повернулся и спросил, внезапно заинтересовавшись: - вам это нравится?
Миссис Кугат была неплохим стрелком и, по праву, гордилась этим. Женщина являлась капитаном стрелковой команды в течение трехлетних каникул в лагере.
- Да, я люблю, - сказала она, надеясь вернуть восхищение, - довольно часто.
- Здесь есть маленькая наездница из шоу "Дикий Запад" по имени Ида, - неожиданно сказал он. - Я хотел бы познакомить вас с ней. Полагаю, вы займетесь этими утками и кроликами, а я пойду поищу ее.
Лиз почувствовала себя несколько подавленной, но, похоже, ей ничего не оставалось, как с улыбкой согласиться.
- Я ненадолго, - добавил он внезапно повеселевшим тоном и, вручив ей доллар, ушел. Женщина взяла пистолет.
Слегка рассерженная, она смотрела убийственно.
Парад из двадцати четырех кроликов и двадцати четырех уток был уничтожен без промаха.
- Послушайте, леди! - восхищенно воскликнул владелец.
Миссис Кугат подняла еще одно ружье и уложила двенадцать маленьких марширующих человечков. Она почувствовала себя лучше.
Собралась заинтересованная и одобрительная публика, к ней присоединились еще несколько человек.
Не успела она опомниться, как выиграла фонарь для игры в бридж. Зрители зааплодировали, а некоторые поздравили Бер.
Но где же, с тревогой спрашивала она себя, посреди ее триумфа, были Сто Семьдесят и Ида?
- Вы та дама из отеля? - раздался голос у нее за спиной, и, обернувшись, она увидела великолепно одетого ковбоя с шестизарядными револьверами на каждом бедре.
Однако его лицо, видневшееся между алым шелком шейного платка и кремовым фетром великолепной шляпы, выражало суровость молодого иезуита. Он вытащил один из шестизарядников, повернулся и задумчиво разрядил его в стадо кроликов, произведя убийственный эффект.
- Послушай, Лес, - увещевал его хозяин, - если ты опять настрелял этих кроликов до дыр, тебе придется заплатить сполна!
Но ковбой не обратил на него внимания.
- Вы приходили сюда сегодня вечером с гремучей змеей по имени Чарли Шредер? - как бы невзначай поинтересовался он у миссис Кугат.
- Да, - она сглотнула, а затем, встревоженная, дрожащим голосом спросила: -почему, где он?
Мужчина убрал пистолет обратно в кобуру, поднял фонарь с мостика и протянул руку. - Когда я видел его в последний раз, - сказал он скучным голосом, - он направлялся в лес по разным следам. Ты сможешь нормально добраться домой?
Лиз ошеломленно взяла его за руку, и они направились к воротам.
На полпути, однако, ее мозг снова заработал. - Послушайте! - сказала она, резко опуская руку. - Я хочу знать, что случилось. Где мистер Шредер? Что ты натворил?
Он впервые слабо улыбнулся. - Не волнуйтесь, - ласково сказал он, - он не ранен, только немного напуган. Я взрыл землю у его ног своим шестизарядным пистолетом, и он бросился бежать.
Реакция миссис Кугат на это мероприятие была хаотичной. Все еще напуганная, она, тем не менее, хотела рассмеяться. Учтивый, невозмутимый Сто Семьдесят испугался и бросился бежать!
- Но почему? - спросила она, пытаясь вернуться к реальности. - Что он сделал?
Ковбой снова посерьезнел. - Он снова крутился вокруг моей младшей сестры Иды, - раздраженно ответил тот. - Я предупреждал его на прошлой неделе, но, похоже, старый кот мне не поверил.
- О, - сказала Лиз и забралась в машину. Он осторожно поставил фонарь на мост рядом с ней.
- Ида - слабачка, - покорно произнес он. - Она влюбится во что угодно. Я подумал, что самое время прогнать этого Ромео - он начал заниматься поэзией. - Он говорит, что она "бутон розы с маленькими своенравными губками", - кисло процитировал ковбой, - "и сладкий воздух Айдахо мог бы сделать ее…
- Джордж Гордон, лорд Байрон? – перебила его женщина.
