Он, - Дом в деревне, хоть и древний, как гавно мамонта…
-Перестань, - остановила Его Диана, - Ну что это за дом: печное отопление в 21-ом веке, ни воды, ни тепла, ни канализации.
-Ты хочешь предложить мне что-то получше? – вскинул Он бровь, - Позволь мне спустить тебя на бренную землю, но так живет больше половины деревенского населения. Хотят или нет, но приходиться так жить.
-Давай сейчас не о них.
-Не возражаю. Итак, мисс Фея, удиви меня, срази наповал, - улыбнулся Он.
-До феи мне далеко, - рассмеялась Диана, - Если бы у меня только были такие возможности. Но ты прав, я действительно хочу что-то сделать для тебя.
-Да ладно…
-Подожди, - остановила Его Диана, даже взяла Его за руку, а затем отпустила, но продолжила, - Я тебе верю. Ты действительно решительный и совсем не глупый человек. Ты приходил в администрацию с проблемами, которые не постеснялся озвучить прямым текстом в общении с мэром города. Ты пришел, имея при себе некоторые идеи, аргументированные и озвученные тобой. Это очень хороший шаг с твоей стороны. Пусть твои предложения устроили далеко не всех, пусть далеко не всем понравился твой боевой настрой, который ты выразил. Я знаю, ты готов отстаивать свои интересы, это очень трудно на самом деле. Уверена, ты достаточно ответственный работник. Я считаю, таких людей всегда необходимо как-то поощрять. Мне нравятся такие люди.
-Еще слово – и я покраснею от стеснения, - поспешил вставить слово Он, не раз слышавший хвалебные слова в свой адрес от своих руководителей.
Если бы только они еще как-то стимулировали Его стремление к этой ответственности. Желательно, финансово. Но только один пиздеж, мол, ты такой умный, ты такой охуенный, вот только денег нет, но ты держись.
-Дело твое, - улыбнулась Диана, - Я не хочу, чтобы ты продолжал гробить свое здоровье этими физическими нагрузками. И так проблем с сахаром достаточно. Я ищу тебе более легкую работу, где ты не будешь убивать свою спину и руки с ногами.
-Ну ни фига ж себе, - не сдержал Он усмешки, - К вам в администрацию?
-Это гадюшник на самом деле. Тебе не надо там быть, поверь мне. Думаю, ты и сам понимаешь, что туда лезут ради денег, за которые легко горло перегрызут.
-А ты тоже там крутишься, - заметил Он.
-Ты слишком отвлекаешься на кого-то другого, - Диана, кажется, ожидала этого замечания, - Это основная причина твоих седых волос и того, что происходит у тебя внутри. Твоя жизнь принадлежит только одному тебе. Тебе решать, как с тобой будет. Твои интересы – только твои, ничьи больше. Когда тебе хотят помочь в хорошем смысле этого слова – думай только об этом. А я хочу тебе помочь хоть в чем-то.
-Мне бы дом свой, - не постеснялся выразить Он свое пожелание, - Жилье со всеми условиями. Чтобы я был в нем полноправным хозяином. Я не хочу в деревню возвращаться. Там, конечно, классно и спокойно, но не хочу. А в идеале – я бы выкупил то жилье, которое сейчас снимаю. И хозяева знают о том, что я бы так и хотел сделать. Но все, как и всегда, упирается в бабки.
-Вот видишь, тебе и самому все понятно, - вздохнула Диана, - Квартирный вопрос, как известно, портит всех людей. У меня, к сожалению, нет таких возможностей… Однако, может так получиться, что одним из мест работы, которую я стараюсь тебе найти, станет дом, за которым нужен постоянный пригляд. Уборка как внутри дома, так и уборка территории вокруг него. Хозяева там появляются очень редко, поэтому дом необходимо содержать в чистоте и порядке.
-Это где же такое место? – усмехнулся Он, про себя сомневаясь в приемлемости Им такой работы.
-В «Грезах», - не стала уходить от прямого ответа Диана, чтобы, как говорится, не сглазить.
