посланник небес, как кусочек их, коснувшийся Его однажды, о котором Он должен был помнить всегда, даже на пороге в жгучую Преисподнюю, она проникла в Его дом, и Он ничуть не был против.
-У меня получилось приехать раньше, - пояснила Наташа, раздеваясь и пройдя на кухню с продуктовым пакетом в руках.
Он отнял пакет из ее рук, чтобы овладеть Тусей прямо в тот же миг. И она не сопротивлялась.
Было ли это сном, или же она действительно вернулась раньше – Ему было просто похуй. В эти мгновенья Он желал ее, Он желал овладеть ангелом, вошедшим в Его дом прямо из Рая, ожидавшего Его в той же степени, что и Преисподняя.
Когда Он ласкал ее, и за окнами, и по ту сторону входной двери происходило невероятное оживление, огонь и нежность силу которого Он испытывал в равной мере.
-Мне было так плохо без тебя, - не стеснялся Он своих жалоб или же удовольствия, и это так же ни имело никакого значения, - Мне пришлось два раза тряпкой воспользоваться. А вчера я выпил немного.
-Тебе же нельзя. Зачем?
-Неважно. Я хочу, чтобы ты не уходила.
Он отодрал Туську, как говорится, как Тузик – грелку. Головная боль отпустила Его полностью. И все же огненное сияние Ада и чистый белесо-лазурный свет Рая не погасло сразу.
Туська опустошила Его до конца, выжала Его как лимон, и Он был удовлетворен и доволен. И даже таблетки Ему были не нужны, которые на самом деле делали Его зависимым, хотя врачи заверяли Его в обратном.
Но даже Наташе Он не хотел рассказывать о своих видениях, наполненных звуковыми совсем четкими эффектами, от которых Его вполне пробирала дрожь. Хоть Наташа стала для Него чем-то и кем-то своим, то, что происходило с Ним, было для Него слишком личным.
-Дай мне номер телефона Жени, - обратился Он к матери при следующем ее появлении у Него дома.
-Зачем тебе?
-Хочу позвонить, - только сказал Он, - Это брат мой.
-Десять лет прошло после того, как Женька уехал, а позвонить ему ты хочешь только сейчас? Только сейчас вспомнил о том, что это твой брат?
-Да, только сейчас, - хладнокровно подтвердил Он, - Ты дашь мне номер телефона или нет?
С неохотой мать продиктовала Ему номер.
Он звонил младшему брату вечером того же дня.
Он звонил не только для того, чтобы узнать, как у Женьки обстояли дела, как складывалась его жизнь, которая стала Ему вдруг интересна, хотя прошедшие после его внезапного отъезда годы, казалось, вычеркнули брата из Его поля зрения. Просто все эти годы он занимался собственной семьей, собственным сыном, который был для Него всем, который не должен был нуждаться ни в чем, который должен был быть готов к суровым реалиям жизни, и в которого Он вкладывал знания, недоступные ни в одном учебном заведении.
Он звонил брату с предложением встретиться, чтобы Женька погостил у Него пару недель, или даже месяц.
Он звонил брату, чтобы постараться рассказать Женьке о своих видениях, о своем доме, который с самого начала своей постройки находился на границе двух совершенных противоположностей, в существовании которых Он неоднократно убеждался на протяжении последнего почти года. Ни Наташа, ни родная мать, не должны были знать об этих видениях, о том, что знал только лишь Он.
Почему Он так хотел рассказать о своих видениях именно младшему брату?
Женька не верил ни в Бога, ни в Дьявола, у него с детства был другой склад ума. Женька с детства предпочитал задавать вопросы, просто выбешивая очередным «почему». И часто ему было просто невозможно дать четкого ответа, часто ему проще зарядить в его почемучку крепким кулаком, и иногда Он и впрямь не сдерживался и отвешивал младшему брату здоровский подзатыльник. Сейчас Женька ответил Ему по телефону, что ему тоже было есть что сказать брату, и Он отлично понял, о чем шла речь.
7: Весы
1.
Заказчиком была женщина с приятным голосом, которую Он, чего скрывать, хотел бы слушать и слушать. И ради этой цели Он задал ей как можно больше уточняющих вопросов. Хотя на самом деле все вопросы были стандартными, и их количество для выяснения всех подробностей о характере работы не менялось. Просто Ему хотелось слушать милый голос женщины как можно дольше. Про себя Он уже предположил, что обладательница его наверняка должна была иметь и такую же приятную внешность, которая могла бы Его впечатлить.
Нет, Он не страдал ни от какого спермотоксикоза, и не был озабочен, да и вообще не жаловался на проблемы по этому поводу. Его все устраивало в личной жизни, Он был всем доволен. По факту, Он даже дерево сумел посадить, не говоря уже о рождении сына и постройке дома. По факту, Он полностью состоялся в этой жизни. И помимо требований работать и зарабатывать, как и должно, на самом деле быть для каждого человека трудоспособного возраста, Ему следовало еще получать удовольствие от того, чем Он занимался. Например, общаться с приятными во всех смыслах людьми, что непременно должно было благоприятно воздействовать на Его общее состояние, которое так и стремилось к равновесию. Он физически не мог чувствовать себя каким-то перекошенным в одну сторону. Наверное, в том и заключался смысл Его жизни (и Он изредка так думал об этом), чтобы пребывать в уравновешенном состоянии.
За свое жизнь Он встретил очень много самых разных людей, и продолжал встречать их, сидя за баранкой сперва пассажирского такси, а теперь вот и грузового, оставаясь при этом независимым от какого-то стороннего дяди, который платил бы Ему зарплату. Этот период жизни Он уже прошел и сделал про себя выводы. А впрочем, если предложат что-то похожее, почему нет? Всегда можно хвост трубой, если что-то не устраивает. Время такое настало, когда можно заниматься всем чем угодно (даже криминалом), чтобы не ходить с пустыми карманами и с полным желудком.