- Альфред, лорд Теннисон, я полагаю, - коротко ответил тот. - Что ж, берегите себя.
- О, спасибо, я так и сделаю, - ответила она с благоговением.
На сиденье рядом с ней, ничего не подозревая, лежала шляпа Сто Семьдесят первого. Она изящно подняла ее двумя пальцами и выбросила в окно.
Шляпа перевернулась в пыли.
Затем, устыдившись, вышла из машины и подняла ее. В конце концов, сейчас не время для ребячества - в него стреляли, возможно, он был ранен. Кому-то следовало сообщить. Но женщина не знала, кому именно - и, в конце концов, почему она должна беспокоиться? Он оставил ее без присмотра, чтобы отправиться развлекаться с Айдой из Айдахо, не так ли?
Лиз подняла шляпу и снова выбросила ее в окно. Затем высморкалась, включила передачу нажала на газ и врезалась задним ходом в дерево.
Обратный путь в Уиннисокет-Хаус был долгим, тягостным и скрипучим.
Когда она наконец добралась туда, лифтер, как ей показалось, странно посмотрел на нее.
Миссис Кугат подошла к двери своей комнаты, и обнаружила, что несет фару "Бридж".
- Это обойдется всего в сорок долларов, - сказал на следующее утро мастер из деревенского гаража, тщательно подготавливая к ремонту универсал.
- Вы не можете сделать мне скидку? - спросила миссис Кугат без всякой надежды.
- Нет, если ты хочешь сделать это к завтрашнему вечеру, то нет. Мне придется нанять трех человек, чтобы это сделать.
- Ну, к тому времени все должно быть готово, - с несчастным видом сказала женщина, подписала и вырвала два последних экспресс-чека.
Если только миссис Эттербери останется там еще на один день - об этом ходили кое-какие разговоры.
Задняя часть фургона была смята, как картонная коробка. Возможно, на почте лежала телеграмма от нее.
Сложив пустые обложки чековой книжки, Лиз направилась обратно по дороге в Уиннисокет. У нее остался ровно один доллар и двадцать центов. Может быть, продавец белья заберет самый большой обеденный набор и вернет наличные. Ведь он был добр ко мне.
Она не могла заставить себя телеграфировать мистеру Кугату. Ее совесть, которая так упорно дремала прошлой ночью, сегодня утром была в состоянии полунепреодолимого беспокойства. Он, как всегда, был заботлив и щедр, а что она натворила, когда осталась одна? Выбросила на ветер его деньги, разбила машину своего работодателя и позволила художнику-портретисту поцеловать себя. Мне нужна сиделка. Дорогой мистер Кугат!
К горлу у нее подкатил комок. Если бы только он был здесь, Лиз могла бы рассказать ему обо всем.
Беда, которую приходится нести в одиночку, так тяжела. А могла ли она рассказать ему? Вельветовый жакет может и не подойти.
Женщина свернула на тропинку, которая вела к почте коротким путем, и вышла из леса с задней стороны здания.
Шум, доносившийся с крыльца, свидетельствовал о том, что там, как обычно, собрались люди в ожидании почты. Проходя вдоль стены здания под открытыми окнами, она как раз успела услышать, как кто-то сказал: - Всем доброе утро! Вчера вечером произошло что-то интересное?
И восторженный женский хор ответил: - Привет!
Она остановилась как вкопанная.
- Бедную маленькую Панси, - с наслаждением продолжал один голос, - только что уложили в постель, как велел доктор. Прекрасный принц Чарли вернулся домой с охоты за сокровищами в семь часов утра!
- Моя дорогая! - Наступила напряженная пауза, и затем, - с кем ты была на этот раз? Маленькая разведенная блондинка из отеля!
Миссис Кугат собралась убежать. Затем резко остановилась, кипя от гнева. Она должна была взять себя в руки. Единственное, что нужно сделать, это заткнуть наглеца. Лиз никогда бы не позволила этой истории появиться.
- Разведенки! Эти старые кошелки! Любой из них отдал бы свои зубы, глаза прошлой ночью, чтобы увидеть это.
Она припудрила нос, завернула за угол здания и поднялась по ступенькам с высоко поднятой головой, чтобы быть встреченной с криком.
