движению.
313
Однако же между тем все вот их и впрямь до чего исключительно алчные принципы, несомненно, могли им, то самое всецело на деле дозволить…
А именно взять, да и весьма благосклонно принять (на государственном уровне) от тех порою сказочно щедрых господ большевиков более чем до чего солидный же куш…
Причем никак не иначе, а как раз-таки за то самое, чтобы полностью до конца заранее оплаченное Белым движением вооружение, совсем вот никогда бы к нему вовремя при этом никак явно попросту не доходило.
И ведь нечто подобное с их безусловно же холодной и прагматичной точки зрения сколь твердо полностью вот здраво всегда обосновывалось именно тем самым наивысшим благом их собственного кармана, да и вообще это явно же сулило безупречно праведное пополнение и без того необъятных закромов ими и впрямь верноподданнически горячо любимой родины.
И все это как раз именно потому, что господа большевики, с той еще превеликой охотой да и совсем безо всяческих для них вовсе-то совсем излишних тревог и впрямь-таки сколь еще беззастенчиво и без тени печали довольно-то запросто расставались со всем тем, что Российская империя до того долгими веками старательно накапливала во имя вполне же лично так своего светлого грядущего.
И конечно, все те чрезвычайно щедрые большевистские заправилы вовсе ведь не ими, а народом честно нажитых богатств уж действительно вот истово верили, что буквально все вскоре непременно снова станет полностью ихним…
То есть именно что считай сразу после того, как мировой пожар, они сколь самонадеянно всеми силами более чем беспардонно разом раздуют и всего-то делов.
314
Ну а европейские союзники России в войне с Германией ради того совсем никчемного в их глазах дела, а именно весьма вот деятельного и последовательного восстановления российской государственности не пожертвовали бы даже и одним солдатом.
Причем это было никак так не принципом, а истинным образцом самого естественного ими восприятия от века еще их окружающей действительности.
И, собственно, ничего иного кроме разве что самих себя они попросту и не признавали за ценность вполне же достойную пролития даже и одной капли крови своих солдат.
И снова хотелось бы никак недвусмысленно именно то разом ведь вполне подчеркнуть.
Совсем так оно никак не иначе, а то самое как есть еще изначальное существование большевистского режима весьма ведь неизменно было крайне на редкость выгодно всей Западной Европе, раз те самые весьма так нахрапистые грабители целыми веками достойно и честно общенационально накопленного добра разбазаривали царское золото с исконно праведной пролетарской щедростью.
И только в самой вот России и должны были на деле сыскаться силы, что и вправду бы действительно сумели хоть как-то остановить тот самый безумно полнейший хаос… как и всеобщее беспамятство великой фактически же первозданной, нелепейшей дикости.
315
Однако самой сутью всей российской империи еще издревле было то самое весьма вот величайшее же преклонение пред неким светлейшим духом, исстари преисполненным всецело ведь суровой мистической таинственности, то был и царь государь, Бог на небесах, ну и, конечно, вполне общее их самое неимоверное могущество.
Ну а нечто подобное и сотворило им образ самого вот неизменного же всесилия.
Их мощь целиком состояла из той еще самой непроницаемой брони истинно же всеобщего и сколь глубочайшего почтения и впрямь-то разом так и заволакивающего их ореолом сколь весьма ведь всеобъемлющей святости.
Ну а в тот самый момент, когда эти «ослепительно яркие фетиши», разом оказались совершенно развенчаны, низвержены, развеяны в прах, не стало и той всемогущей общественной силы, что была способна (по мере сил) хоть сколько-то сдерживать анархию, и смерть всякой государственности смог предотвратить разве что бессердечно всевластный правитель бескрайних серых масс.
Но ведь и белые силы тоже могли, хоть кого-либо вполне благоразумно выделить в виде той весьма же отменно значимой фигуры, именно вот некую яркую и весьма харизматичную личность и сделав этаким наиболее главным представителем всей той печально знаменитой своей бравой когорты.
То есть, им, непременно, следовало и вправду сколь старательно же отыскать именно как раз того, кто затем и сменил бы всю ту прежнюю ныне несколько устарелую форму самодержавного правления на что-либо явно иное, совсем не столь до чего безжалостно по-большевицки уродливое…
И это как раз-таки вот тогда подобного рода страны, как СССР и не было бы попросту уж никогда на столь необъятно широкой политической карте всего этого мира.
Ну а как раз потому он и оказался бы, куда намного прочнее, да и жить в нем было бы до чего явственно, куда только весьма и весьма гораздо безопаснее.
Российская наиболее из всех во всем этом мире сколь искусно изобретательная инженерная мысль обо всем том весьма же старательно всеми-то силами со всею серьезностью непременно бы еще позаботилась.
Причем все те фанатически бравые большевистские деятели в дальнейшем все более и более на редкость уж безбожно искривляли даже и самую элементарную житейскую логику всяческого вообще хоть сколько-то нормального общественного бытия.
316
А между тем, их более чем возможно было бы до чего еще неотъемлемо уж чисто вовремя извести, всецело сделав великую державу на редкость свободной от буквально всяческого нравственно же нелепого, да и как есть сколь невообразимо убогого идеологического маразма.
И, конечно, те бравые господа офицеры, что некогда давали присягу, своей любимой отчизне могли бы всего этого и близко совсем так попросту не допустить.
