О российской истории болезни чистых рук

куда во многом значительно лучше тех некогда доселе имевшихся прежних.
И главное все — это исключительно лишь оттого, что те самые теперешние товарищи разве что об одном, считай всеобщем же благе до чего неистово на тех весьма пылких словах только лишь всею душой и пекутся.
Правда слова почему-то у них всегда и во всем довольно же существенно сколь сходу во всем расходились с делами, причем именно как раз в те еще - самые что ни на есть диаметрально противоположные стороны.
Да и то самое, что они вполне как-никак более чем тривиально и повседневно творили, не один даже тот наиболее лютый же барин никогда бы ни в жизнь нисколько ведь не дозволил себе с кем-либо из своих людей хоть как-то вот вообще только сотворить.

Все прежние ужасы крепостничества, несомненно, бледнеют самой мертвенной бледностью пред сущей злокозненностью советского периода российской истории…
И уж вовсе никаких довольно-то положительных перемен в связи с возведением на костер того еще проклятого самодержавия уж совсем явно тогда никак не случилось.
Причем все — это было, так именно оттого, что это одни только ненасильственные, взвешенно конструктивные перемены во всей той наиболее сокровенной сути политической власти и вправду хоть как-либо некогда на деле помогут, в конечном-то итоге, постепенно переменить к чему-либо весьма изрядно уж наилучшему грядущее будущее всей Российской империи.

253
Однако коммунистам, как, впрочем, и всем остальным фанатикам всеобщего благоденствия за счет самого уж незамедлительного устранения кого-либо (с их личной точки зрения), исключительно лишнего только лишь до чего беспрестанно мерещится тень дикой природы под их, знамо дело, более чем непосредственной же кроватью…
На оной, они попросту, вовсе так славно и преспокойно и впрямь-то чисто вот еженощно как раз и изволят себе почивать и видеть сны обо всем том своем более чем изумительно новом, куда только поболее совершенном мире абсолютно ведь бесклассового общества.
А между тем все — это разве что от того никак и близко совсем неверного восприятия невинной крови, безо всякого греха беспрестанно же проливаемой в дикой природе.

254
И это та предельно простая и всем более чем сходу понятная истина коли, конечно, и впрямь вот еще постараться действительно избежать утомительной и беспредметной демагогии, а учитывать лишь сам по себе факт, того, что во всей той лютой дикости всенепременно заложен именно тот вполне рациональный, хотя и вконец беспощадный здравый смысл.
Причем он еще изначально практичен и полностью так до конца чисто уж вселенски благоразумен.
И именно в том, кстати, сколь полноценно заключен довольно четкий и ясный принцип настоящего капитализма, который уж будет возможно несколько, как есть явно разбавить гуманностью, но все-таки данной гуманностью злоупотреблять при всем том нисколько и близко ведь вовсе нельзя.   
А в особенности, в пользу того говорит сам тот весьма простейший же факт вся суть которого была заключена именно в том, что яростная социалистическая оглядка на дикую природу была одним тем чисто эфемерным и на редкость символическим явлением.
И возникло оно, можно сказать, для одного только лишь разве что отвода глаз.

И уж, так или иначе, а все те сходу повернутые насильственно вспять к природе социальные механизмы будто бы и впрямь как есть только изначально двигающие обществом разве что лишь всецело послужили идеально удобным оправданием для всего того, что существует в одном том, как оно есть именно чисто человеческом сообществе.
Ну а прозывается оно именно как есть сколь всласть же беззастенчивым манипулированием живыми людьми, во имя чьих-либо исключительно личных, алчных и властолюбивых интересов, до чего бессовестно при всем том выдаваемых вождями толпы за интересы нации или тем более всего человечества, как некоего того единого целого.

255
В принципе, люди — вот немало промеж собою довольно-то обстоятельно провоевали и, прежде всего, именно что за место под солнцем, причем происходило — это в том числе и в ту более чем невообразимо давнюю эпоху, когда у них и в помине пока не было вовсе-то никакой весьма разветвленно развитой системы государственности.
Да вот, однако, сама по себе та донельзя вязкая марксистско-ленинская идеология как раз и подразумевала до чего только явственное устремление…
Уж как-никак, а постепенно ведь никак не мудрствуя лукаво всецело возродить безумно старую и чисто племенную разобщенность на той уж как она только есть незыблемо новой, и сколь беспардонно идеологической основе.
Причем доподлинная честность при всяком детально обдуманном осознании всякой той до чего только практической полезности каких-либо новомодных путей развития общества всегдашне вела именно к тому совсем уж малоутешительному выводу…
Раз уж никак оно не иначе, а всякое новое весьма непременно потребуется вводить, словно лекарство больному - не враз уж весь тот многомесячный курс, а постепенно, а также еще и по рецепту опытного врача, а не по властному велению серой толпы.

256
Загаженное коррупцией, вконец завшивленное казнокрадством и взяточничеством общество вовсе-то никак уж никому не удастся в одно то блистательно счастливое мгновение буквально-то в единый миг разом излечить от всех тех до чего еще застарелых его болячек – одним лишь тем до чего лихим и размашистым росчерком пера!
Безмерно затяжной процесс его вполне настоящего и окончательного оздоровления будет очень даже долог и бесконечно тяжел, а в особенности в случае крайней запущенности всех его многовековых социальных недугов.
Причем сколь так настойчиво думать, что вся беда (как оказывается) заключена в одних лишь бациллах, беспроглядно отравляющих общественный организм, а значит и излечивать его надо бы сколь еще соответственно разве что тем еще рьяным кровопусканием и бравыми лозунгами…
Нет то явно никак не более разумно, нежели чем при всей той довольно-то весьма тяжкой и крайне запущенной форме цинги, почти уж совсем обездвиженному пациенту только ведь и прописывать почаще бы выходить на яркий солнечный свет.