Из дверей почтового отделения вышла подруга Эттербери, и Фведа, окруженная взволнованными сторонниками. Однако, увидев миссис Кугат, женщина оттолкнула их в сторону и шагнула вперед без посторонней помощи. - Ты! - воскликнула она дрожащим голосом. - Смотри, что ты наделала! - и сунула в безвольную руку миссис Кугат распечатанное письмо.
- Фвед пошел служить на флот, обнаружив, по его словам, что женщина, которую он любил, всего лишь играла с ним.
Последовали подробные указания, как распорядиться его вещами. К счастью, он оставил миссис Кугат все свои записи о "виктроле".
Она молча вернула письмо, тихо повернулась и спустилась по ступенькам.
- Вы закажете билет на первый поезд до Олбани? - спросила Лиз у портье отеля. - Мои вещи будут готовы через полчаса.
Такси тряслось по знакомым, затененным кленами улицам, тихим в такую жару.
Как прекрасно, - радостно подумала она, сжимая сумку, - что воздух не похож на вино. Как прекрасно быть дома! Забавно, однако, что мистер Кугат не встретил ее на вокзале.
Она отправила ему телеграмму с деньгами от продавца белья, который отказался забрать самый большой набор для завтрака, но любезно одолжил ей десять долларов.
Такси подъехало к дому, и женщина с готовностью вышла. На подъездной дорожке стоял совершенно незнакомый желтый "родстер", на дверце которого висел розовый атласный купальник.
Уставившись на него, Лиз прошла по дорожке и позвонила. Кому, скажите на милость, принадлежала эта машина? Она обернулась - в дверях стоял невозмутимый филиппинец в белом халате.
- Здесь живут Кугаты? от неожиданности она запнулась.
- Входите, входите, входите, - ответил он усталым тоном и, открыв дверь, впустил ее и взял сумку.
Она неуверенно вошла в свою прихожую. Филиппинец и сумка исчезли.
Из библиотеки доносились переливчатые звуки, кто-то насвистывал "Нолу".
На цыпочках миссис Кугат пересекла холл и робко заглянула в комнату. Стены были красными, а не голубыми, и мужчина красил потолок.
- Ребята в солярии, - сказал он, не глядя вниз, и продолжил насвистывать.
Лиз повернулась и оперлась дрожащей рукой о стену, чтобы не упасть.
С веранды донесся странный смех. Кое-как добравшись до него, она обнаружила, что четверо человек - три девушки в темных очках и мужчина в шляпе - играют в бридж. Все посмотрели на нее без удивления, а один любезно сказал: - Напитки в буфете, дорогая, и принеси, пожалуйста, льда.
Однако в кладовой на раковине сидела более или менее реальная фигура - мистер Кори Картрайт, одетый в теннисные туфли, вечерние брюки и пижамную куртку. Он ел яичницу из двух яиц, намазанную на кусок хлеба.
- Привет, Лиз, - поздоровался тот. - Просто заходи?
- Кори! - воскликнула она, и в ее голосе послышалось облегчение. - Что случилось? Что ты здесь делаешь? Где Джордж? Где Анна?
Мистер Картрайт посмотрел на нее по-совиному, и она поняла, что он не слишком трезв. Он откусил кусочек и неторопливо прожевал его. - Анна, - сказал он, сосредоточившись. - Честное слово! Ты что, не знаешь про…
- Нет, не знаю! Что с ней случилось?
Он откусил еще кусочек и покачал головой. - У старшей дочери ее сестры обнаружили опухоль. Анне пришлось вернуться домой, - сказал он. Затем, сглотнув, продолжил: - но все в порядке, мы забрали Сьюки из клуба. Ты помнишь старую Сьюки, которая присматривала за Джорджем и за мной? Или, может быть, ты не помнишь...
Миссис Кугат испуганно смотрела широко раскрытыми глазами на дверь кухни.
Опытная медсестра сновала туда-сюда, готовя поднос.
Кори встревоженно подался вперед и только сейчас пришел в себя. - О, это, - с облегчением сказал он, возвращаясь на раковину. - Это всего лишь Мин Хеффельфингер,