Однако помимо заказчиков Ему необходимо было иметь дело непосредственно с рабочей силой. С ребятами самого разного возраста и характера, занимавшихся, по сути, тем же, чем занимался Он сам – заработком исключительно для себя. Да, с грузчиками, избравшими для себя путь наемников, у которых есть своя группа в социальных сетях, куда любой желающий может выложить объявление с предложением поработать и заработать денег. Он и сам некогда разместил несколько объявлений с предложением своих услуг перевозчика на том же «Авито», благодаря которому имел возможность заработка, регулярно отвечая на звонки клиентуры, нуждавшейся в грузотакси.
Со временем у Него сложился более-менее костяк из постоянных ребят, с которыми Он ездил по городу от одного заказа к другому. Были, конечно, так называемые однодневки вроде каких-нибудь студентов из Африки или из Азии, в принципе, могущих работать, но тугих, что просто ****а, которым даже с пятидесятого раза трудно было понять местоположение той или иной точки. Не раз Он выслушивал нервотрепку ожидавших появления таких работников заказчиков, которые, мол, «где эти долбоебы нерусские?» или «****ь, время идет», или еще что-нибудь в этом духе. Естественно, ситуация крайне неприятная со всеми вытекающими из нее последствиями, включая Его собственный психоз, который пагубно отражался на Его здоровье, по природе своей стремившегося к Балансу и надежной устойчивости.
Заказчица же, ожидавшая Его на складе мебельного магазина, и впрямь оказалась приятной миловидной женщиной средних лет, хрупкой и нежной, которой Он бы мог бы и легонечко так вдуть несмотря на ее возраст. Разведенная больше десяти лет назад, имевшая сына и дочь, женщина осталась довольна общением с Ним, однозначно располагавшем к себе человеком, с которым приятно разговаривать, и которому можно рассказать что-то личное, что при других условиях должно быть скрыто от посторонних глаз и ушей. Позднее женщина оказалась довольна как исполненной работой, так и ее исполнителями, и на Его просьбу составить положительный отзыв, охотно согласилась так и сделать.
На указанном женщиной адресе их уже ожидал Мирослав (и к этому имени Он привык практически сразу после того как его услышал), прибывший для работы на маршрутном такси. Заказчица просила всего одного грузчика для того, чтобы поднять на грузовом лифте новый диван, каждая часть которого была надежно запакована в пленку. Практически всегда Он помогал грузчикам, выступая в роли такого же грузчика и помогая ребятам с переносом и укладкой в фургоне собственной машины. При этом у Него имелись определенные проблемы со спиной, испорченной Им в юности. Потому что Он был приучен работать с малых лет, приучен был въебывать горбом и руками, понимая, что такое труд, и какими усилиями приходиться себя кормить.
А вот Мирославу пришлось изрядно попотеть, чтобы не ударить в грязь лицом. Плечистый и кудрявый, в обычных условиях достаточно крепкий молодой человек лет двадцати – двадцати пяти, вчера вечером изрядно напился (нет, не нахуярился, но был к тому близок), и с утра его состояние было вполне объяснимо.
Мирослав просил подбросить его до какого-то магазина по окончании работ, и всю дорогу Он вынужден был слушать стенания и оханья парня по поводу его больной и гудевшей головы. От него несло легким перегаром, и наверняка заказчица так же почувствовала этот душок, но соблюдая тактичность, никак словесно на это не отреагировала. К тому же, Мирослав сделал все для того, чтобы недешевый диван был перемещен из машины в квартиру без проблем или даже хотя бы намеков на них.
Он подбросил Мирослава потому, что ему было просто по пути в сторону следующего заказа. И только лишь из чувства того же такта Он предложил парню поехать с ним и подзаработать еще. Мол, надо будет закинуть в машину какой-то хлам. И Он прекрасно понимал, что Мирослав откажется от Его предложения, что было Ему лишь на руку. И, кажется, парень так же осознавал, что на самом деле от него хотели услышать, и потому ожидаемо отказался.
От общения с ним и вдыхая его перегар, который не смог даже погасить освежитель с лимонным запахом, Он чувствовал легкую боль в собственной голове. Он сам практически не употреблял алкоголь уже более пятнадцати лет.
Еще больше Он не понимал людей, которые напивались с вечера, прекрасно зная, что с утра им предстояло работать. Потому что Мирослав был предупрежден об этом заказе еще вчера, и теперь Он сдерживался, желая выразить ему свою оценку этому вечернему бухалову.
2.
Второй заказчик ожидал Его на заводской территории. Там было достаточно много контор, одна из которых занималась производством картона. Последние полгода это был постоянный клиент, которого Ему не стоило терять. Оплата Его услуг с его стороны производилась без проблем, строго сразу после доставки продукции по одному и тому же адресу, который находился где-то на другом конце города. Там тоже было какое-то производство, и там требовался картон.
Картонные листы были сложены стопками на паллетах, обернуты едва ли не десятком слоев пленки и зафиксированы стяжками. Ребята грузили Ему в «Газельку» четыре-пять поддонов при помощи электрокары и рохли, которой ловко орудовал один и тот же хлипенький мужичок с большими очками на носу. Он, конечно, помогал ему подкатывать груженую рохлю куда следует, чтобы все влезло. При этом Он не выделывался, мол, вот я должен как-то напрягаться лишний раз, мол, это не мое дело.
И в немалой степени этому
