непритязательному взору.
Ну а если кто и замечал грязь у себя под ногами, то вот столь сурово и пафосно он в нее тыкал, как будто само ее присутствие в жизни общества самым прямым образом всячески так явно оскорбляло его до самого безумия нежную натуру.
227
А когда люди ума так и пышут яростными восклицаниями по поводу всего того, что им совсем ведь вовсе явно не нравится в их стране, то уж весь этот негатив вполне имеет свойства накапливаться, а потому и самое простое население приобретает дикое желание начисто бы смести все ныне существующие институты власти…
Что уж собственно и дозволило росткам иберийского абсолютизма истово так твердо прижиться на российской почве, а далее и прорости, дав при этом самые до чего совсем явно неподходящие всходы.
И вот он самый же конкретнейший всему тому пример.
Чехов «Невеста»:
«– И как бы там ни было, милая моя, надо вдуматься, надо понять, как нечиста, как безнравственна эта ваша праздная жизнь, – продолжал Саша. – Поймите же, ведь если, например, вы, и ваша мать, и ваша бабулька ничего не делаете, то, значит, за вас работает кто-то другой, вы заедаете чью-то жизнь, а разве это чисто, не грязно»?
Суровая борьба с праздною жизнью живущими бездельниками – занятие само по себе, куда поболее чистоплотное, нежели чем беспрестанная возня в навозной куче до чего только будничного общественного неустройства, а посему доктор Чехов именно его себе и выбрал, так сказать, как наиболее удобную среду для самого существенного выявления совершенно неизгладимых общественных пороков!
228
Ну а если бы Антон Чехов поистине стал безо всякой устали призывать к ответу всех тех жуликов, что нагло разворовывали, причем считай до фундамента все, то ныне совсем так былое российское государство…
И вот как-никак, а даже не став еще на весьма строгий социалистический путь Антон Чехов явно уж успел занять позу едкого и на редкость язвительного критика совсем не в меру двуличного общества своего времени.
А между тем ему надо было светить лучом надежды, а не рвать в клочки все неустройство и неблагополучие его страны.
Но Чехов, к примеру, в его рассказе «Именины» весьма откровенно обнажает всю глубину лицемерия светской жизни мещанского общества.
И при этом он явно совсем в сердцах возносит над собой руки, умерщвляя при этом само будущее, в котором будут точно также присутствовать беспардонная ложь и казенные личины весьма тщательно натянутые на отчаянно постные физиономии...
Но все это разве что лишь тогда разжигало пламя, а оно, видите ли, и должно было все вокруг яростно сокрушить, и совсем же безжалостно обезглавить «змея Горыныча» безнадежно старого социального зла.
А между тем, сколь непременно нужно было нечто так совсем иное, а именно и впрямь высекать искры, обвиняя тех, кто виновен в запустении душ, тех, кто погряз во всех грехах, нежась в перинах совсем неправо нажитого богатства…
А еще и делать — это надо было никак не абстрактно, а прямо в лоб отчаянно и невзирая на лица, яростно же глаголя обо всех тех исключительно темных делишках больших и малых взяточников и казнокрадов…
Причем да тут вовсе совсем не о чем спорить, дореволюционное общество тоже было довольно нечистым, а, следовательно, в случае меткой и крайне агрессивной критики в свой адрес, еще вот явно наградили бы довольно многие его представители именитого писателя целым ворохом гнуснейших и отвратительнейших ярлыков.
И при этаком раскладе вполне возможно уж не стал бы Чехов тем истинно великим общемировым классиком, зато, быть может, его светлое отечество ныне совсем бы не зависело от цен на нефть.
И тому была весьма веская и очень даже серьезная причина.
Очень даже многие представители интеллигенции едва вот унесли ноги из страны вечных советов, а из тех, кто остались было немало тех, кто погиб в те первые же послереволюционные годы.
Ну а также хватало и тех, кто не выжил в сталинских лагерях.
А вот кабы на деле все вот пошло несколько иначе и сам воздух был бы чище, да и вообще российское государство могло бы жестко диктовать цены на экологически чистые, да и значительно поболее ЭФФЕКТИВНЫЕ энергоносители.
Да только всем тем своим чересчур резким словами, Чехов попросту взял и уж всеми силами обязал народы России беспрерывно трудиться, словно белка в колесе. И все во имя того на редкость нелепого миража некоего вполне так умопомрачительно светлого будущего.
Причем все то «мнимо лучшее житье-бытье» как вот было оно тем еще эфемерным призраком, так уж именно им оно и осталось.
Но сомнение в выбранном партией пути было считай так смерти подобно…
А именно потому при том новом и самом наилучшем в мире строе и было принято сколь еще совершенно буднично чисто вот вполне по-житейски расстреливать и расстреливать беспощадно, причем не только за ярко выраженные контрреволюционные взгляды.
Нет, в том числе и, просто на всякий случай, за одну лишь отвратительно буржуазную социальную принадлежность, которая была столь отныне безумно ненавистна всему тому новому пролетарскому духу.
Раз уж тем на редкость безродным товарищам большевикам, все те «бывшие» были попросту отныне совсем вовсе и ни к чему.
Раз и близко так нечего было всякой той еще контре беспрестанно путаться у господ-товарищей под ногами.
Они теперича явно бы помешали блистательно и молниеносно строить в том до чего еще аморфном светлом будущем истинно райскую жизнь.
