогично получается.
- Петрович, а не пора ли нам на свежий воздух. Явить, так сказать, себя народным массам?
- Намек понял. Быстренько сворачиваемся, заметаем следы, и если нам… как это… приспичит, то продолжим выступление на улице.
Свернулись действительно быстро. В этих старых домах есть одна достопримечательность – мусоропровод находится прямо на кухне. С одной стороны, удобно, но с другой, если неплотно закрывается дверца, то присутствует в помещении легкое амбре. Так что не разберешь, что же все-таки лучше, выносить мусор на площадку или внимать запахам. Ну так, все следы нашего присутствия тут же оказались в мусоропроводе.
Только собрались выходить, как зазвонил телефон в прихожей. Почему-то мне сразу подумалось, что это звонит Ольга. Но это оказался Валера.
- Иваныч, ты один? Леха где?
- Должен скоро подойти. Нужен?
- Да нет, не особо. У меня к вам разговор есть. Можем столкнуться?
- Вполне. Когда и где?
- Я сегодня без тачки. Через… полчаса у главпочтамта, устроит?
- Лучше у Грибоедова.
- Идет. До встречи.
Пока разговаривал с Валерой, «Ильич» рядом со мной в прихожей толкался, руки в карманах брюк, и этак, с пяток на носки покачиваясь, рассматривал всякие прихожные «достопримечательности» в виде коллекции всевозможных ключей, живописно развешенных по стене. Этих ключей здесь было, наверное, больше двух сотен. От старинных, от укладок, сундуков и амбаров, до самых навороченных, современных. Возле самой же двери торчали два свободных гвоздика без ключей. А вроде бы утром были на месте. Еще вспомнил – один маленький совсем, от почтового ящика или от камеры хранения, а другой очень сложной системы и квадратного сечения. Я такого еще и не встречал, потому и запомнил.
 Не успел я трубку положить, как…
- Иваныч, что ж, вы, батенька, не сказали, что собираете ключики от сердец людских? У меня, если покопаться, тоже нашлись бы несколько весьма оригинальных экземпляров.
- Иван Петрович, сия коллекция не моя, хозяйская. Но буду иметь в виду. Ну, что, пошли?
- Я правильно понял вас, товарищ, что мы сейчас двинем брать главпочтамт, а потом...
- Извини, Ильич, у главпочтамта придется нам расстаться, деловая встреча, понимаешь.
- Не надо извиняться, все понимаю. Да и мне давно пора. Дома, наверное, потеряли – и так привычно головку на бок… вот, паразит, очень уж похоже - А на посошок, товарищ?
- Ильич, оставь себе на завтра. Мне соображалку надо сейчас иметь трезвую. Надеюсь, что пока дойдем до метро, проветрюсь немного.
- Тогда вперед…- и здесь не удержался – к победе мировой революции.
- Вперед.

С Валерой встретились и прошли по бульвару до пруда. Нашли свободную лавочку и сели. Валера пил пиво, а я отказался – на водку лить пиво, последнее дело. Пока шли, Валера рассказал о своей встрече со Смирновым. О «тройном» свидании, конечно, умолчал, а я также деликатно промолчал, не спросил, хотя и подмывало узнать, где это Алексей тогда наклюкался.
- Юрий Иванович, информации новой много, но только она еще больше все запутывает.
- У меня, Валера тоже есть кое-что. Обменяемся и подумаем.
Рассказал я ему о своем «походе» в квартиру убиенных. Тоже свои странности есть. Высказал соображения по поводу журнала «КДО». Не стал говорить только, что видел такой же журнал в редакции – проверить самому не мешало бы, мало ли, многотиражное издание-то все-таки.
- Понимаешь, Иваныч, я тут успокоил Алешку, что мол, он сбоку вообще, но у Смирнова он пока подозреваемый номер раз. Эксперты не подтвердили маршрут Лешкин от дома до того подъезда. Следов крови не нашли и в соседнем проходном подъезде. Неотложка, которую мужичок видел в час двадцать, увезла другого больного. И действительно, обнаружили Лешку в подъезде жильцы дома возле четырех утра и вызвали «скорую» с милицией. И «ствол» действительно при нем был, и с его только отпечатками. Дальше… стрелявший был один. «Макарыч» тоже как и «беретта» с глушаком без отпечатков нашли на месте. Вот такие дела.
- Полная херня. Они совсем там не соображают? Один пистолет выходит с отпечатками, другой без… стрелял один… так не бывает. Если это был Алексей, то, что же он, потом сам себе рану нанес? Это-то легко проверяется… Если у него отпечатки брали, надо было и другие анализы взять. Откуда вошла пуля, откуда вышла. Я, не следователь, но даже я не могу себе представить, как можно самому себе со спины в предплечье выстрелить. Что-то они там ищут…
Я встал со скамейки и «стрельнул» у какой-то парочки сигарету. Почти год уже не курил, а тут не смог удержаться, разволновался, очень уж много всего сразу навалилось.
От сигареты башка сразу же пошла кругом, а потом… ничего, успокоилась.
- Это все?
- Нет, не все. Только Юрий Иванович, все это между нами…
- Само собой.
- При обыске на квартире у Власенко нашли одну любопытную видеокассету американского производства. Смирнов… кстати, его зовут Сергей Александрович, сделал мне копию, просил вам показать.
- Откуда он знает, что я?..
- Нет, Пинкертона из вас точно не выйдет. Когда вы «домушничали», Смирнов там был, в квартире, в туалете отсиживался. Вы же в туалет не заглядывали?
- Без нужды было. Во, блин, попал!
- Да, ладно. Вы-то, вне подозрения, хотя в следствии заинтересованы, так что все в порядке. По просьбе Сергея Саныча посмотрите эту кассетку и еще… фломастер и ручку в цвет журнальных пометок, посмотрите у Алексея в комнате.
- Я в нее не заходил.
- В чужую квартиру запросто, а тут…
- Так то ж…
- Ну, ясно, что для дела. И тут для дела. Брать, конечно, ничего не надо, а на листке каком-нибудь почеркать и все. Потом мне передать при следующей встрече. Да хоть завтра. Договорились?
- Скажи, Валера, ты тоже думаешь, что это Алексей мог сделать? Абсурд полный.
- Короче… вы кассетку посмотрите, а потом я вам буду этот вопрос задавать. Да, чуть не забыл. Еще информация. В тот день… в училище Лешки не было.
Чуть было не рассказал про машину сгоревшую, решил придержать до другого раза, а то можно было бы