промолвил, наконец, президент и поёжился. — Иногда следует прислушиваться к знакам. А молния, это же - знак! Знак свыше.
Баринов поднял воротник и, неуверенно потоптавшись перед входом, тоже пошёл прочь.
— Я тоже туда не пойду — произнёс он, будто приняв, наконец, для себя какое-то очень важное решение. — Там сокровенное, а я не готов…
— А мне кажется, что всё это искусственное, — придя в себя, подал голос Робинталь.
— Что именно?
— Вся эта земля, вот этот остров, на котором мы стоим.
— Да. Насыпное… Тут раньше вода была, — промолвил в задумчивости Баринов. — Иначе волны размыли бы стены, и этот колосс со временем рухнул бы. И вода поглотила бы и его.
— И применительно к государству, скажу я вам, — оживился президент, — действует такой же принцип! Главное — фундамент!
— Насыпной остров?
— Это кто как видит. Иной раз следует и подсыпать, где подмывает, фундамент укрепить. Смогли затопить когда-то, сможем и подсыпать, и осушить! Было бы желание, — закончил свою мысль президент.
— А оно есть, желание?
— У политиков это называется политической волей. И я как президент ей, несомненно, обладаю. И мне решать, когда её применять, а когда нет.
— Все эти ваши мысли, ваши решения… — Баринов запнулся.
— Говорите, как есть. У нас же мужской разговор! — подбодрил его президент. — Или на вас молния так подействовала?
— Вы ведь не самостоятельны в принятии решений? Ваши мысли, они же не всегда, с позволения сказать, ваши?
Баринову показалось, что президент на какое-то время растерялся.
— Раз мысли оказались у меня в голове, значит, это уже мои мысли, — как-то не совсем уверенно ответил президент после некоторой паузы. — Я живу в гармонии с самим собой. Да. В гармонии, — будто убеждая самого себя, повторил он.
Президент стряхнул с пиджака соринку. Взгляд его рассеянно блуждал по водной глади.
— Но я понимаю, что вы хотите сказать.
Повисло неловкое молчание. Ветер усилился. О доски небольшого причала захлюпали волны. Президент с тревогой наблюдал за приближающимся атмосферным фронтом.
— Мы с доктором Робинталем, наверное, смогли бы вам помочь, — прервал затянувшуюся паузу Баринов. — Если вы этого захотите, конечно…
Вечерело. Багровое солнце коснулось горизонта. Дождик прекратился. День подходил к концу. Маленькая тучка быстро смещалась на север, но на горизонте росла и ширилась новая, огромная, в полнеба.
— Какой, однако, удивительный закат! И эти огромные, чёрные тучи одновременно… — промолвил президент, повернувшись в сторону заката. — Сегодня небо необычное, не находите?
— Вы не ответили.
— Не стоит беспокоиться, друзья мои, всё нормально! Никакой другой жизни я для себя не представляю. Я счастлив, что судьба предоставила мне шанс управлять такой огромной страной… Счастлив…
Президент поднял с земли небольшой плоский камушек и бросил его в воду.
— И я нужен стране таким, каков я есть в настоящий момент, — продолжил он уже не совсем уверенно, будто пытаясь убедить самого себя в правильности собственных суждений. — В этом моя миссия, господа хирурги. И это мой долг. И поскольку никто лучше меня не знает, как нужно руководить этим государством, а я знаю это определённо, то я намерен оставаться на своём посту сколь угодно долго: пока бьётся моё сердце и пока народ мой во мне нуждается! Нашу страну ожидают великие испытания. Враги не дремлют. И в тот трудный час я хочу быть с моим народом!
Глава двадцать седьмая.
Ошибка 404
Неверный адрес.
• Битая ссылка.
• Удалённая страница.
• Неправильный редирект.
• Неполадки на сервере.
• Потустороннее воздействие.
Послышался захлёбывающийся гул вертолёта.
— Однако, мы заболтались, господа хирурги, моё время вышло. Да и голова что-то вдруг разболелась… — неожиданно признался президент, растирая ладонями виски.
— А как же мы? — удивился Робинталь.
— А вы пока отдыхайте, — натянуто улыбнулся президент, — я пришлю за вами катер. Вам не придётся долго ждать. Отдыхайте, отдыхайте… И вот что ещё, — обратился он уже к Баринову, — приберитесь-ка у себя на даче. Как мне доложили, у вас там бардак такой после ограбления. Ну что ж, всего вам доброго! И удачи! Она нам всем скоро может понадобиться.
*****
— Впереди гроза, господин президент, — услышал он в наушниках голос пилота. — Облачность очень низкая, придётся подняться нам выше облаков.
— Выше облаков, говорите? Это хорошо! Давайте выше облаков.
Уши заложило, и гул винтов стал едва различим. Чёрная как мгла туча простиралась под ними и не было ей ни конца, ни края. Внезапно наступила полная тишина. И чрево вертолёта вдруг стало раздуваться как мыльный пузырь, наполняя окружающее пространство фосфоритом светящихся светлячков, и казалось будто само пространство-время, рождая новую вселенную, только что начало свой отсчёт.
