РУССКИЙ ПУТЬ. ЧАСТЬ 2. ИСТОКИ

большевиков, то для них всеобщее образование, в которое они вложили немало средств и сил, прежде всего было необходимо как элемент большевистской пропаганды и агитации. Созданная система образования от детских садов до высших учебных заведений была включена в систему тотальной советской пропаганды, ибо советской власти были нужны прежде всего преданные коммунистическим идеям советские граждане, которых, одурманенных коммунистической идеологией хуже немецких химических газов, как раз и предполагалось использовать как будущих солдат в новой мировой войне за установление коммунистической власти во всём мире. Дети, которые впервые пошли в школу в начале двадцатых годов, должны были стать как раз теми самыми солдатами. Кроме того, не образованный, разумеется в советских образовательных учреждениях, неграмотный человек просто элементарно хуже поддавался массовой коммунистической пропаганде хотя бы из-за элементарного неумения прочесть пропагандистскую литературу, да и просто советскую литературу, для которой даже придумали новый стиль – литература социалистического реализма, первоочередной задачей которой служила та же пропаганда.
      Помимо этого, система образования занималась и воспитанием нового, советского человека. Если в позапрошлом веке нового человека коммунистического будущего социалисты могли только представлять теоретически, рассуждая, каким он будет, то уже с первых лет советской власти большевики приступили к практическому воспитанию таких новых, советских людей – беспрекословно повинующихся коммунистической власти, идеологических союзников большевиков, готовых на выполнение любых приказов Советской власти и коммунистической партии.  Наконец, большевикам образованные граждане были нужны чисто из практических соображений – планируя новую мировую войну, большевики старательно пытались извлечь уроки из всех ошибок, допущенных царскими войсками не только во время I Мировой, но даже Русско-Японской войн. Например, большевики прекрасно видели, что необразованные солдаты воюют гораздо хуже образованных. Большевикам же нужны были солдаты,  которые бы воевали лучше, им были нужны многочисленные образованные, квалифицированные военные командиры. Также для милитаризации страны им в большом количестве нужны были и более квалифицированные рабочие, инженеры, геологи, картографы, наконец, учёные и изобретатели. Кстати говоря, нужны были в огромном количестве и советские чиновники и управленцы, ведь создавая социалистическое государство, одним из главных его принципов был полный государственный контроль над всеми сферами человеческой жизни, в первую очередь всеобщее огосударствление экономики. По этой причине количество государственных чиновников и служащих в СССР уже в двадцатые годы в несколько раз превышало их численность в царской России, а впоследствии только росла и росла, при том, что царская Россия превышала СССР по размерам территории и долгое время – по численности населения.
      Поэтому внедрение большевиками системы всеобщего бесплатного образования делалось не в качестве благой меры для улучшения жизни народа, а сугубо из их собственных корыстных целей.
 
      Создав всю необходимую основу для непосредственного создания вооружений: научно-техническую базу, производство сырья, материалов и комплектующих, построив пути сообщения для их подвоза, в СССР массово стали строиться новые предприятия военно-промышленного комплекса, а также максимально расширяться старые, ещё дореволюционные. Однако собственных сил и средств для милитаризации всей страны не хватало. Невозможно было создать с нуля всё и сразу, за короткое время. Поэтому СССР активно закупал самое современное оборудование, станки, приобретал лицензии на производство, привлекал для работы на советских предприятиях иностранных специалистов, у которых перенимали опыт молодые советские инженеры и конструкторы. А для всего этого нужна была иностранная валюта, очень много иностранной валюты, получить которую разорённая большевиками страна могла только продавая зерно, зерно, награбленное у народа. Конечно, СССР экспортировал всё, что мог – и лес, и металлы, и икру, но всё это давало лишь небольшой процент выручки. Ведь до Войны ещё не были открыты подземные нефтяные и газовые моря Сибири, да и если бы были открыты, это никак бы не помогло, в то время мировой спрос на нефть и тем более газ был на несколько порядков ниже, чем сегодня, из-за крайне низкого уровня развития мировой экономики по сравнению с сегодняшним и соответственно, отсутствия спроса на эти энергоресурсы в таком количестве. Кстати, если на секунду представить, что сегодня у России нет ни нефти, ни газа, то основными экспортными товарами остались бы различные металлы, вооружения и… то же самое зерно, как и семьдесят, и сто, и двести лет назад. Впрочем, на одном витке развивающейся по спирали истории, как и всей Природы, быть агарной страной – это показатель отсталости и упадка экономики, как в XIX-XX веках, на другом витке аграрная специализация страны, да если ещё и характеризующаяся высоким качеством сельскохозяйственной продукции, без всякого там пальмового масла, пестицидов и ГМО, это наоборот, признак сверхразвитости экономики страны – как например это будет уже в ближайшем будущем, когда Мальтузианская ловушка, то есть ситуация опережения роста населения над ростом производства продовольствия, прорвётся на всей территории Земли.
 