-Хм, - не сдержался Он.
Он много раз бывал в этом месте по работе. То был коттеджный поселок на окраине города, к которому у Него сама собой возникала сильная неприязнь. Он хотел бы сравнять «Грезы» с землей, прекрасно понимая, что люди, жившие там, однозначно должны были бы если не стоять у стенки как откровенные враги народа по приговору народного суда, то однозначно сидеть пожизненно по той же самой причине, нахапавшие и продолжавшие хапать, будто помешанные на обогащении за казенный счет. Не Рублевка, конечно, но дома в «Грезах» действительно были пиздатые: и на два этажа, и на три. Из красного кирпича, декорированные, со вкусом, кто во что горазд, лишь бы награбленное бабло позволяло. Он откровенно ненавидел их хозяев – чиновников, руководителей фирм и предприятий, всю эту форменную мразь.
-Звучит даже забавно, - заметил Он, представив себя в той роли, о которой говорил Диана.
-Пока это одна из вероятностей, - напомнила она.
Однако Он нутром чувствовал неизбежность своего пребывания в «Грезах», куда, с одной стороны, Ему не очень бы хотелось попасть.
Он ведь совершенно обоснованно предполагал, что этот вариант был неким ответом на Его визит в городскую администрацию с целью общения с мэром и изложения тому своих претензий.
А с другой стороны, почему Он не должен был доверять Диане? Прежде чем говорить с мэром города, Он разговаривал именно с ней, записавшись на прием к градоначальнику. И тогда Ему казалось, что Диана вполне понимала Его настроения, Его недовольство, Его переживания. Она периодически кивала головой, угукала, и то и дело делала какие-то отметки в своем блокноте шариковой ручкой. Какая-то особая энергетика исходила от Дианы в тот момент. И Ему понадобился ровно час времени, чтобы полностью изложить те вопросы, ответы на которые Он давал сам. Жаль, что при Нем в тот момент не оказалось диктофона, чтобы записать свою пламенную речь. Он практически разжевывал едва ли не каждое свое слово.
И Он чувствовал, что то, что Он пытался донести, действительно доходило как до Дианы, так и позднее до главы города. И таким Диана запомнила Его в самый первый раз, такого Его она, казалось, хотела видеть – знающего толк в красноречии, и прячущегося внутри привычного мелкого обывателя, который разговаривал на максимально простом языке, будто совсем необразованная деревенщина и какой-нибудь забулдыга.
Он обнаружил вдруг, что на самом деле Он был бы не против такой вероятности оказаться в «Грезах» в качестве смотрителя чьих-то хором, о которых Он втайне мечтал, про себя восхищаясь каждым в коттеджном поселке домом.
А спустя три дня Он в очередной раз звонил двоюродной сестре, которая ни разу не навестила Его с того момента, как Он обосновался в городе. Однако Он знал о месте ее собственного проживания, и сколько-то раз был там по самым разным поводам. Он старался поддерживать с Танькой связь, периодически позванивая ей и рассказывая о некоторых своих делах. В этот раз речь шла о Его отце, с которым необходимо было что-то решать. Точнее, все, похоже, было уже решено, и сестра так и не собиралась забирать старика к себе, настроившись на определение его в специализированное учреждение.
Но прежде предстояло собрать кучу справок. Как всегда, без бумажки ты букашка, и справок действительно требовалось до ебени матери. Это означало, что со стариком надо было ездить по больницам, мотаться и тратить на всю эту херню время. Время и деньги, которых у Него и без того было не так много, как Ему бы хотелось.
