позади луг, он ползет по огородам, из последних сил борясь с тем, что так мучительно пронизывает его тельце, и когда перед ним вдруг вырос забор, остановился, сдавшись перед этим препятствием.
Здесь его и увидела девочка, - он лежал на боку, припав мордочкой к земле, судорожно глотая воздух, а из раны, при каждом его вздохе, выплескивались струйки крови и, мягко скатившись по шерсти, сползали на землю. Девочка позвала его. Он приподнял лохматую голову и, уставившись на неё ясными глазами, завилял хвостом. И от этого его взгляда и привета ей стало страшно. Досель жизнь для неё была только тем, из чего она могла каждый день получать радость, а вот сейчас… Впервые наблюдая борьбу жизни и смерти, она вскочила, бросилась прочь и, прибежав домой, забилась в угол.
Но жалость к щенку пересилила испуг, она вернулась. Он все так же лежал у забора и по-детски чистые глаза его смотрели на неё. Нагнувшись, она протянула к нему руку, он лизнул её и снова слабо завилял хвостом. Девочка вздрогнула, сжалась. Судорожно прижав ладони к лицу, вдруг громко разрыдалась. Что-то большее, чем испуг, росло, ширилось в её груди, болью сжимало сердечко и, чтобы найти выход этой боли, она часто-часто зашептала:
- За что? Почему? Зачем?
Из записной книжки:
«Терпение и победа шагают рядом. Где терпение - там и победа». Хафиз*.
... Вчера пьяноватый мужик шел по улице и пел: «Пойду, плясану, трехунями трехану, пущщай люди поглядять, куда хуни полятять». И было смешно на него смотреть.
... «Мечтать, дерзать и заблуждаться»! Шиллер*.
... Моё стихотворение:
С подъёмами и спусками,
Где зеркало - вода
Бежит тропинка узкая.
Зовет она туда,
Где шелест листьев слышится,
Где свет и тишина.
Где солнца луч приветливей
Ласкает лепесток,
С лучами зорьки утренней,
Стряхнет росу цветок.
Стряхнет вдруг серебристую,
И у моей ноги
Головку свою светлую
Поднимет из травы.
Это стихотворение я посылала в Москву, в газету «Пионерская правда», и мне ответили: «Лучше читайте настоящих поэтов». Но брат отнес его в районную газету и там напечатали. Рада ли я? Да, конечно, но смущало: о моих чувствах узнали чужие люди?
… Были с Аллой в Доме культуры на вечере проводов добровольцев на целину.* После доклада выступали и они, читали свои речи по бумажкам путаясь и ошибаясь. Значит, во всем этом - ложь?
... Как хороши, как свежи были розы
В моем саду. Как взор пленяли мой!
Как я просил весенние морозы
Не трогать их холодною рукой…*.
Узнать: кто автор?»
Записывая цитаты, ведя дневник и пытаясь что-то писать, не задумывалась: зачем это делаю? И прочту подсказку, когда в девяностых издадут русского философа Николая Бердяева: «Дух дает смысл действительности. Дух есть как бы дуновение Божье, проникающее в существо человека и сообщающее ему высшее достоинство, высшее качество существования, внутреннюю независимость и единство… А творчество - обращенность к преображению мира, к иному небу и иной земле и оно есть менее всего поглощенность собой, оно всегда - выход из себя. Поглощенность собой подавляет, выход из себя освобождает».
«Как хочется поговорить с кем-то, поделиться мыслями, чтобы поняли, помогли разобраться в чувствах! Но у меня лишь единственный друг и слушатель - дневник.
... Моё стихотворение:
Быть бы птицей мне крылатой!
Я вспорхнула б в небеса,
И увидела б оттуда
Горы, реки и леса.
Поднялась бы я высоко
Над просторами полей,
Улетела бы далеко, -
Дальше, дальше от людей!
Не хочу я больше видеть
Их бестактности тупой.
Не хочу я больше слышать
Голос, вечно хлопотной.
