выговаривая каждое слово и выплёвывая их одно за другим в мою сторону, - У меня есть жена, которая считается убийцей, и я уже близок к тому, чтобы доказать это, - он провёл две параллельные линии, расположенные так близко друг к другу, что между ними трудно было бы пропустить петлю палача, - Если вы будете продолжать шарить вокруг, то можете испортить мне игру, а это меня очень расстроит. Так что оставьте дело кролика Роджера, - он достал из кармана пальто карандаш, подчеркнул свои слова и прикрепил их к стене, где мне придётся закрыть их картиной, закрасить или всю оставшуюся жизнь смотреть на них каждый раз, когда я сажусь за свой стол.
- Извините, что разрушаю ваш образ крутого парня, капитан, но у вас неверные факты. Я не расследую убийство Роджера. Я согласен с вами на сто процентов. Это сделала Джессика Рэббит, и я желаю вам удачи, чтобы вы её за это прищучили. Мне нужен тот, кто убил Рокко ДеГриза.
Это вывело его из равновесия, - Вы шутите? ДеГриза убил Роджер Рэббит. В этом нет никаких сомнений. Расти Хадсон раз и навсегда покончил с этим, когда лаборатория обнаружила отпечатки кроличьих лап на роковом «тридцать восьмом».
Эта информация, ставшая для меня новостью, придала делу интересный поворот, - Я знаю, что это безнадёжное дело, но сейчас я не очень-то завален работой, так что, думаю, я ещё немного повожусь с ним.
- Как пожелаете. Гоняйтесь за призраками хоть до посинения. Только не мешайтесь под ногами.
- Хорошо. Но я хотел бы узнать кое-что о вашем расследовании. Ваши ребята обыскали дом Роджера?
- Ещё бы. Они тщательно его осмотрели.
- А чайник Роджера они, случайно, не взяли с собой, когда уходили?
Так как он не знал, к чему я веду, то ответил вопросом на вопрос, - Его чайник? Что им могло понадобиться от его чайника? И почему вас это волнует? - его левая бровь приняла форму горбатой гусеницы.
- Я их коллекционирую, и мне его как раз не хватает.
Кливер почесал воздух у виска, - Валиант, иногда вы меня убиваете.
Он оставил меня с пустой бутылкой и ещё одной большой дырой в моей головоломке.
Глава 22
Секретарша Кэрол Мастерс отправила меня на место съёмок - заброшенный склад в Хоганс-Аллеи, район города, где я увидел достаточно обитателей, чтобы снять городской ремейк «Двадцати тысяч лье под водой». Я припарковал машину, поцеловал на прощание колпаки и вошёл внутрь склада.
Один из стражей порядка остановил меня и потребовал рассказать, чем я тут занимаюсь. Я протянул ему свою лицензию, и он отпустил меня.
Не успел я пройти и шести метров, как мимо меня пронеслось ещё как минимум восемь или девять полицейских. Даже для Аллеи Хогана такое количество охраны казалось чрезмерным. Мне стало интересно, что думает об этом Кэрол. Потом я увидел объект её фотосъёмки - не кто иной, как Дик Трейси, кумир всех копов. Это всё объясняло. Наверное, дежурному сержанту участка пришлось проводить лотерею, чтобы выбрать, кто из его многочисленных добровольцев сможет прийти сюда и охранять частную жизнь их героя.
В снимаемом эпизоде Трейси противостоял Муш Фейс, парень с лицом, похожим на миску с овсяной кашей. Муш Фейс одержал верх над детективом, но, поскольку справедливость всегда торжествует, к моменту окончания эпизода Трейси переломил ситуацию и отправил старого уродца в тюрьму.
После этого к Трейси подошли несколько полицейских и попросили автограф.
Пока он писал, то произнёс небольшую проповедь о важности строгого соблюдения законов в современном обществе. Полицейские бурно аплодировали. Несколько из них выхватили у него шарики со словами и сказали, что планируют вставить их в рамку и повесить над дверью участка. По тому, как полицейские обращались с ним, можно было подумать, что он действительно полицейский, а не актёр, играющий копа. Такой парень, как Трейси, мог бы стать начальником полиции благодаря своему бравому отражению в глазах фанатов. В развлекательном бизнесе это называют силой убеждения. В столице нашей страны это называют политикой.
