совершенно измученной, Джордж, - любезно сказала та.
Мистер Кугат и мистер Эттербери вытащили свои сигареты и с беспокойством посмотрели на Лиз.
Поспешно вспомнив о своем оживлении, миссис Кугат горячо возразила, что никогда в жизни не чувствовала себя лучше, а затем возмутилась. Любой выглядел бы совершенно измученным, если бы ему пришлось высидеть в церкви и на обеде из четырех блюд, когда столбик термометра показывал почти сто градусов, - особенно после бессонных ночей.
Они с мистером Кугатом часто удивлялись тому, что воскресные обеды у Эттербери так неизменно и неуклонно следуют за поздними вечеринками. Ужины, против которых, конечно, никто не возражал.
- Это все из-за такой жары, Лиз. - Эттербери продолжал возмущаться. - Я надеюсь, вы, дети, не остаетесь дома.
"Я взял отпуск весной, - поспешил объяснить Джордж, - разве вы не помните? Мы провели на Бермудах целый месяц - на две недели больше, чем я рассчитывал, - добавил он, бросив благодарный взгляд на своего работодателя.
- Весна, - пожурила миссис Кугат.
Эттербери, направляя свой энергичный "пальмовый ветерок" в сторону миссис Кугат, - это было несколько месяцев назад! Вы же не собираетесь держать здесь всю жизнь такое хрупкое создание, как Мэри Элизабет?
Миссис Кугат, которая, несмотря на свой маленький рост, была крепка, как черепаха, выглядела довольной.
- Почему твоя мать не взяла тебя с собой в этот круиз? - С негодованием спросили ее оба Эттербери.
Лиз поспешила встать на защиту своего родителя. - О, она пригласила меня, - воскликнула женщина, - но я бы не оставила Джорджа совсем одного.
Фух! - воскликнула миссис. - По крайней мере, это пошло бы ему на пользу. Я скажу тебе, что ты будешь делать - на следующей неделе ты поедешь со мной в Уиннисокет, по крайней мере, на месяц. Если Джордж не сможет позаботиться о тебе, это сделает кто-то другой. Ты выглядишь очень уставшей!
Растерянный Мистер Кугат, посмотрел на свою жену с непривычной тревогой.
- Великолепная идея! - просиял мистер Эттербери, которому нравилось принимать доброе и бесхитростное участие в судьбе другого человека. - Мэри Элизабет действительно выглядит уставшей.
Лиз, которая к этому времени почувствовала, что ускользает, как Бет в "Маленьких женщинах", собрала все силы, чтобы возразить. - Нет, нет! Я не могла об этом даже и подумать!
Действительно. Об этом не могло быть и речи. Ей бы это понравилось, конечно, она всегда мечтала увидеть Уиннисокет - это было так мило с их стороны, что они захотели ее взять, - но только не сейчас. Она не могла оставить Джорджа. С ней все было в полном порядке - просто Лиз что-то съела и провела беспокойную ночь.
Но у нее не было ни единого шанса.
К пяти часам у миссис Кугат появились определенные планы, и, совершенно измученная, она тайком выпила свою порцию спиртного.
- Ты в состоянии поужинать? - ласково спросил Джордж, когда они добрались до дома, где не было Анны и царила воскресная тишина.
- Конечно, я в состоянии, - резко ответила та. - Со мной все в порядке, и ты это знаешь. Я просто не выспалась, у меня было похмелье и весь этот ужин. Ты и сам неважно выглядишь!
- Ты какая-то бледная и вялая, - настаивал Джордж.
- В жаркую погоду я всегда бледная, - раздраженно ответила Лиз, - и выгляжу вялой из-за своих волос. Мне нужен новый перманент, но я жду, пока отрастут волосы на затылке. Я думаю, это было очень невежливо с твоей стороны - сидеть там весь день и говорить, как ужасно я выгляжу. Судя по тому, как вы разговаривали, можно было подумать, что вы хотите, чтобы я вас бросила! Знаешь, я могла бы поехать на Ямайку. Наверное, мне следовало это сделать - похоже, я здесь никому не нужна! - После чего она бросилась на диван и разрыдалась.
