Цунами тоталитарной идеологии

вовсе-то ничего, собственно, проще, нежели чем чисто же разом вполне еще действенно совершить именно тот на редкость ярко наглядный и всецело обратный процесс деградации государства к древним и «добрым» традициям невероятно же старой абсолютной монархии.
И вся причина тому была заключена разве что именно в том, что та как она есть попросту невообразимо чудовищная инерция мышления — это как раз именно тот необычайно тяжкий балласт, от которого попросту и невозможно будет сходу разом избавиться по одному тому донельзя легкому мановению некоей волшебной палочки.
Причем весьма поспешно и сколь наскоро совсем вот бессовестно выдумать некий тот магический жезл, ну а затем и посильно внедрять мнимую силу его необычайно великой мощи в любое, то хоть как-либо минимально развитое людское сознание было ведь делом до чего отъявленно праздным и всецело же бесполезным.
Волшебство сладких, но никак при всем том несбыточных грез разом же сделает всякую общественную жизнь на редкость уж как есть только безвкусной.
Причем вся ее пресность поболее всего почувствуются именно через несколько поколений, когда все доселе построенное станет именно тем, чем оно и должно было быть, а именно разве что теми еще картонными декорациями за которыми будет присутствовать одна только дикая нищета и самая безутешная беспросветность унылого существования в тени чудовищно же величественных миражей.
И все это безумно бравое строительство может, и выглядело для кое-кого весьма заманчивым же проектом по удивительно мощнейшему и сколь рачительно праздничному обновлению всех тех или иных существующих реалий совсем уж занюхано затхлого и вконец будто бы навек ныне полностью обветшавшего бытия.
Да вот, однако, при всем том были эти грандиозные планы разве что некоторой частью чего-то, быть может, на редкость отвлеченно на одной лишь белой бумаге весьма изрядно вполне уж на редкость достойного и безупречно красивого…
Но тот чисто земной и доподлинно обыкновенный быт буквально всегда вот сурово потребует всецело житейского и никак уж вовсе-то немудрено философского подхода.       
К тому же люди, строго взявшие себе на вооружение всяческие до чего еще иллюзорные блага грядущего всеобщего счастья попросту считай что столь планомерно так ведь и искрятся планами самых доблестных изменений во всех тех реалиях от века уж вовсе незыблемо и простецки доселе просуществовавшей безыдейно скотской обыденности.
Вот будто бы она на самом-то деле будет способна сходу принять чисто вовнутрь самой себя все, то призрачно светлое, что кое-кому, а беспрестанно как-никак, а попросту и впрямь день за днем немыслимо грезиться где-либо попросту ведь уж до чего явственно совсем невдалеке.
При этом все на редкость беспрекословное непротивление человеческой природы самой так чисто разом себе их, всецело как есть полностью углубленных в свои собственные умозрительные раздумья, и близко-то не в едином глазу не встревожит и не взволнует.
А между тем те люди только-то и всего, что безо всякого толка сходу как есть разом сносили чертоги им ныне вконец опостылевшего прежнего рабства, при всем том и близко не принимая в тот еще опьяненный духом праздных идей расчет, что та наиболее прочная его основа так явно не снаружи, а глубоко ведь внутри всякого давно зрелого индивида.
И ее никак не переплавишь в том заново кем-либо наспех уж из чистейшего дерьма сотворенном сколь могучем социальном плавильном котле.
Нечто подобное может произойти разве что вследствие весьма долгих столетий тщательно продуманного перевоспитания всей людской массы.
В один момент этого совсем уж никак не добиться.
А потому всякая революция никак не момент явственного начала нового отсчета в жизни всего общества, а момент крушения поезда, то есть именно того трагичного эпизода в истории великой державы, когда весь тот чудовищно массивный эшелон общественного обустройства попросту разом еще уж и скатиться ко всем чертям чисто как есть под откос.
Время, конечно, часто оставляет шрамы войны на теле многих народов и даже если их солдаты не воюют на своей родной территории, то и на других материках повоевав они уж затем и впрямь разом возвращаются домой вовсе нецелыми, а с покореженной психикой.
Причем война за идею остро отточенным оружием так и направленным прямо в сердце всякого того, кто в нее посмел попросту уж совсем не поверить, не только обрубает всякую родственность внутри доселе единого народа, но и чьи-то вполне конкретные семьи раскалывает на рваные и кровавые куски. 
А как раз потому и нечто подобное начисто подчас вымывает всяческие даже и самые мелкие следы чисто мигом при данных обстоятельствах ныне уж сходу вовсе теряющейся ранее как-никак некогда более чем привольно былой и степенной цивилизованности.
Ну а все, то куда сколь еще многозначительно поболее светлое надо бы постепенно создавать всецело вот изнутри, а не снаружи, да и как раз именно из всего того на деле чисто фактически никогда так не прежнего бытия, при этом явно не стесняясь грязи и пыли той только же весьма откровенно простоволосой обыденности.
Причем чего-либо радостно нового и близко при всем том никому не построить, а в особенности еще и опираясь при этом на всяческие уж тщательно подкрашенные мнимой и чисто абстрактной правдой догмы и мечты, несомненно, почерпнутые из той самой совершенно вот необъятной страны – сказочно яркой фантазии.