Да только ведь нет, раз ни на что подобное, они и в мыслях своих были вполне самостоятельно попросту никак явно же непригодны.
И совсем не только в том тут было дело, что тогдашнюю российскую армию сколь рьяно и почти в единый миг сверху донизу развалил, да и обескровил нахрапистый паяц Керенский.
Тут дело было, прежде всего, в том, что те господа офицеры всегда доселе имели дело с покладистым и безропотным солдатом, и они были вовсе никак не готовы ко всем тем крайне суровым переменам…
Причем развал случился ведь никак не сразу и это именно промежуточная фаза, и сыграла наиболее страшную роль в развале всей действующей армии.
Подобно страшной стихии временное правительство начало во все стороны раскачивать ту лодку, в которой оно само тогда и сидело.
Просто вот этим праздным умом людям откуда-то издали показалось, что таким путем они станут самой неотъемлемой частью той так и разбушевавшейся вокруг народной стихии.
Да только, то было самое глубочайшее же заблуждение.
Да и самый главный выдвиженец Керенский оказался способен только вот во все стороны кланяться, изображая правителя, как его мог бы изображать клоун, в цирке, искусно пародируя какого-нибудь заправского эквилибриста.
За самое уж вовсе недолгое время правления Керенского всею страной грубый холщовый сюртук прежнего государства был попросту разом истреплен в самые клочья.
Ну а потому и всякий грозный лик власти стал тогда выглядеть, словно воронье пугало на европейском огороде.
Керенский, и его люди могли только упиваться всесилием власти, но вот властвовать над народом они не могли и не умели.
Однако и тех еще царских генералов тоже как есть, сколь безупречно тогда воспитали, именно в том и вправду всемогуще превеликом надо бы прямо сказать послушании буквально-то всяческому начальственному окрику, а тут его разом вовсе совсем никак так не стало.
317
Его отныне сколь правомочно заменил именно тот самый бесцеремонно крикливый глас прозревшего народа, вполне однозначно сразу и в единый миг сходу потребовавший более чем безотчетно же грубого ему чисто как есть житейского подчинения.
Никак к нему совсем не прислушиваться отныне тогда стало для самой ведь жизни делом на редкость более чем рискованным…
А они (генералы) всегдашне кому-либо другому подчиняться привыкли, таких как Кутепов было вот совсем уж явно вовсе немного.
Ну а кроме того коли таковые и были, то очень как есть до конца незамысловато, они все как один разом оказались попросту поистине же слабоваты в цветасто пестрой тогдашней политике…
А потому и не нашлось посреди российских генералов хоть сколько-то вполне достойной альтернативы сверженному государю.
А тот сколь наспех назначенный ему на замену англичанами адмирал Колчак в 1896 году чуть было не принял самое деятельное участие в войне с Англией в южной Африке, да еще и на стороне восставших против власти короны буров.
Да вот, однако, его сколь срочно тогда отозвали в первую арктическую экспедицию, а это вполне всерьез в то время более чем невзначай явно так разом тогда перевесило.
318
Ну а что и вправду могло с той или иной стороны вполне как на духу на деле касаться, того, несомненно, мужественного, статного и во всех ратных своих подвигах безупречно же доблестного генерала Деникина…
То вот чего - это тут только попишешь, раз явно довелось этакому бравому генералу довольно во многом еще разом являться именно что человеком сколь исключительно флегматичным.
Ну а, точно также весьма вот ответственно касаясь и всех тех других его человеческих качеств, то уж чего - это тут вообще ведь только поделаешь, коли человеком он был явно не в меру чересчур самолюбивым.
А к тому же генерал Деникин был на редкость безнадежно внутренне слабым в тех некогда сколь насущных вопросах хоть сколько-то разумного руководства развратной аристократией.
И это как раз считай по одной лишь этой причине всякие тыловые щелкоперы и крючкотворы, и сделали именно этакого мужиковатого генерала, каким был Деникин - главнокомандующим Южным Фронтом.
А впрочем, как-никак, а речь тогда явно же шла не только об одном генерале Деникине, но и о весьма традиционной бесхребетности всякого армейского начальства, а точно также и чисто «рыцарского» его нежелания до чего посильно ковыряться буквально во всяком совсем вот ничтожном дерьме…
И это как раз нечто подобное и сотворило затем целый пласт нахрапистых временщиков вдоль и поперек избороздивших светлый лик белого движения грубыми морщинами себялюбивого коварства.
Причем тот самый генерал Деникин, явно уж был всем этим дьявольски самоуверенным царькам до чего только благосердечно вполне ведь исключительно на редкость удобен.
Раз при том самом никак незабвенном генерале Деникине им было бы чисто во грех вволю не разойтись, а именно потому тот сущий же бесстыдный грабеж и стал главной целью войны с бестиями большевиками.
Ну а как раз отсюда и та весьма вот существенная ненадежность всех белых тылов.
В них как уж не раз о том было сказано выше сколь извечно копошилась всякая нечисть мигом сколь сходу унюхавшая запах сущего безвластия.
А только потому довольно многие представители мирного населения и жаловали белых никак не более, нежели чем красных и лишь того, они всею душою весьма напряженно ждали, а чья эта сколь славная сила вверх-то вскоре вполне разом еще на деле возьмет.
319
Да только белые могли ведь хоть сколько-то поспешить, а потому и считай уж вовремя так отдать все бразды правления