Причем бациллой действительно некогда вконец отравившей германское общество, по самому полному на то праву может считаться один лишь тот злюще же лютый нацизм с его-то самыми явными сатанинскими нововведениями при всем том, в сущности, неизменно прежнем каркасе извечно бушующего захватническими эмоциями империализма.

257
А весь тот старый мир как он есть никак и близко не мог бы считаться уж еще изначально и впрямь-то сколь злодейски же инфицированным неким вирусом дичайшего зла.
Поскольку все, то в нем на редкость чудовищно несветлое было разве что самым так естественным следствием, как-никак, а всецело так пошагового развития всей этой нашей современной цивилизации.
Естественным путем идя медленно в гору, Россия и безо всяческих отчаянно резких понуканий, обязательно бы даже и невольно со временем пришла бы ко вполне достойно цивилизованному существованию.
Да вот, однако, как еще безмерно уж тяжело было некогда жить на Руси людям, буквально целиком охваченным яростным пламенем переливчато радужных, сладко пахнущих озоном идей.
И все — это именно потому, что они всеми силами разом и рвались вперед за свободу супротив засилья средневековой мглы.
Да вот, однако при всем том, до чего неизбежно неся в самом своем сердце весь тот более чем необычайно яркий ослепительный свет жгучего пламени некогда и впрямь заживо сжигавшего еретиков на кострах испанской инквизиции.

258
А впрочем подобного рода необычайно широкого плана сравнения, крайне до чего только нелепо увязывающие в цельную, считай единую цепочку друг к другу вовсе никак неподобные и сколь безмерно разноликие эпохи со всею той непримиримой решительностью явно так нисколько неправомочны.
Но при всем том те самые средние века могли еще разом вернуться восвояси и только лишь вместо обвинений в колдовстве или какой-либо религиозной ереси в 20 столетии кровавые наветы стали носить именно тот строго политический характер.
Но при этом сама по себе фанатичная вера так ведь и требующая сжигать или расстреливать тех, кто совершил грех преступного святотатства, что у инквизиции, что у НКВД было, как есть абсолютно же во всем совершенно так идентичной.
Причем в отличие от целой системы целиком нацеленной на отсеивание всего того лишнего во всем том или ином государстве те отделенные активные выступления против темных сил яростно тормозящих духовный прогресс можно только лишь ныне разве что явно во всем поприветствовать.       
Однако никакие, пусть и самые созидательные процессы внутри единоутробного общества, может и могущие явно помочь постепенно разрушить давнишние и сколь окаянные оковы рабства никак и близко не смогут быть хоть с какой-либо пользой для дела вполне оказаться обращены сразу же супротив целых больших сословий.

А, тем более, что и впрямь-таки стали те сословия абсолютно так отныне излишни именно в государстве разве что считай по-новому же переформулированного рабовладельческого строя.
Да, кстати, пожалуй, именно из-за этого большевики во весь свой голос всячески и настаивали на том самом так незамедлительном уничтожении всего старого быта вместе со всеми его исконными обывателями, а также и знатью, не упавшей пред ними чисто уж сходу на те от века еще пыльные колени.

259
А между тем нечто подобное вполне всерьез уж однозначно как раз-таки тогда и способствовало разве что чисто последующему, затем воцарению над необъятно широким житьем-бытием тех самых слащаво восторженных пустобрехов.
Ну а они как-никак до чего вдоволь с собой принесли ту самую донельзя тягучую идеологическую жвачку, а с питанием в те времена стало вовсе так попросту хуже некуда.
И эти самые вопиюще страстные неучи, весьма наивные провидцы некоего лучезарно светлого будущего безукоризненно же идейно прямиком-то впрягали людей в упряжь идеологии, словно ту еще бессмысленно тупую скотину.
Ну а всякий свой наиболее изначальный исток все эти общественные преобразования брали ведь с того никак совсем неблизкого времени…
Раз уж попросту, сколь наглядно предшествовала чудовищной власти большевиков именно так пора более чем пространно праздных мечтаний людей, что были довольно-то щедро наделены удивительно пестрым, словно хвост павлина «провидческим» воображением.
И главное тот безумно яркий мир беспримерно светлого грядущего в их глазах как раз и был настолько так близок ко всем тем нынешним никак незатейливым реалиям, что со стороны кое-кому явно ненароком могло показаться, что до него вскоре ведь на деле и будет уж можно своими перстами и устами исключительно вот нежно вполне сходу разом дотронуться.
А чисто потому и свершила тогда страна до чего резкий рывок в самую бездну безумно кровавого радикализма.
И главное всему тому суждено было произойти никак оно не иначе, а именно ради того дабы мир православия умер уступив место миру всеславия коммунистической партии.
Ну а для доподлинно верного укоренения всех же ростков гражданских свобод было необходимо нечто гораздо большее, чем простое и