Всё иное им постыло,
И у них мечты одни:
Лишь бы все спокойно было!
Сыты были б лишь они».
Да, ждала от тех, кого встречала, ярких поступков, примеров для подражания или хотя бы ответов на возникающие вопросы. Но, увы! Не могу вспомнить того, кто дал мне хотя бы небольшой эмоциональный толчок, направил к чему-то. Кроме брата Виктора. Позже, с такой же надеждой, стану «всматриваться» в тех, в кого буду влюбляться, и первым был Вася. Работал он корреспондентом местной газеты, был даже красив, - чистое матовое лицо, светлые волосы, большой рот с чувственными губами, серые глаза. Впервые увидела его на танцплощадке и, - о, радость мгновения! - пригласил он меня на вальс.
«Вчера на танцах Васи не было. В последнее время он почему-то часто бывает грустным, а я никак не могу понять: почему?
... Я сблизилась с отличниками, нашей «верхушкой», и оказалось: какие же они пустые! Наверное, выучить что-то очень хорошо совсем не значит быть умным.
... Вчера Вася спрашивал: почему я «такая»? А когда подошли к дому и я сразу же хотела уйти, то он с такой тревогой посмотрел на меня, что я вздрогнула.
... Нет у меня близких подруг, нет и того, кого могла бы полюбить. Часто думаю: а каким Он должен быть? И пока не знаю.
... Думаю, что Вася мог бы стать мне другом, но чего-то в нём не хватает. Может, откровенности? А еще замечаю, что появилось у него новое чувство ко мне, которое тревожит и которого боюсь».
Первое мое увлечение, первое разочарование… Сколько их будет паотом!
А тогда Вася довольно скоро стал мне скучен, - не оказалось в нём чего-то нового, яркого. Да и зажат был, осторожен, а поэтому казался неживым. Сейчас-то понимаю, что в то время работать журналистом и оставаться искренним было даже опасно, - господствующая идеология партии КПСС не допускала иного толкования происходящего кроме того, который диктовала партия. Вот небольшие отрывки «печатного слова» из недавно найденной в моих «архивах» страницы газеты «Правда»*:
«Редакциям центральных и местных газет, Государственному комитету СССР по телевидению и радиовещанию и Государственному комитету ССР по кинематографии поручено обеспечить освещение в печати и средствами кино, радио и телевидения достижений в мелиоративном строительстве и эффективности мелиорации в реализации Продовольственной программы СССР»
«На марше пятилетки. Работники промышленности в ходе социалистического соревнования за повышение эффективности производства осуществляют мероприятия по успешному завершению плана четвертого года одиннадцатой пятилетки…»
Ох, лучше б не попадалась мне на глаза эта газета!
«У отличницы Зины Мухиной был день рождения, пригласила она и меня… Никак не пойму: почему отличницы тянут в свою компанию троечницу?.. И вначале было весело, но потом оказалось, что они устроили сюрприз для меня, пригласив Васю. Когда увидела его, то сразу хотела уйти, но Алла стала удерживать, да я и сама сообразила, что это будет нехорошо, но, когда шли с ним домой, сказала ему, что мы друзьями стать не можем.
- Значит, на этом кончим? - спросил.
- Да.
И ушла. На танцах в воскресенье он не подошел и всё время был с другими девчатами. Ноша - с плеч. Наконец-то я свободна!
... Очень часто замечаю, что Эдик Абрамов смотрит на меня. А вчера пригласил танцевать и, хотя за весь танец не сказал ни слова, но как же было хорошо с ним! Жаль, что некрасивый.
... Была на танцах с Зиной и Аллой, но вскоре отошла от них, села подальше. Наверное, на моем лице было очень постное выражение, потому что подошел Вася, и уже весь вечер пришлось танцевать с ним, хотя теперь он мне безразличен. Когда дошли до дома, вдруг сказал:
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, когда окончишь школу.
А я засмеялась:
- Мало ли чего ты хочешь!
И побежала домой. Правда, потом стало жалко его, но что же делать, если не люблю?...