      Таким образом, коллективизация, помимо прочих причин, проводилась в целях ускорения индустриализации и милитаризации экономики СССР. Коллективизация сопровождалась массовым раскулачиванием. В принципе, раскулачивание началось сразу после Октябрьского переворота, когда у кулаков, то есть крестьян, которые в соответствии со Столыпинской аграрной реформой выделили себе земельные отруба, то есть вышли из общины и стали вести индивидуальное хозяйство, огромное количество земли было отобрано большевиками и передано деревенской бедноте. Однако пик раскулачивания пришёлся именно на время коллективизации на рубеже двадцатых-тридцатых годов. При этом само слово «кулак» приобрело крайне отрицательный смысл, которого оно не имело в царской России, и было сельским синонимом выражения «враг народа», под которое мог попасть любой человек. То есть слово «кулак» потеряло свой прежний смысл и приобрело новый – кулаками стали считать всех, кто противился коллективизации, независимо от того, привлекали эти крестьяне наёмную силу или работали исключительно самостоятельно, только сами на себя. Таких крестьян лишали всего имущества, в том числе даже личного, и ссылали, обычно в Сибирь или на Север, в малопригодные для ведения сельского хозяйства места. Разумеется, советская репрессивная машина никак не могла обойтись без расстрелов и отправления многих раскулаченных крестьян в ГУЛАГ. Раскулачивали в основном самых трудолюбивых, добросовестных, грамотных крестьян, наилучших организаторов сельскохозяйственного производства в своих хозяйствах, которые применяли в своих индивидуальных хозяйствах наиболее прогрессивные методы производства и самую передовую технику.
      Результатом коллективизации стало полное уничтожение индивидуального сельского хозяйства. Естественно, что экономическая эффективность индивидуальных крестьянских хозяйств, когда крестьяне обрабатывали свою, родную землицу, или ухаживали за своим, родным скотом, несмотря на стандартную советскую ложь о ведении коллективного хозяйствования как о более прогрессивной форме, была в разы выше, чем в коллективных хозяйствах. Помимо этого, с экономической точки зрения, из аграрной сферы экономики было выведено несколько миллионов наиболее трудолюбивых, добросовестных и квалифицированных работников. Было раскулачено, другими словами расстреляно, отправлено в советские концлагеря, откуда почти никто не вернулся, и в ссылку порядка миллиона крестьянских семей (раскулачивали целыми семьями), что составляет несколько, от четырёх до семи миллионов человек, большинство из которых составляли дети. Из ссыльных раскулаченных погибло, умерло от голода и болезней уже в первый же год после высылки не менее шестисот тысяч человек, большинство из переживших первый год умерли в несколько последующих лет, в первую очередь умирали крестьянские дети.
      Коллективизация и раскулачивание сопровождались многочисленными крестьянскими восстаниями, которые подавлялись с обычной для большевиков жестокостью (людей «потвёрже» у них было к этому времени уже в избытке). Есть оценки, что число таких восстаний составляло тысячи по всей стране, а участвовали в них миллионы крестьян. Большинство восставших было уничтожено или безвозвратно отправлено в ГУЛАГ. В результате раскулачивания было расстреляно, погибло в ГУЛАГе или умерло в ссылке не менее шести миллионов человек – цвет российского крестьянства, лучшие из лучших.
      Естественно, что понижение экономической эффективности аграрного производства, уменьшение на несколько миллионов работников, занятых в сельском хозяйстве не могли не вызвать резкого снижения производства продукции сельского хозяйства. Кроме того, государство в начале тридцатых годов увеличило реквизицию зерна у крестьян, точнее уже у советских колхозов. Это было связано даже не столько со стремлением получить больше валютной выручки для индустриализации страны, сколько из-за резкого понижения цен на зерно на мировом рынке из-за начавшейся как раз в это время (в 1929 году) общемировой Великой депрессии. Поэтому, чтобы выручить за экспорт зерна хотя бы столько же средств, сколько в прежние годы, СССР значительно увеличил количество вывозимого зерна, а значит, стал больше изымать его из колхозов. Всё это вызвало массовый голод в начале тридцатых годов, особенно на Украине и в Поволжье, который достиг таких страшных масштабов, что в голодающих областях обычным явлением стало массовое людоедство. От голода, вызванного исключительно действиями большевиков, умерло от семи до восьми миллионов человек. И опять в первую очередь от голода умирали дети.
      Миллионы жертв раскулачивания и голода начала тридцатых годов нельзя назвать иначе чем геноцидом, проводимым  большевиками в отношении народов СССР, прежде всего против русского народа, как ещё самого многочисленного в то время. Причём это лишь одно из многих проявлений геноцида народа Советского Союза. Раскулачивание и коллективизация запустили механизм постепенного уничтожения русской деревни, корня России и русского народа, тихое и окончательное угасание которой происходит сегодня. На большевиках целиком и полностью лежит вина за гибель русской деревни, которую мы наблюдаем в начале нашего века.
 
      После смерти Ленина в 1924 году курс партии на организацию мировой революции и мировой войны за установление всемирного коммунистического общества не изменился. Однако в партии обнаружились глубокие тактические разногласия по достижению данных целей, а также по методам и даже вообще целесообразности