115
А между тем все то некогда пережитое нами в некоем ныне весьма уж далеком прошлом, попросту как есть немыслимо сходу разом так ведь и тянет нас, словно магнитом, всеми теми изумительно прочными, да и вполне заранее предопределенными устоями.
Ну а как раз чисто потому и до чего явным сколь еще на редкость давнишним своим удобством.
Да и вообще нет и не будет ничего полегче, чем разом переложить все те большие государственные заботы на чьи-либо совсем чужие покатые плечи, дабы ни о чем том истинно большом и главном далее и близко отныне нисколько уж более вовсе не призадумываться.
Причем, в общем и целом подобные настроения всецело так разом свойственны буквально всякому обычному обывателю и впрямь-то живущему в той или иной стране этого довольно ведь весьма разноликого мира.
Раз, то на деле полностью единое свойство чудовищных диктатур – не в одной лишь той до чего только дикой жажде сходу вот навязать нечто большое и донельзя существенное, в некоем том общегосударственном плане, при этом ни о чем простого гражданина и близко-то никак нисколько не спрашивая…
Нет, они еще и его самого в самой глубокой тайне явно желают, как раз-таки более чем смело отучить от всяческого им хоть какого-либо вполне так делового принятия как есть уж до конца взвешенно серьезных и самостоятельных решений в его собственной личной жизни.
А ему, между прочим, все эти его решения даются и вынашиваются с тем и впрямь подчас самым уж тяжким трудом.
Ну а потому, коли родная отчизна нисколько не станет подбирать ему невесту совсем не по его личному вкусу, то в сугубо профессиональной и социальной сфере он ей всенепременно будет довольно во многом готов постепенно же действительно через силу явно уступить.
Ну, правда, это, конечно, будет довольно-то сильно зависеть и от степени всего того непомерно большого и крайне на редкость воинственного нажима государства на какого-либо самого конкретного, а не среднестатистического своего гражданина.
И это именно так, раз то безупречно основное желание буквально всякого умственно праздного обывателя – это то самое сказочно благополучное, безумно ведь сладостное и крайне упоенное употребление всего того, чем только вообще могут его одарить жизнь, природа и цивилизация.

116
А абсолютная диктатура неизбежно бы со временем приучила всякого же человека как раз тому, что он и своей душе вовсе-то абсолютно никакой не хозяин, раз ее-то он точно получил в дар от бесконечно ему во всем родного государства, а не с первым вздохом всей своей новой жизни.
И раз и сама душа у него не своя, а чужая, то дело ясное, одному государству, но никак не тому всеми теми крайне узкими рамками своей личности вовсе-то совсем ограниченному обывателю, и будет некогда затем предоставлено полное право решать, как это именно ему надлежит ею в быту повседневно же пользоваться.
Поскольку для всеобщего блага будет куда значительно лучше, коли все его решения на деле окажутся крайне так естественным продолжением всеобщих потребностей всего того, так или иначе, ныне имеющего социума, а не его на редкость излишне личной инициативой.
Причем о том, чего это именно разом окажется лучше для всех и для каждого, вполне еще отныне уж будет должно решать разве что лишь одному тому несусветно во всем отныне совершенно всесильному государству.
Да только вот даже искренне озаботясь всеми проблемами, нуждами и заботами своих граждан, никакая та немыслимо великая империя нисколько не смогла бы дать своему гражданину хоть чего-либо по-настоящему правильного и полностью всецело более чем несомненно полезного.
Поскольку — это самое что ни на есть чрезвычайно размытое понятие, а из всего того само собой неминуемо разом уж следует, что ту наиболее главную суть всего своего счастья… всем тем именно что своим собственным интеллектуальным трудом и должно будет некогда и вправду так постепенно ведь отыскивать буквально каждому отдельно взятому индивидууму.

117
Ну а передать его откуда-то явно извне – то вот задача практически сколь еще вовсе уж непосильная ко всякому своему на редкость исключительно действенному и более чем полноценному осуществлению…
И то, кстати, никак не будет впоследствии хоть сколько-то важно, до чего именно все это для кое-кого и впрямь-то окажется весьма значительно лучше, весомее и правильнее, нежели чем были бы его собственные весьма так самостоятельные решения.
Любая мелкая или большая личность при всяком том или ином раскладе должна быть вполне самостоятельно мыслящей индивидуальностью, а не частью серого и вконец уж полностью совсем до конца полностью обезличенного конгломерата.
Да люди мыслят зачастую убого и нерационально и им всегдашне нужна чья-то властно направляющая рука.
Но рука это должна быть перстом судьбы, а не карающей дланью всесильного диктаторства.
Конечно, бывают весьма уж редкие исключения, на то правила и существуют, чтобы охватывать железным обручем всю житейскую правду, но подчас тропа к ней ведущая в любом случае бывает очень даже извилистой и крутой…
Ну а, в общем и целом все ведь едино – основным каноном социума неизменно является именно факт и впрямь совсем уж более чем неопровержимого неприятия простыми людьми всяческого и всевозможного полубредового книжного заумья.
То есть и близко они нисколько не смогут всею именно что от рождения слепой разумом толпой до чего отчаянно и смело фактически уж сходу устремиться ко всем, тем вовсе так невообразимым высотам возвышенной духовности.
А все это потому что у них и понятия нет, что это значит вообще и с чем его, собственно, едят.

118
Потребление, однако, всецело же затрагивает самые различные слои общества, а как раз потому и