Май
…И увидел Он, как хорошо у Него получилось.
И увидел Он, что все получилось ровно так, как Он и задумывал и долго планировал, исключая все возможные оплошности и огрехи, даже самые мелкие, которые были бы подобны мерзким насекомым, чей писк возле уха способен просто взорвать самый терпеливый рассудок.
И был доволен Он, наблюдая результат своих долгих стараний. Впрочем, не столь уж и долгих, если говорить со всем здравомыслием и ясностью ума.
-Ты думаешь, ты все предусмотрел? – вдруг услышал Он резкий и тяжелый голос за спиной.
Повернувшись на голос всем телом, Он увидел смертного, твердо стоявшего на ногах и крепко сжавшего кулаки. Смертный был абсолютно нагим, как и положено после его покидания физического Бытия, в котором он пребывал, судя по возрасту, десятка три лет. Видимых физических увечий на теле смертного не наблюдалось. Тем не менее, он покинул прежний материальный мир. И вот теперь смертный был прямо перед Ним.
-Я знаю тебя, - заметил Он, будто совсем не удивленный этой встрече.
-А мне бы тебя, козла, не знать, - решительным тоном заявил смертный, - Ни тебя, ни твоего творения.
-Как ты попал сюда? - обратился Он к смертному по имени.
-Знаешь, я обнаружил, что для этого вообще не нужны какие-то усилия. Все, на самом деле, невероятно просто. В какой-то степени, ты – плод моего воображения, кусок говна.
-Я бы советовал тебе, смертный, говорить со мной уважительно.
-А что это так вдруг? – ничуть не сбавлял своих оборотов смертный.
-Это элементарное уважение, которому ты не обучен, - строгим тоном предупредил Он, - Смотри, как бы тебе не пришлось пожалеть за свои слова.
-А что ты можешь мне сделать? Что ты можешь мне сделать после того, что УЖЕ сделал? – не унимался смертный, явно намеревавшийся вывести Его из себя.
К Его удивлению смертный смог сделать в Его сторону шаг, преодолевая расстояние, которое было смертному неподвластно.
-Ну давай, кусок говна, сделай так, чтобы я заткнулся раз и навсегда, - требовал смертный, сделав еще шаг, - Избавься от меня, чудовище.
Он, вдруг, почувствовал, что та сила, которой Он обладал, искусно вложенная в созидаемое Им Бытие, частью которой смертный, по факту, являлся, не была Ему подвластна сейчас. Как такое могло быть?
-Знаешь, в чем твоя проблема, пидарас? – продолжал сквернословить смертный, на мгновенье показавшийся равным Ему, - В твоей публичности. В том, что о тебе известно. Одному, двоим, миллионам, миллиардам. В том, что о тебе просто стало известно. Это одна из причин моего скотского отношения к тебе. Однажды я услышал о тебе, мудозвон ты ебаный, чтобы понять, кто ты и что ты из себя представляешь.
-Стой там, где стоишь, смертный, - наконец потребовал Он.
Но даже сила Его Слова не смогла остановить приближение к Нему этого смертного, о котором Он действительно знал все, будто помня каждый миг его жизни как своей собственной. Смертный покинул физическое Бытие не плотских травм, но от той ненависти, что медленно съедала его изнутри на протяжении длительного периода времени. И это была искренняя ненависть, взращенная его собственное бессилие.
-Да вот хуй тебе по всей морде, - смертный даже не побоялся повысить на Него голос.
Он остановился в нескольких шагах от Него, но остановился по собственной воле, и никакая Его сила не могла повлиять на смертного в его решениях здесь и сейчас.
-Чего ты хочешь, смертный?
-При жизни – крови твоей. Впрочем, даже сейчас я готов тебе ее пустить и разделаться с тобой голыми руками раз и навсегда. Но еще я хочу, чтобы вслед за тобой кануло в Лету твое творение, - с каким-то извращенным воодушевлением сообщил Его внезапный гость, - А было бы еще лучше, чтобы ты прежде прошел тот же круг, в который загнал каждую созданную тобой душу. Я хочу, чтобы ты нес ответственность за свое творение. Так будет вполне справедливо.
-Разве плохо было тебе при жизни, смертный? – спросил Он со всей уверенностью в ответ.
-Пока не слышал тебя – не жаловался. Но твой голос невозможно не слышать, даже если полная физическая глухота. Ты оставил во мне эту лазейку намеренно, чтобы сдерживать меня такого, каким я получился с рождения. Ты создал грубую болванку, где все недочеты видны невооруженным глазом, стоит лишь задаться нужными вопросами. И ответ на них всегда один и тот же – твое собственное убожество.
-Ты хочешь судить меня, смертный?
-А почему бы и нет? – настаивал Его агрессивно настроенный гость, - Ты создал человека по своему образу и подобию, как известно. Различие между нами заключено только в твоем Слове, которым ты воспользовался для сотворения этого мерзкого мира. Хочешь знать, почему мерзкого? Потому что идеальные условия существования – тишина и пустота. Ровно до того момента, пока не нарушится их неприступность. Ты разрушил это равновесие своим творением, оттого оно получилось грубым и неотесанным, не идущим ни в какое сравнение с прежней чистой гармонией. Оттого подобие тебя, лишенное твоего Слова, получилось таким же грубым и откровенно недоделанным. Так что да, почему бы тебе не предъявить за твое творение? Ты не придумал ничего умнее, чем наделить смертные разумные тела теми же качествами, которых полно у тебя самого: жажда наживы, жажда власти и подчинения, стремление истребления всего и всех, когда личный интерес маячит прямо перед глазами. И все, на что тебя хватило – обозвать эти качества пороками…
Смертный неожиданно рванул вперед, быстрее молнии оказался прямо перед Ним. Через мгновение его кулак врезался Ему в челюсть.
