ты прикольный. К сожалению - ли, к счастью - ли, но я не обладаю чувствами, как таковыми. Зато теперь я знаю запах прокисшего пива, табака, и запах канализации. И я могу биться об заклад, что от тебя сейчас пахнет как от ассенизаторской машины. А сам ты сейчас выглядишь как бомж. Но какой с тебя сейчас спрос?".
Похоже, что некоторое время он был на грани сознательного и бессознательного. И у него начались галлюцинации. Ему чудился некий канализационный сталкер, обещавший вывести его на свежий воздух, потом привиделся капитан Ягода, прячущийся за продуктовыми стеллажами с пистолетом в руках, потом генерал Егудкин, толкающий речь с трибуны, и, наконец, он отчётливо ощутил запах овсяного печенья. И это стало самым ярким его впечатлением.
Зловоние было не самым страшным испытанием. Страшнее был углекислый газ, а ещё метан, от присутствия которых в коллекторе кружилась голова и постоянно подташнивало. А ещё ему слышались голоса. Дальше оставаться в этом аду было никак нельзя.
Внезапно, нос его уловил едва заметный запах ванили... И он пошёл на этот запах...
Глава тринадцатая.
Манифест.
Как он попал сюда он уже не помнил. Если и существовал канализационный рай, то это был именно он. Помещение, по всей видимости когда - то имевшее отношение к метрополитену, было ярко освещено и чем-то напоминало офис. Здесь было тихо и сухо. По меркам подземных удобств, здесь было очень даже уютно, и здесь совсем не пахло канализацией. Ведь тут была вентиляция!
«Ассоциация некоммерческих организаций Голос», — прочитал он название на титульном листе лежащего сверху документа. Это была обычная, ничем не выделяющаяся контора, такая - же как и тысячи других, только располагалась она почему - то под землёй. Очевидно, им было что скрывать. На широких столах аккуратными стопками лежали какие - то документы, аналитические записки, статьи, на стенах висели календари, графики... А вот тут, в папке, статья о каком - то манифесте... Манифест? Любопытно... В редакции ассоциации манифест тот звучал как "Манифест о диктатуре", хотя в первоисточнике он назывался иначе. Шмидт открыл папку и начал читать...
"Манифест переходного периода"
"Прошло время революционеров - аскетов, оставлявших после себя поношенный китель, шинель и пару стоптанных сапог. Настало время пожинать плоды мировой цивилизации. Наша партийная, военная, творческая элита, более не желают жить в квартирах и дачах с мебелью под инвентарными номерами. Они хотят иметь собственные дома, дворцы, счета в банке, драгоценности, предметы искусства, они хотят иметь возможность беспрепятственно выезжать за границу, возможность передавать по наследству свои сбережения, свой бизнес, связи и влияние, титулы, власть.
- Проект СССР - КПСС предлагаю считать закрытым. На полное его закрытие нам понадобиться пять лет. Для этого нам необходимо внедрить на практике теорию управляемого конфликта.
- Использовать в «темную» нового Генерального секретаря ЦК КПСС - кандидатура уже подобрана - молод, говорлив, открыт к общению - народ должен поверить в нового лидера и пойти за ним.
- Обнародовать часть секретных протоколов тридцатых - шестидесятых годов и инициировать дебаты на телевидении.
- Запустить процесс дискредитации действующей власти, создав искусственный дефицит товаров первой необходимости.
- Реформы, как способ дезорганизации экономики, усталость народа от преобразований, формирование класса "пассивного большинства".
- Конец Холодной войны на условиях Запада.
Через провозглашённую политику гласности открыть часть архивов ГБ, организовать утечки информации и журналистские расследования.
- Организовать в прессе шельмование армии и флота.
- Подготовить и осуществить во всех регионах страны народные волнения под контролем спецслужб. Причины использовать разнообразные: борьба с партийными привилегиями, невыплата зарплат, плохое снабжение продуктами.
- Народ должен поверить, что он сам вершит свою судьбу и борется с режимом, чтобы нас - коммунистов – руководителей, в последствии не обвинили в развале государства.
- смоделировать, и в назначенное время сместить Генерального секретаря с занимаемой должности.
- На волне народных волнений привести к власти нового руководителя - поборника борьбы с партийными привилегиями - решительного и харизматичного.
- Внедрить в его окружение наших людей.
- Побудить нового лидера приступить к радикальным реформам капиталистического толка.
Этим мы поставим точку в исторической эпохе Социалистического романтизма.
Начать процесс раздачи партийных денег доверенным лицам для организации скупки акций заводов и фабрик в нашей стране и за рубежом. Доверенные лица - дети и внуки членов Политбюро - они будут первой волной нашей олигархии.