…Сегодня не успела сделать ни одного урока, хотя знаю, что по тригонометрии вызовут. В «свете» скучно. Из всех ребят только с Эдиком интересно разговаривать, но он такой некрасивый!
... На танцах Эдик спросил: почему так быстро надоел мне Вася? И как узнал? Наверное, от Аллки. А, впрочем, он умный, мог и сам догадаться.
... Васи на танцах не бывает, наверное, уехал куда-то. Ну и хорошо».
В начале 2000-х местная писательская организация издала альманах «Край родной», в котором было два рассказа Василия Пищулина, моего бывшего поклонника. Значит, стал писателем. А тогда уехал он на Дальний Восток, - сестра его как-то сказала маме, что из-за меня, - и больше мы не встречались.
*Александр Островский (1823-1886) - Драматург, автор пьесы «Гроза».
*«В городском саду» - Песня композитора Матвея Блантера на стихи Алексея Фатьянова.
*Стихотворение Булата Окуджавы (1924-1997) - Поэт, бард, прозаик и композитор.
*Виссарион Белинский (1811-1848) - Литературный критик.
*Николай Чернышевский (1828-1889) - Философ-материалист, революционер-демократ.
*Николай Добролюбов (1836-1861) - Литературный критик, поэт, публицист, революционер-демократ.
*Последняя фраза "Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем" писателя Николая Гоголя.
*Иван Тургенев (1818-1883) - Писатель, поэт, драматург, переводчик.
*Перестройка - общее название кардинальных перемен в экономической и политической структуре страны с 1985 по 1991 год.
*Федор Тютчев (1803-1873) - Один из крупнейших русских поэтов.
*Иосиф Сталин (1878-1953) - Глава СССР (1924-1953).
*Лилианна Лунгина (1920-1998) - Советский и российский филолог, переводчик.
*Шамсуддин Хафиз (1325-1390) - Персидский поэт.
*Фридрих Шиллер (1759-1805) - Немецкий поэт.
*Освоение целины - Введение в оборот целинных земель в 1954 -1965 годах.
*Стихотворение Игоря Северянина (1887-1941) - Российский поэт.
*Николай Бердяев (1874-1948) - Религиозный и политический философ.
*«Правда» - Газета КПСС до 1991 года.
Глава 4
Из дневника
1954
.«Ехала поездом в Брянск на семинар, рядом играли в карты ребята. При проверке у них не оказалось билетов. Троих контролеры увели, четвертый пошел сам, а пятый бросил ему вдогонку:
- Вот дурак!
Потом помедлил и пошел следом.
А на семинаре... Весь день – лекции, лекции, от которых становилось муторно, - чудовищный идеологический аппарат хочет сделать из нас существ, которые только бы подчинялись и не пытались думать».
В тот год дневниковых записей я почти не делала, - наверное, работать было интереснее, чем учиться, да и времени свободного было меньше, - но записная книжка была. А работать я пошла через пару месяцев после окончания школы, мой дядя устроил меня в воинскую часть библиотекарем в клуб. Но вначале ездила в Ленинград поступать в Технологический институт, ведь там училась соседка и так интересно рассказывала о нём!
Поезд тащился почти два дня, я лежала на верхней полке, за всю дорогу ничего не ела и плакала, - казалось, что расстаюсь с родным домом навсегда – и так настрадалась, что при подъезде к Ленинграду вышла в тамбур и упала в обморок. Но отчаяние мое было напрасным, - провалилась по химии. На оставшиеся деньги купила бусы, а на обратную дорогу, - тогда поезд до Брянска шёл почти двое суток, - запаслась только тремя помидорами и буханкой хлеба.
[i]Книг в моей библиотеке было тысячи три, читателей мало и каждый день начинался с того, что надо было получить газеты, расписать и раздать подписчикам. Иногда посылали меня в областной город на окружные семинары, которые вёл подполковник Шаманин, и как-то сразу он «положил на меня глаз», а