-На меня даже не рассчитывайте, - категорично предупредил Он сестру, - Вы все в курсе, что я в городе без крыши над головой, в любой момент могу вылететь к херам собачьим. Поэтому мне нужны деньги. А чтобы были деньги – надо въебывать. Если я буду мотаться – кто мне денег даст? Будет свой дом, с нормальными человеческими условиями, я готов его к себе забрать без колебаний. Если что – найду человека, который будет за ним смотреть, пока я на работе. Если уж на то пошло, кроме матери мне никто за все это время ни копейкой не помог. Я, конечно, не просил и не хочу просить, но тем не менее. Никто из вас даже адреса моего не знает ни одного, ни прошлых, ни нынешнего. Только мать знает, где я в тот или иной момент времени. Потому что навещает меня раз в полгода. У вас у всех свой угол, вам можно расслабиться, отвлекаться на что-то еще кроме работы. Мне ездить некогда.
А ведь у них была свободная квартира в городе, оставшаяся после смерти бабки Иры – матери мужа Его тетки. Бабка Ира оставила квартиру своим внукам по завещанию, даже не родному сыну. И Его, конечно, это не должно было касаться. И Его это не касалось, и Он не совал своего носа в эти дебри. Он знал лишь только то, что теперь эта квартира сдавалась внаем.
-Ну и поселили бы они тебя туда вместе с отцом, - негодовала Его мать, - Ну и платили бы вы, хуй бы с ними, в чем проблема-то?
-Вообще похуй, - пожимал Он плечами.
-Тебе же ведь высказывать будут, - напомнила мать.
-Пусть высказывают. Там все в курсе, и доказывать ничего не собираюсь.
-Блядь, придурки чертовы. Ну и придурки.
-Какие есть, - только кивал Он головой.
Он никому не рассказывал ни о какой Диане с ее попытками облегчить Его существование в городе.
После их общения в кафе в последний раз прошла целая неделя, прежде чем Диана позвонила Ему вечером с требованием встретиться с утра там-то и там-то, чтобы поехать в «Грезы» и представить Его хозяевам того дома, о котором она говорила.
После этого звонка Он почему-то плохо спал, просыпаясь и засыпая каждый час. Он однозначно не выспался, и утром у Него ныла голова.
Тем не менее, в указанное время Он прибыл в указанное Дианой место. Она ждала Его возле черной иномарки. Без излишних обиняков Он сел в переднее кресло машины, Диана заняла место за рулем.
-У тебя сонный вид, - мгновенно отметила она, - Ты не выспался?
-Так точно, не выспался, - выдохнул Он и широко зевнул.
-Сейчас доедем до «Грез», а потом я отвезу тебя домой, - предложила Диана, Он не возражал.
До «Грез» они добрались минут за двадцать-тридцать с учетом утренних дорожных пробок и светофоров. А дальше Диана свернула вглубь одной из улиц коттеджного поселка, и через несколько метров остановила машину возле одноэтажного дома, сложенного из белого кирпича и окруженного высоким глухим забором с запертыми воротами, загнанными под широкий навес. Здесь же была площадка, выложенная серой узорчатой плиткой, которая тянулась вдоль всего забора. Никакой грязи, никакого мусора. Хозяева провели даже водосточный желоб, практически не засоренный и оканчивающийся решеткой водостока.
Он же сразу заметил две видеокамеры под навесом, направленные в разные стороны. Камеры были и над входной дверью в дом, к которой вела мощеная из плитки дорожка, и на прочих постройках, скрывающихся за высоким глухим забором. Камер было полно. Ну еще бы: во дворе было просто шикарно. Нашлось место даже бассейну с шезлонгами. К каждому объекту во дворе вела своя отдельная дорожка, выложенная из плитки, и в некоторых местах дорожки пересекались, образуя небольшие площадки.
А прямо за воротами, прячущийся под навесом, стоял мощный черный пикап.
Владельцем автомобиля оказался мужчина лет тридцати – невысокий, жилистый, с подстриженной бородой, имевший какие-то кавказские черты лица. В голубой рубашке, джинсах и в спортивных кроссовках на босу ногу, он ожидал появления Дианы и ее гостя, стоя возле калитки и скрестив руки на груди. Он представился Ему Ильей, и пока Диана оставалась в машине, слегка ввел своего потенциального работника в курс дела.
-Мне в скором времени предстоит