Ну, ну, милая, - запротестовал встревоженный мистер Кугат. - Видишь, с тобой что-то не так, - и он опустился на колени, обхватив ее руками, за что получил пощечину.
Женщина снова разрыдалась, на этот раз с наслаждением.
Но буря, яростная, как летний ливень, тут же стихла. - Ты... ты не хочешь, чтобы я уходила? - прошептала она, неожиданно прижимаясь к нему в ответных осторожных объятиях.
- Дорогая, да, да, - сказал Джордж убаюкивающим голосом, но с несколько задумчивым выражением в глазах, - конечно, нет.
- И ты первым делом расскажешь Эттербери об этом утром?
- И еще что-нибудь?
- Ладно, тогда на этом все, - сказала она и села, отдохнувшая.
- Полежи здесь, - твердо добавил он. - Я пойду достану бутерброды и приготовлю мятный джулеп или что-нибудь в этом роде. Сегодня был ужасный день - ты вымотана.
миссис Кугат покорно откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Может быть, она была не очень сильной.
Неужели Лиз стала всего лишь воспоминанием? выцветшая фотография - миловидная, вышедшая из моды - первой жены Джорджа, которая умерла такой молодой? Ей следовало бы сделать несколько новых снимков.
На кухне мистер Кугат уронил тарелку или что-то в этом роде и тихо выругался.
Ее губы изогнулись в мягкой улыбке - возможно, когда-нибудь он оглянется назад и порадуется, что он смог немного позаботиться о ней.
Мятный джулеп почти сразу развеял эту потустороннюю мягкость. На смену ей пришло желание жить.
Поездка в Уиннисокет не стала поводом для насмешек. Пойдет ли мистеру Кугату на пользу, то, что сказала миссис Эттербери? Может быть, ей стоит уйти, возможно, ради нее самой?
Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз был холостяком, и, хотя в супружестве мужчина соблюдал строгую диету, ходили слухи, что мужьям иногда полезно отдыхать.
Что касается ее, то она почти забыла, каково это - быть свободной и предоставленной самой себе.
Уиннисокет стал бы другим миром - с новыми лицами, новым опытом, расширяющими кругозор влияниями и, возможно, даже приключениями.
Если она когда-нибудь столкнется с расширяющими кругозор влияниями или приключениями, ей лучше поторопиться – так как очень скоро исполнится тридцать.
Лиз допила свой мятный джулеп и с удовольствием устроила себе маленькое приключение в Уиннисокете.
Герой, похожий на Энтони Идена. Она, в новой одежде. Лиз понадобится много новой одежды.
Дом Уиннисокетов, расположенный среди старинных фешенебельных гор, выглядел как мечта безумного кондитера.
Он был украшен башенками и зубцами, покрыт фисташковой штукатуркой и насчитывал тысячу комнат. Здесь также были два плавательных бассейна, два поля для гольфа, два оркестра, взлетно-посадочная площадка и корты для всего остального.
Миссис Кугат, проезжая мимо в универсале Эттербери, впервые увидела его через долину и пришла в восторг.
У нее сильно мерзли ноги, и это было первое волнение с тех пор, как она покинула дом.
Ее чемодан был полон красивой новой одежды, а сумочка - чеков American Express, и домашние дела мистера Кугата и Анны обещали идти своим чередом. Оба неоднократно просили ее не думать о них, и бодро заверяли Лиз, что как-нибудь справятся, но она была в депрессии.
Они были просто чертовски веселы. У нее возникло подозрение, что они обе чуть ли не стремились к тому, чтобы "как-нибудь поладить".
Счастливое "как-нибудь поладить" было естественной привычкой Анны. Ей приходилось прилагать немало усилий, чтобы держать себя в руках, и у Джорджа были серьезные сомнения что касается того, будет ли он вообще ухаживать за Анной.
Еще до того, как она ушла, у них был дружеский вид сообщников. Когда мы с тобой будем вести дела, Анна, - заметил мистер Кугат, - у нас не будет никаких десертов, не так ли?
