Пётр Петрович. Так мало?
Иван Иванович. Достаточно. Ведь есть ещё искусственный, технический интеллект, как виртуальная симуляция культурного или искусного интеллекта. На него ориентируется хитрые и замкнутый глупые. Слава богу, что глупых больше, чем тупых. Те даже не создают необходимость искусственного интеллекта при недостатке умных людей.
Пётр Петрович. Как же быть с естественным интеллектом?
Иван Иванович. Да, никак. Это интеллект животных. Условный рефлекс.
Пётр Петрович. А у нас какой?
Иван Иванович. Слушай, Пётр Петрович, не задавай таких... умных вопросов, а не то я подумаю, что у тебя безусловный.
Петр Петрович. Интеллект?
Иван Иванович. Вот именно.
Пётр Петрович. Шутишь. Но я уважаю тебя за деликатность. Другой сказал бы: "рефлекс".
Иван Иванович. У нас с тобой он парадоксальный. У других тоже. Но многие об этом не догадываются.
Пётр Петрович. Ты говоришь про рефлекс?
Иван Иванович. Ну, не про интеллект же в собственном виде. Безусловный интеллект есть только у бога. Под богом я понимаю духовное существо. Мы же в духе условны.
Знаешь, о чем я сейчас подумал?
Пётр Петрович. О чем?
Иван Иванович. О том, как мне в вечности быть счастливым, точнее, спокойным.
Пётр Петрович. Ты собрался вечно жить?
Иван Иванович. Не жить, а быть. Только представь себе, вечно быть ничто, то есть, не быть кто.
Пётр Петрович. Разве ничто не противопоставляется "что"?
Иван Иванович. Неужели ты не понимаешь, что для нас ничто есть никто? Ведь мы кто: я и ты.
Как смириться и примириться с тем, что ты вечно есть ничто и лишь на время есть кто?
Пётр Петрович. Слушай, Иван Иванович, как ты относишься к библейскому выражению: "свет светит во тьме, и тьма не объяла его"?
Иван Иванович. Я отношусь к нему положительно. Если бы тьма его потушили, то не было бы света. Между тем даже ночью при тьме мы видим свет с неба, свет звёзд, который удивил Канта.
Но мы не должны забывать и о космогонии вед, согласно которым на смену дневного цикла приходит ночной цикл, "ночь Брамы", когда он "засыпает".
Кстати, что такое нирвана Будды? Это ночь или день, пустота, тьма или полнота, свет? Нирвану Будда связывает с собой, с тем состоянием сознания, которое его характеризует. Это состояние пробуждения или "буддхи". Пробуждения от чего? Естественно, от сна, от тьмы к свету. Нирвана потому символизирует отсутствие или обрыв паутины желания, что есть полнота. Чего ещё желать?
Важно мыслить позитивно, то есть, думать, что творится, засевается для сбора, жатвы урожая, который не сжигается, а употребляется для продолжения, обмена жизни.
Образом тьмы является сон. Мир сна, как область бессознательного, не удобный мир доя сознания, а тем более самосознания.
Мир науки питается идеями философии в качестве кладези мысли. Философия стимулирует рост научного знания.
Иван Иванович. Давай продолжим тему общества.
Пётр Петрович. Давай.
Иван Иванович. Коллектив со временем в истории все увеличивался от рода к народу через племя. Народ организовывался в государство. Так рос человейник, пока не вырос в глобальное общество. Древний мир был разрушен. На его руинах стали строиться королевства варваров, тем самым преодолевавших свою дикость. Они дрались друг с другом за землю. Она делила их, заставляла конкурировать друг с другом в удельных войнах. Завоевав ее люди стали не просто делить её, но обращать в капитал. Они вкладывались в землю и извлекли из неё прибыль. Так появилась самовозрастающая стоимость, ибо она стала целью развития человека.
Теперь приходит время самому человеку стать целью развития общества. Общество стало глобальным, коммунальным в производстве, но в потреблении масса людей до сих пор эгоистична. Поэтому общество одновременно капитально. Как устранить это видимое противоречие между трудом и капиталом?