Причем, господа большевики вполне так полноценно имели весьма достойных предшественников в виде тех, еще бравых и сытых мечтателей и кто-то им сколь обильно сыпал и сыпал солью горьких слез в суп…
К примеру, тот же достопочтимый Лев Толстой, был попросту без тени сомнения явно готов и впрямь-таки на сеновале, на свеженьком сене валяться и быть искренне так самым простым мужиком, хотя, барин этого делать нисколько не должен, поскольку, это создает у народа крайне нездоровые иллюзии.
229
Простонародность интеллигенции в этакой весьма специфической области была и есть, неизбежно так явно вредна, раз в некоторых аспектах ей-то (по всей ее должности) всецело же надобно на редкость резко и значительно возвышаться над своим сколь разноликим народом, а то и обеспечит во всей стране тот еще самый полноценно нормальный порядок.
А как оно вообще может быть хоть сколько-то иначе, коли каждый индивидуум, непременно так должен весьма твердо осознавать именно свое правильное и вполне для него более чем естественное место?
И кстати, той наиболее главной общественной задачей для абсолютно любого же представителя интеллигенции, неизменно является именно то, по сути, сколь так естественное отстаивание до чего безупречно во всем настоящих и довольно-то ныне весьма насущных интересов всего своего народа.
То же самое весьма вот, несомненно, разом касается и полноценно дельного управления рабочими кадрами, поскольку человек, имеющий за свой труд вполне достойную плату, для разумного работодателя, безусловно, окажется гораздо предпочтительнее, нежели чем тот, кого действительно можно будет весьма уж запросто обобрать до последней нитки, выжимая из него все его соки.
Ну а, сколь вовсе-то нехотя давая ему лишь разве что, то без чего, он попросту никак не сможет, продолжить все свое повседневно скотское существование, значительно же вполне улучшить продуктивность и емкость производства никому и никогда попросту так совсем явно же не удастся.
230
И вот чего еще именно написал по данному поводу слишком так во многом уж гениальный писатель Лев Толстой в его романе «Война и мир».
«Вот уж нисколько: никогда и в голову мне не приходит; и для их блага вот чего не сделаю. Все это поэзия и бабьи сказки, – все это благо ближнего. Мне нужно, чтобы наши дети не пошли по миру; мне надо устроить наше состояние, пока я жив; вот и все. Для этого нужен порядок, нужна строгость… Вот что!" – говорил он, сжимая свой сангвинический кулак. "И справедливость, разумеется, – прибавлял он, – потому что если крестьянин гол и голоден, и лошаденка у него одна, так он ни на себя, ни на меня не сработает».
Но то был кряжистый и статный хозяин, и все чем он владел, у него было прямо под боком, он и вправду кое-чего умного мог своему работнику довольно-таки дельно, да и вполне здраво кое-где подсказать.
Это ведь вовсе совсем не вся та большевистская власть, дающая одни лишь самой разнузданной и несуразной глупости советы.
В принципе, в экономической сфере буквально всякая власть до чего зачастую сколь явно так более чем непроходимо глупа, поскольку ею подчас движут одни лишь те чисто сиюминутные, меркантильные интересы, а никак не некие те ею во всеуслышание громко заявленные довольно-то большие и сколь многозначительно уж якобы вот всецело общественные.
Она может чем-либо подобным чисто так внешне и вправду сколь смиренно прикрыться, словно тем еще фиговым листочком, да и деньги у нее, как правило, совершенно чужие, своим потом и кровью никак и близко не заработанные.
Ну, а потому и тратит она их, не по уму и по сердцу, а как то ей самой сколь блажно и вовсе беспутно только так еще в голову же взбредет.
231
Причем считай, уж хуже всего это окажется именно в том государстве, что и впрямь было как есть всеобъемлюще объято пламенем самого безудержного энтузиазма по поводу совсем так нелепого и до чего еще как есть спешного же построения некоего того изумительно нового, иного мира.
А между тем нечто подобное, безусловно, является разве что сущей химерой, самым наглядным образцом и близко никак неосуществимых в реальности, прелестно сладостных грез.
Поскольку — это как раз-таки ради сколь наглядного приближения истинно наилучшего грядущего всей той великой страны и нужно было, никак не брезгуя абсолютно ничем весьма последовательно и вдумчиво всячески так излечивать все лишаи старого рабства, а не подводить под него некую ту исключительно новую догматически единственно верную основу.
И это чисто же во имя того и надо бы безо всяческого стеснения, как и без малейшей тени льстивого благодушия всячески вытеснять всю барскую и холопскую темень и ложь яростно огненосными словами.
Но при этом никак ведь нельзя со всею страстью давить до чего тяжелым кирзовым сапогом всему же обществу на его наиболее старую и любимую мозоль, ибо это дело сколь безнадежно так отвратно неправое…
Раз уж те наиболее главные его отрицательные качества проистекают исключительно лишь от одного того сколь еще блаженного неведения, то есть самого вот до чего весьма откровенного невежества.
Ну а его надо бы искоренять только в душах пока еще явно так нисколько незрелых…
Но естественно, что куда и впрямь смелее и праведнее будет давить и давить всякое явственное зло тем лишь более чем яростно преумножая количество голов у той самой проклятой гидры точно так того же социального неравенства.
И столь еще тягостному угнетению трудового народа при власти отпетого быдла никак не приходит сколь еще весьма уж печальный и вполне здравый конец, а скорее наоборот точно тот прежний хлыст становится разве что только значительно длиннее.
Причем наиболее основной причиной весьма значительного укрупнения всех тех