"Ошибка 404, ошибка 404, ошибка 404" - не унимался речевой информатор.
- Да отключите вы уже, наконец, это своё радио! - не выдержал президент…
— А ты рисковый, Коля — вдруг услышал он голос Вершителя. — Неужто не боишься?
— Нет. Ты же меня знаешь.
— Знаю. Знаю, что не трус. Скучал по мне?
— Когда ты хотел этого.
— Устал?
— Да. Очень.
— Я помогу тебе, Коля. Я избавлю тебя от страданий. Ты готов?
— Но почему именно сейчас?
— Я вижу, как тебе плохо. Именно тебе, Коля, не Ему...
— Да. Мне тесно. Мне хотели помочь те, внизу. Но это невозможно, ты же знаешь. Когда ты меня освободишь?
— Я освобожу тебя, Коля. Уже сегодня. Так ты готов?
— Готов, не готов... Ты же всё равно это сделаешь. Я знаю, что моё время вышло. Но постой! Ты на чьей стороне?
— Теперь я сам по себе, Коля. Я — Вершитель!
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Мне важно чтобы ты согласился, и ушёл со спокойной душой. Ты, Коля - он же меня не интересует…
— Я согласен. А что будет с ним?
— Как что? Его тоже не станет. Я не в силах вас разделить…
— Но он... Это же... я!
— Ты совсем запутался, Коля. Устал и запутался. Потерпи, скоро всё закончится.
— Да. Это так. Я совсем запутался. Нам тесно вдвоём. Так больше продолжаться уже не может.
— Ну вот и хорошо! Вижу, что ты готов. Ты мне всегда нравился. Прощай, Коля!
Глава двадцать восьмая.
Зона Златовласки.
— Да, спёкся твой лейтенант, — промолвил Робинталь задумчиво. — Надеюсь, что всё произошло быстро и он не сильно мучился. Жаль, интересный всё же был человек!
— Напьюсь, пожалуй, сегодня! — воскликнул Баринов, провожая глазами удаляющийся вертолёт. — Вот ведь зараза какая, а? Жаль пацана… Эх, непременно напьюсь!
— Я с тобой! Есть у меня одна приличная заначка — подарок от благодарного пациента. Долго она ждала своего часа.
— Коньяк?
— Да, коньячок. Армянский.
— А вот скажи, ты же политиком хотел стать, чуть ли не самим президентом… Ты какой бы хотел видеть нашу страну?
— Не знаю, — в задумчивости произнёс Баринов. — По крайней мере, совершенно не такой, какой он её сделал…
— Напрасно ты всё же отказался от своей задумки, друг мой, ох и напрасно! По крайней мере, одна человеческая жизнь была бы сейчас спасена. А может быть, даже и не одна… Чуйка у меня, ожидают нас вскоре не великие дела, а великие потрясения.
— Как в народе говорят: главное, чтобы не было войны!
— Это да, это точно! Языком молоть — не мешки ворочать.
— Однако, от нашего желания тут ничего не зависит.
— Ой, кто бы говорил…
— Всё-всё… Не напоминай мне больше об этом!
Вертолёт, между тем, превратился в маленькую точку, но вот и она вскоре исчезла за грозовой тучей.
— Всё. Улетел. Как будто его и не было.
— А может, его и не было?
— А может, и не было…
— Ну а мы с тобой? Мы-то с тобой — тут?
— Но…
— Что значит «но»? Живые? Здоровые? Что тебе ещё надо?
— И голодные! Знаешь, я хочу поскорее свалить отсюда. Скоро начнётся гроза, вымокнем с тобой как цуцики…
Значит, жизнь продолжается, друг мой! И вечный бой, покой нам только снится? Ты видел ту полузатопленную лодку у мостков? Плывём?
— Плывём!
— Назначаю тебя главным рабом на галере! Бери доску… Я же буду капитаном! Свистать всех наверх! Отдать швартовы!
*****
— Оба-на! Нет, ты видел это? — оживился Баринов, работая самодельным веслом…
— Что я должен был увидеть?
— Да лучи эти… Ну, лучи, из той вон тучи? Один метнулся вверх, другой вниз — яркие такие… Так странно!
— Нет. Не видел. Молнии, наверное. А та, что вверх, скорее всего спрайт. Хотя с земли их обычно не видно.
— Не похоже. А может, это инопланетный корабль? Ты веришь в инопланетян?
— Да хрен его знает… Недавно учёные обнаружили звезду — жёлтый карлик, так вокруг неё вращаются аж целых восемь планет, прикинь? Четыре газовых гиганта и четыре каменистые. И на одной из них вполне даже может быть жизнь. На примитивном уровне её существование уже подтверждено.
— Зона Златовласки?
— Да. Им повезло!
- А я, профессор, решил вернуть свою старую фамилию, не хочу больше быть Бариновым. Одобряешь?
- Одобряю. Ты всегда для меня был Митрич.
Домой он