Я хотел помочь Кэрол Мастерс погрузить её фотоаппарат в машину, но получил такой холодный ответ, что пожалел, что снял шерстяную подкладку из плаща.
- Я прекрасно справлюсь сама, мистер Валиант, - она вытащила коробку с оборудованием за дверь и по тротуару направилась к своей машине. Она дотащила её до багажника, но не смогла поднять внутрь. Я схватил её, поставил в багажник и сделал то же самое с двумя другими.
- В этом не было необходимости, - сказала она, - Я и без вас справилась бы.
- Хорошо, когда тебя ценят, - проворчал я.
Она достала кольцо с ключами, которое обычно носят охранники в тюрьмах, и открыла дверь своей машины. Скользнула на переднее сиденье, развернула зеркало заднего вида так, чтобы видеть себя в нём, и поправила волосы расческой.
- Что вам опять от меня нужно? - сказала она с таким же дружелюбием, с каким ко мне обращался инструктор по строевой подготовке.
Я прислонился к её машине. Она нуждалась в хорошей мойке, впрочем, как и я.
- Мне нужна дополнительная информация о Рокко, вот и всё. Полицейские уверены, что Роджер убил его. Я считаю иначе и хочу это доказать.
Она повернулась боком на переднем сиденье, давая мне возможность увидеть, какие чудесные вещи происходят с хорошо сложенным женским телом, если его правильно повернуть.
- Но почему? Роджер мёртв. У вас больше нет клиента. Некому оплатить ваш счёт.
- Разве деньги имеют значение, если я могу узнать правду?
Я был уверен, что она верила в это примерно так же, как верила в Санта-Клаус, но она была достаточно сообразительна, чтобы понять: пока она не ответит на мои вопросы, я не оставлю её в покое.
- Что вы хотите узнать?
Я обошёл машину с другой стороны и сел рядом с ней.
- Я разговаривал с Литтл Роком ДеГризом из галереи. Он сказал, что Рокко приказал ему отменить вашу выставку и снять с продажи ваши работы. Есть идеи, почему?
Она убрала расчёску в сумочку, которая была чуть больше, чем пакетик корма для котят.
- Он сделал это, чтобы позлить меня, - сказала она, - чтобы наказать за строптивость. Рокко терпеть не мог, когда люди перечили ему, а я в последнее время часто это делала.
- Как так?
- Моя работа по защите прав мультяшек, моя поддержка Роджера Рэббита, - она повернула ладони к себе, наклонилась вперёд и осмотрела ногти. Они были далеко не красивыми, обломанными и исцарапанными, как ногти скалолаза, стремящегося к вершине, - Рокко терпеть не мог непокорных женщин. В ответ он запретил Литтл Року выставлять мои работы.
Дик Трейси подошёл к машине. Я никогда раньше не видел его вживую и не мог поверить, насколько он высок. Обычно мультяшки становятся актёрами, чтобы не комплексовать из-за небольшого роста, но Трейси мог без проблем смотреть мне прямо в глаза. А про квадратную челюсть, с которой в комиксах изображают всех героев, и говорить нечего. Я мог бы использовать его подбородок в качестве ножа для писем. Кэрол представила нас, и его рукопожатие чуть не сломало мне кисть. Он немного поболтал с нами и произвёл на меня впечатление мужественного, стойкого парня. Я чуть было не попросил у него автограф.
- Насколько я знаю, Рокко звонил вам в ночь своей смерти, - сказал я после ухода Трейси, - Что он сказал?
- Ничего особенного.
Я начал прикуривать сигарету, но погасил её, когда увидел её чистую пепельницу. Некурящая, но это меня не удивило. Я считал её женщиной с пороками куда более сложными, чем табак.