-Все в твоем творении подчинено физиологии, мудак, - рыкнул смертный, пока Он приходил в себя, - Только тело имеет значение. Все остальное не более чем пестрый фантик, фальшивка, сукин ты сын. Все ради того, чтобы совершать лишние движения, чтобы не было так мерзко осознавать свое место. Зачем, сука? Зачем?
-Ты создал меня, чтобы я создал тебя, - пояснил смертный, выпустив пар, - Благодаря твоей публичности, я создал твой плотский образ, который привел меня к тебе после моей смерти. Знаешь, я слышал подлинный голос пустоты и тишины, которые ты превратил в руины. Он прекрасен, он идеален. Он не идет ни в какое сравнение с твоим голосом, который принадлежит тебе, который сводит людское сознание с ума. Ты знаешь, сколько людей умерло по его вине, скольких людей ты просто убил, задурманив им мозги, и просто стравив их друг с другом? А сколько еще покончили с собой, повинуясь ему? Это и есть твоя любовь, о которой написано столько книг?
-А может быть дело в тех, кто написал их?
-Да, я знаю об искажениях и откровенном перевирании фактов себе в угоду. Их писали те же люди, что рассказали всем остальным о твоем существовании. О том, как ты любишь всех и каждого в своем творении. О том, как ты любишь меня, - усмехнулся смертный, - Откровенный пиздеж, но большинство ведется.
-Так ты здесь ради них? – будто ничего не случилось, спросил Он, не чувствуя ни крови на губах, ни горевшей после удара челюсти.
-Ты знаешь, что нет, мудак, - развел руками смертный, - Ты же все про всех знаешь. Буквально о каждом. Давай, расскажи.
-И расскажу. Ты пришел ко мне только потому, что в тебе нет той корысти и жажды наживы, о которых ты рассказываешь. Ты пришел ко мне потому, что ты чист и открыт, ведомый музыкой, которую слышишь долгое время. По этой причине ты покинул физический мир, музыка которого отлична нее. Ты пришел ко мне потому, что твоя так называемая ненависть и раздражение к окружающему миру, твое желание обрести власть над ним и наказать его за те невзгоды, что ты испытал, основана на твоем благородстве и открытости, которой ты никогда не изменял. А на самом дне ее – обычный страх. Страх быть как все, которых ты называешь корыстными, жаждущими личной наживы и каких-то особых людских привилегий. Ты здесь потому, что никогда не отступал от меня.
-Я здесь потому, что никому ничего не должен. И тебе в том числе. Но ты устроил все так, чтобы принуждать меня к совершению лишних телодвижений теми ограничениями и условиями, что были и остаются в твоем творении. При жизни я все чаще приходил к мысли, что придумал меня и загнал меня в эту клетку намеренно, будто я всегда оставался твоим верным вечным соперником. И однажды я впервые услышал эту музыку, которая словно подтверждала мои мысли об этом, обозначавшую в своем величии знакомые мне тишину и пустоту, нарушенные тобой однажды. Специально против меня. Я знаю о том, что и у тебя есть слабое место, что ты не Абсолютное создание, как тебя пытаются представить твои избранники, которым ты дал определенные привилегии, я знаю, чего ты боишься – тех самых тишины и пустоты, знакомых тебе.
Смертный вновь набросился на Него, сбил с ног. После этого он вновь нанес несколько ударов по Его лицу.
-Я знаю, что ты думаешь сейчас. Что я не могу одолеть тебя до конца, выбить из тебя жизнь. Что это мое бессилие перед тобой в эти мгновения, моя убогость, как твоего творения, и все такое в этом праведном духе. Да, это так. Это и впрямь мое бессилие, мое стремление задать тебе вопросы напрямую, без твоих мерзких посредников в физическом мире. Но знаешь, сейчас мне реально похуй. И на тебя, и на твои предположения. Я получил свободу. Прежнюю, ту, которая напоминала о себе, пока мое ебучее сердце не остановилось, представив меня самим собой. Поэтому я могу рассадить тебе твое поганое рыло в хлам в любое мгновение. Но больше того, я могу засунуть тебя в твое же творение, чтобы ты самолично не оставил от него ни микрона воспоминаний. Поверь, так оно и случится. И те, которым ты позволил рассказать о том, кто ты, о твоей, якобы, любви ко всем и каждому, нагнут тебя раком, чтобы всадить тебе до самых гланд.
Вслед за тем смертный сомкнул руки на Его шее, оказавшиеся для Него слишком тяжелыми, слишком сильными, чтобы Он смог сопротивляться, после чего облик смертного расплылся до бледной дымки.
И вот Он вдруг открыл глаза, обнаружив себя в знакомой прежде тьме, которая странным образом звучала в Нем, и Он не мог уловить смысл или принцип этого звучания. Он чувствовал себя сбитым с толку, и практически ничего не помнил из того, что было с Ним прежде.
[b]Он видел лишь обнаженное и бездыханное тело смертного. На растерзанное и залитое кровью лицо его было просто страшно смотреть. Руки Его неожиданно заныли, при взгляде на них Он обнаружил множественные ссадины. Он сразу понял, что именно Он сотворил с лицом смертного свою расправу, что Он задушил несчастного своими собственными руками