Анна тихонько хихикнула, а потом что-то напевала себе под нос в кладовой.
Мистер Кугат, конечно, горячо повторил, что будет скучать по ней, но, тем не менее, в его глазах горел огонек.
Она без особого энтузиазма села в поезд и сразу же легла спать.
Однако дом Уиннисокетов, сверкающий шпилями и развевающимися флагами в лучах утреннего солнца, вновь вызвал недовольство.
Мистер Кугат и Анна отступили.
Машина проехала мимо длинной вереницы оседланных лошадей.
Мимо пронесся серый родстер, за рулем которого сидела загорелая девушка в желтом свитере. Мужчина в шортах весело помахал рукой на велосипеде. Чайная лавка "Олд Мейдес" объявила о распродаже кленового сахара. Игроки "Олд Шедде" объявили о Виктории Реджине. Стрелки указывали путь к "Пещерам".
К тому времени, когда фургон подкатил под сводчатые ворота Уиннисокет-хауса, она была, в конце концов, рада, что приехала.
Госпожа Эттербери, которая опередила ее на несколько дней, появилась с двумя друзьями и целой ватагой посыльных и тепло поприветствовала ее.
Один из друзей спросил, - не кажется ли вам, что воздух здесь подобен вину - что действительно было так.
А другой сказал: - Фред будет так рад, что вы приехали.
Мистер Кугат и Анна сразу исчезли из ее головы, и она достала свою губную помаду.
Пять дней спустя Лиз застала себя за завтраком и чтением единственного письма мистера Кугата, наверное, в десятый раз. По его словам, все было просто замечательно, не было ничего нового - Это было похоже на войну - Это было похоже на медвежий рынок, Это было похоже на Рузвельта - Это было похоже на Бруклин Доджерс - Это было похоже на дождь, но все еще было жарко. Какая погода стояла в Уиннисокете? Как она проводила время? Что, черт возьми, значили все эти счета в ее столе?
Она убрала письмо в сумку и задумчиво принялась за апельсиновый сок.
В Уиннисокете стояла прекрасная погода - воздух был как вино.
Уиннисокет, как говорилось в рекламной записке, был "Панорамной игровой площадкой, где находилось все для игр", и... ну, она играла.
Лиз играла в гольф с Фредом, который был так рад ее приезду.
Фред, известный примерно восьми сотням гостей Уиннисокет-Хауса как Фвед, был племянником лучшего друга миссис Эттербери, восемнадцати лет. Фвед не ладил с людьми своего возраста. Парень им не нравился.
Миссис Кугат начала задаваться вопросом, какой именно возраст ему нравился. Однако она ему нравилась - чрезвычайно.
Слишком поздно она обнаружила, что была единственным человеком, который сказал ему доброе слово за последние несколько лет.
И она играла в теннис - с братом другой миссис.
Друг Эттербери - человек по имени Коммодор, который прекрасно ладил со своим возрастом, но почти ни с кем другим, поскольку ему был семьдесят один год, и он был рассержен на весь мир. А еще она ему ужасно нравилась.
Эта привязанность, однако, была воспринята некоторыми друзьями миссис Эттербери с подозрением.
Кроме того, из-за случайной игры в кости у нее завязался роман с директором по мероприятиям, которого звали Рассел.
За этим последовало множество развлечений - софтбол, стрельба из лука, шаффлборд, настольный теннис, бадминтон, стрельба с листа, метание мушек, подковы, бинго, боулинг, езда на велосипеде и бридж. - Она была судьей выставки цветов, выставки собак и танцевального конкурса Артура Мюррея.
Вечеринка на пляже, маскарад, гимнастический зал и концерт в холле, а также продажа сигарет на шоу, спонсируемом Республиканским комитетом Уиннисокета, где Лоуренс Тиббетт - Фвед и Коммодор танцевали на протяжении всего мероприятия, привлекая всеобщее внимание.
Она вздохнула.
Дом Уиннисокетов кишел приятными людьми, но они были очень молоды и встали, когда Лиз вошла в комнату.
В каждом углу толпились милые пожилые