- Единственной причиной звонка Рокко было желание помучить меня. Он долго рассказывал, как отменил мою выставку. Он сказал, что сделает всё, чтобы я больше никогда не появлялась ни в одной галерее. Это было характерное для Рокко отвратительное общение. В конце концов я бросила трубку.
- Как долго вы с ним разговаривали?
- Точно не знаю. Я не смотрела на часы. Думаю, около пяти или десяти минут.
- Кто-нибудь был с вами, когда поступил звонок?
- Нет, я была одна.
- Что вы делали после того, как положили трубку?
- Я выпила и легла спать.
- Вы никуда не выходили?
- Посреди ночи? Конечно, нет.
Если она лгала, то техника была отработана до мелочей. Она и глазом не моргнула.
- Что общего между Литтл Роком и Джессикой Рэббит?
Она горестно покачала головой, - Бедный парень любит её, но Джессика относится к нему так же, как к лотерейному билету. Если Литтл-Рок унаследует имущество Рокко, выпадет номер Джессики, и она сорвёт большой куш. Она выйдет за него замуж и будет жить долго и счастливо на его деньги. Если же он не унаследует, она разорвёт его на мелкие кусочки и выбросит в корзину для мусора.
Я достал свой блокнот и прочитал Кэрол номер выпуска, который я переписал с обгорелого негатива комикса из кабинета Рокко. - Есть идеи, что это может быть за комикс?
Она покачала головой ещё до того, как я закончил свой вопрос, - Нет. Есть сотни небольших компаний, выпускающих комиксы. Каждый использует свою собственную систему нумерации. Это может быть что угодно.
- Вы знаете кого-нибудь с инициалами С.С., кто мог бы затаить злобу на Рокко?
- Не могу сказать, что знаю. У Рокко было несколько контрактов с мультяшками с такими инициалами, но все они порядочные, трудолюбивые. Если вы пытаетесь повесить его убийство на кого-то из них, то, по-моему, вы слишком глубоко заблуждаетесь.
Я достал фотографии украденных фрагментов, - Знаете что-нибудь о них?
Она быстро и без интереса просмотрела их, - Это несколько фотографий, которые я сделала некоторое время назад. Рокко выставил их на продажу в своей галерее. Я слышала, кто-то украл их.
- Странно, не правда ли, что тот, кто это сделал, украл только те фотографии, которые сделали вы?
Она пожала плечами, - Разборчивый вор. Что ещё я могу сказать? - она передала фотографии обратно.
- Вы не слышали, чтобы кто-нибудь предлагал эти работы выкупить?
- Боюсь, что нет, но нет и причин для выкупа. Эти работы никогда не были моей собственностью. Всё, что я снимаю, принадлежит Рокко. Это было частью нашего контракта, а также одним из самых больших пунктов разногласий между нами. Я говорила, что хочу получать долю с каждой продажи. Он отказался.
- И вы ничего не могли с этим поделать?
- Ничего. Он владел ими по полной программе. Как и всем в своей компании. Точно так же, как он владел Роджером Рэббитом. И я ему принадлежала.
Звучало как подходящий мотив для убийства, если я правильно понял. Я задал ей достаточно вопросов, чтобы узнать всё, что хотел, и попрощался.
Глава 23
Я вернулся в свою квартиру как раз вовремя, чтобы привести её в порядок к еженедельной игре в покер. Всё, что валялось без дела, я запихнул под диван. Я вытер засохшее пиво с карточного стола, вскрыл свежую колоду, бросил фишки в миску и поставил три упаковки пива в холодильник.
Билли Донован прибыл первым. Билли был строительным рабочим, приехавшим с Юга. На нём были туфли-лодочки, комбинезон, клетчатая рубашка и соломенная шляпа. Он посасывал длинный ячменной стебель, который его деревенские родственники вкладывали вместе с пакетиком родной земли, пачкой первосортного табака и бутылкой мутного самогона в еженедельную посылку «Кентуккийская особая забота». Всякий раз, выиграв кон, Билли хлопал себя по колену и говорил: «Вот чёрт!». В любой вечер он говорил это много раз. Для деревенщины он играл в покер очень даже неплохо.
Следующим был Джесс