Это станет возможным только при условии превращения труда не в средство жизни, а в её потребность. Если это осуществится, то люди будут обмениваться не деньгами, не капиталом, а живым трудом. Труд станет не наказанием, а наградой, подарком, даром. Работать, трудиться даром, не ради отдыха, а ради труда. Сейчас человек сам ищет себе проблемы. Потом он будет создавать себе не трудности, чтобы их преодолевать, а развлечения, когда труд станет отдыхом. В таком случае будет трудно отдыхать. Парадокс.
Тем более парадоксальным будет контакт с иной формой разумной жизни, нежели человеческая. Возьми тот же "Солярис" Лема. Чем не лаборатория, полигон отработки новых проблем понимания другого, как чужого. Может ли быть чужим разум?
Интересно, понимал ли Солярис у Лема, что он творит с людьми в ответ на жёсткое излучение, присылая им на орбитальную станцию двойников тех, кого астронавты прятали в бессознательном, условно говоря, в своём чулане сознания?
Не вёл ли себя океан в "Солярисе", создавая мимоиды, как большой ребёнок, подражая человеку?
Пётр Петрович. Что внеземный разум. Возьми самого черта в романе Достоевского. Ведь нашёл-таки Иван Карамазов общий язык с чёртом. Не это ли пример контакта с вне-человеческим разумом?
Иван Иванович. Отнюдь. Мне иногда не кажется, а прямо видится умом, что чужой, черт есть порождения нашего разума. Не сам ли разум есть тот другой, которого ещё надо понять.
Пётр Петрович. Не является ли это понимание разумным? Разум нам подсказывает, как следует понимать, иначе будет непонятно.
Иван Иванович. И где здесь мотив? О чем думать?
Пётр Петрович. Как это о чем? О разуме, конечно.
Иван Иванович. Ну, и скажи, что думаешь.
Пётр Петрович. Много чего. Например, разум есть в ком-то или между кем-то.
Иван Иванович. Дальше.
Пётр Петрович. Придержи коней, Иван Иванович. Не гони гусей. Устроил мне экзамен.
Пётр Петрович. Придержи коней, Иван Иванович. Не гони гусей. Устроил мне экзамен.
Иван Иванович. Молчу и слушаю.
Пётр Петрович. В ком-то разум - это "разум в себе", между кем-то - он для тех или других ("разум для").
Иван Иванович. У тебя, Пётр Петрович, разум служит человеку. Но как ты думаешь, сообщается ли разум с самим собой, беседует ли он?
Пётр Петрович. Да, страшно сложный вопрос. Знаешь, не хочется отказывать разуму в том, что свойственно человеку, в общении.
Иван Иванович. Уточню для ясности вопрос: Сообщается ли разум с самим собой помимо человека?
Пётр Петрович. Ну, разум не существо, а способность думать и знать, свойственная человеку.
Иван Иванович. Я думаю, что разум является телом, органом духа, которым он сообщается с другими духами.
Пётр Петрович. Иначе говоря, телепатирует?
Иван Иванович. Ну, можно так сказать, чтобы быть понятным собеседнику. С человеком дух беседует с помощью того средства, которое человек воспринимает в качестве интуиции. Интуицию человека можно представлять в виде духовного послания. Ответом человека является догадка, предположение (гипотеза) и положение или мысль в форме понятия. Дух наводит, индуцирует человека на мысль, а человек спрашивает дух о том, что тот от него хочет, ждет. Ну, почему же не подождать духу, когда его послание дойдёт до сознания человека, ведь перед ним открыта вечность, которая доя человека закрыта в его жизни в мире, если не считать вестником вечности мгновение.
И в самом деле человеку сложно понять послание духа без его перевода на язык и адекватного толкования смысла интуитивного послания или откровения.
Даже вера имеет свой язык. Это слова молитвы верующего, обращенные к богу. Следовательно, бог как дух знает слова веры. Но он не говорит, - у него нет языка. Что же он делает? Слушает? Но у него нет и ушей. Он творит. Его творение в этом случае есть настраивание человека на нужную частоту, чтобы он вошёл в резонанс с ним. Такая гармоническая вибрация и есть мысль, которой он открывается человеку в качестве идеи.
[justify] В случае веры мы имеем дело не с мышлением, а с внушением, прямым воздействием на сознание не изнутри, а извне. Внушение порождает навязчивое состояние сознания, от которого ему трудно отвязаться. Человек тяготится внушительным состоянием и пытается от него освободиться. Но оно уже проникло в его сознание, как