Был он обыкновенный, но не очень!
Из детства с очевидностью можно сказать только одно! Метание в себя  манной каши, правда, сначала мамой, всё-таки привело к его росту и развитию.
Так, незаметно, на манной каше, а потом на маминых котлетах с макаронами, и взрос  сей стоеросовый росляк.  Не то, чтобы дубина стоеросовая, но, уж, не мелкий.
В общем, рост средний, с мозгами.
Но если честно, с мозгами не всё было  гладко. Хотя, к слову сказать,   «гладкие мозги» - тоже не сахар! Вот, если влёт кинуть взгляд, то - с  придурью, а приглядишься - себе на уме.  Изворотлив, собака! (Это я про ум)
А любознательный! Страсть!
Ни одной дырки в заборе не пропустит, чтоб не глянуть – что там!  
За что и претерпевал не раз!
Вот так, взрослея, изворачиваясь и умом, и от ремня за дырочную любознательность, дошёл Володька до выхода в жизнь.  
Для сверстников – Вован.
Чего только с ним потом ни случалось!   Но, живость ума, честность, доходящая порой до «простодырости»,  неимоверная тяга к истине и неистребимая любознательность, хотя и доводили его порой «до ручки», однако, но и выводили с честью из разных жизненных перипетий!
Противоречивая натура – скажет кто-то!
Может быть!
Был он обыкновенный, но не очень!
Из детства с очевидностью можно сказать только одно! Метание в себя  манной каши, правда, сначала мамой, всё-таки привело к его росту и развитию.
Так, незаметно, на манной каше, а потом на маминых котлетах с макаронами, и взрос  сей стоеросовый росляк.  Не то, чтобы дубина стоеросовая, но, уж, не мелкий.
В общем, рост средний, с мозгами.
Но если честно, с мозгами не всё было  гладко. Хотя, к слову сказать,   «гладкие мозги» - тоже не сахар! Вот, если влёт кинуть взгляд, то - с  придурью, а приглядишься - себе на уме.  Изворотлив, собака! (Это я про ум)
А любознательный! Страсть!
Ни одной дырки в заборе не пропустит, чтоб не глянуть – что там!  
За что и претерпевал не раз!
Вот так, взрослея, изворачиваясь и умом, и от ремня за дырочную любознательность, дошёл Володька до выхода в жизнь.  
Для сверстников – Вован.
Чего только с ним потом ни случалось!   Но, живость ума, честность, доходящая порой до «простодырости»,  неимоверная тяга к истине и неистребимая любознательность, хотя и доводили его порой «до ручки», однако, но и выводили с честью из разных жизненных перипетий!
Противоречивая натура – скажет кто-то!
Может быть!