- Провести управляемую приватизацию. Исполнитель уже назначен. Это неформальный лидер ленинградской группы экономистов из Инженерно-экономического института, проводившей экономические семинары с обсуждением возможных путей рыночного реформирования социалистической экономики.
- Во время приватизации предприятий неизбежно активизируется криминал, который так же захочет поучаствовать в дележе народной собственности. Нам необходимо научиться управлять этим процессом и направлять его в нужное русло. Важно, что бы повсеместно главенствовали славянские группировки, поэтому с началом передела из тюрем должны быть освобождены прежде всего авторитеты из славян, но только те из них, кто готов к сотрудничеству с новой властью. Позже они будут интегрированы в наше общество и станут вторым эшелоном нашей управляемой элиты.
На всё это мы отводим десять лет.
- Укрепление элиты за счет «нового дворянства» осуществлять посредством частичной замены губернаторов и мэров городов на офицеров спецслужб. Осуществить передачу им основных отраслей производства республик и областей для контроля и личного обогащения.
- Основать отдел пропаганды, возродить идеологию, учредить цензуру.
- Через двадцать лет на законодательном уровне провести закон о пожизненном правлении страной с правом наследования власти".
*****
Ну и дела! Государства такого уже нет, а аббревиатура СССР - КПСС живее всех живых.
Так значит, вот где оно, - логово троцкистов - утопистов, скрывающихся под обличием правозащиты и прочей демократической шелухи? Значит тут они и скрываются? И сидят на этих вот стульях, и работают за этими самыми компьютерами? И здесь вот они и пишут свои пасквили? Перед уходом надо будет спалить этот вертеп. Тут и думать нечего. А пока хозяева отсутствуют, можно перевести дух, и, наконец, согреться. А то и вздремнуть минут пятнадцать - двадцать, или даже час... А почему бы и нет?
А Манифест прикольный. Фантазий у автора вагон, и маленькая тележка - чем не сценарий к фильму об иллюминатах?
Шмидт осмотрелся. И всё же местом, где можно было безопасно отдохнуть и какое - то время отсидеться, это сомнительное помещение назвать было никак нельзя. По - хорошему, надо было убираться отсюда. Но это было уже выше его сил. Он опустился на потёртый диван, на минутку закрыл глаза, и провалился в глубокий сон...
*****
— А у нас снова гости! — послышался женский голос.
— Опять? Сколько же их тут развелось в последнее время! — ответил мужской.
Шмидт открыл глаза и с удивлением уставился на вошедших людей, не понимая, где он находится и что с ним произошло ранее. И тут до него стало доходить, что это и есть хозяева подземного офиса, что они и есть те самые злобные правозащитники, логово которых он было собирался спалить. Только они совсем не походили на злодеев...
— В дальнем конце коридора есть подобие душевой, — обратился к нему седой старичок. — Там вы сможете помыться и постирать вашу одежду. Сделайте это, пожалуйста, от вас ужасно пахнет. Вот, возьмите пока этот спортивный костюм…
После душа его напоили крепким чаем с печеньем.
— Ешьте-ешьте! — усмехнулась дама, внимательно разглядывая его. — Они отечественные — «Рот Фронт».
— Я вообще-то тут случайно оказался… — начал было Шмидт.
— Не беспокойтесь! — перебил его старичок. — Вы можете побыть тут некоторое время, если захотите, конечно.
Глава четырнадцатая.
Имея умысел захватить власть в стране.
В игру определённо вступила какая - то третья сила. В этом у него уже не было никакого сомненья. А ведь ему следовало об этом догадаться ранее.
На лбу Шмидта выступила испарина. В голове возникали, рушились и вновь складывались логические цепочки, алгоритмы и сценарии. Он в возбуждении измерял шагами комнату. Наконец-то всё вставало на свои места, пазл складывался. Стало ясно, что некая внешняя сила проникла в тайну проекта и теперь кто-то сторонний пытается управлять самим президентом страны — кошмарное открытие! В том, что злоумышленники не профессионалы, он уже не сомневался — передатчик был маломощный, а команды неустойчивыми и архаичными.
«Вот тебе и помехи, — всё никак не мог успокоиться Шмидт, — и как я этого сразу не понял?»
На подобное, естественно, были способны иностранные спецслужбы, но это был явно не их почерк. А вот в некую группу доморощенных авантюристов он поверить был готов.
— Мы с коллегой отлучимся на некоторое время, — прервал его размышления седой старичок, — а вы пока отдыхайте и набирайтесь сил. Чай, сахар, печенье — в шкафу. К сожалению, ничего другого предложить вам в настоящий момент мы не можем. А если вдруг надумаете уйти — идите.
