Судьба "падальщика"

хлебов – некому и нечем было обрабатывать землю…» (Там же.) Уже к концу 1914 года Германии пришлось переориентировать свыше 7500 своих крупных предприятий металлургической, машиностроительной, автомобильной, химической и прочих отраслей исключительно на выпуск продукции военного назначения. Только для производства артиллерии было задействовано 182 завода. Многочисленные швейные предприятия приступили к пошивке обмундирования для армии. Электротехническая промышленность перешла на изготовление полевых телефонов и металлических пуговиц, велосипедные фабрики производили железные кровати для полевых лазаретов, фабрики швейных машин – шрапнель, производство роялей перешло на выделку патронных гильз. Во Франции к весне 1915 года 25 000 её фабрик, заводов и мастерских работало целиком и полностью на войну. Великобритания к апрелю того же года подняла производство снарядов в 20 раз и при этом ей всё равно пришлось заказать дополнительно ещё 6 миллионов снарядов в США.
     И эти 6 миллионов стали каплей в море, просто потонули в чудовищном потоке оружия, боеприпасов, взрывчатки и прочих военных грузов, хлынувшем в Европу из-за океана. Если в предшествующем 1914 году военные поставки из США в Англию, Францию и Россию оценивались в 1 млрд. долл., то в 1916 – уже в 3 млрд. долл., т.е. возросли в три раза. И ведь не только винтовки и порох: как описывалось в предыдущих абзацах, вся промышленность воюющих стран была подчинена нуждам армии – и снабжать, как ранее, миллионы своих же мирных граждан, оставшихся в тылу, всем необходимым, всем ассортиментом продовольственных и непродовольственных товаров уже не могла. И поскольку платежеспособный спрос сохранялся – США быстро заполнили этот «вакуум», наводнив воюющие страны своими товарами также и мирного назначения. Но и это ещё не всё: помимо сошедшихся в кровавом противостоянии Великобритании, Франции, Германии, России и прочих, оставались ещё нейтральные европейские страны, не пожелавшие принять участие в войне, а также страны всё той же Латинской Америки, Африки и Азии, куда до войны шли немалые поставки из воюющих стран. С началом войны они естественно, по описанным мной выше причинам, прекратились – и американские товары тут же пришли на рынки и этих стран. «…Экспорт пшеницы из США в нейтральные государства Европы вырос в 1915 году по сравнению с 1913 годом больше чем в 2,5 раза; экспорт свинины – в 3 раза, обуви – в 10 раз, автомобилей и автодеталей – в 15 раз, а хлопка – больше, чем в 20 раз. 1 января 1916 года газета «New York Times» сообщила, что внешняя торговля США достигла самых больших размеров за всю историю страны и активное сальдо за истёкший 1915 год превышает 1 млрд. долл…» (Лан В.И., «США от Первой до Второй мировой войны», М.: «Государственное издательство политической литературы», 1947.) Как можно сильнее «подсаживая» экономики многих народов мира на импорт всего, «от и до», из США, Штаты постепенно формировали зависимость их стран от американских товаров – привыкая ко всему «Made in USA», те по окончании войны уже не спешили возвращаться к прежним поставщикам из Великобритании, Франции и Германии. Короче говоря, пока одни страны воевали, а другие в силу неразвитости своих экономик испытывали острый дефицит очень и очень многого – американские корпорации гнали товары по всему миру, сколачивая такие состояния, о которых прежде звёзднополосатая экономика могла только мечтать. За годы войны общая чистая прибыль американских корпораций составила почти 34 млрд. долл. Жизнь американского капитала буквально разделилась на «до и после», и поговорка: «Кому война, а кому мать родна» – в отношении воротил страны дяди Сэма тех времён воплотилась в стопроцентную реальность: на Первую мировую за океаном просто молились, как на икону.
     Но обогащение на поставках всего, за что в других странах готовы платить, по всему миру было лишь первым пунктом дьявольского вашингтонского «плана». По окончании войны её вчерашние участники немедленно приступили бы к восстановлению своих экономик, к возрождению мощных экспортных производств – и дальнейшая перспектива того, что Европа вновь станет мощным конкурентом Штатов по всему миру и серьёзно подвинет США на мировых рынках, при таком развитии событий становилась вполне реальной. Этого нельзя было допустить – по крайней мере, в тех масштабах, что раньше. Само по себе нажитое на войне богатство не давало Штатам действенных рычагов укрощения Европы – но вот долговая кабала, как проверенное до того на латиноамериканских странах средство, могда бы оказаться как нельзя более кстати. И тут сам факт того, что Первая мировая приняла затяжной характер, снова сыграл американцам на руку: война требовала колоссальных средств на потройку военной техники, на вооружение и оснащение армии. Бюджеты воюющих стран быстро истощились, а быстро занять нужные средства, как оказалось, можно было только у США – причём во многом это были те самые деньги, коими европейцы расплачивались раньше за военные поставки. «Нам предстоит серьёзно финансировать мир, – говорил президент Вудро Вильсон, – а дающий деньги должен понимать мир и руководить им…» Американские воротилы через аффиллированные с правительством банковские структуры – например, через знаменитый J.P.Morgan&Co – щедро предоставляли европейским странам крупные займы, счёт в которых шёл на сотни миллионов долларов. За годы войны Штаты из должника европейских стран превратились в их кредитора, европейские же державы – ровно наоборот. По итогам войны Европа оказалась должна Америке, по разным данным, от 11 до 12 млрд. долл., из которых Великобритания была должна более 4 млрд. долл., Франция – более 2,5 млрд. долл. В качестве залога гарантированного возврата занятых средство с процентами США затребовали себе золото стран-должников – вот так та самая половина золотого запаса стран Запада и оказалась в Штатах. Плюс к этому американским монополиям в счёт этих самых долгов и процентов по ним досталось немало рудников, электростанций, железных дорог и прочих предприятий, до войны принадлежавших европейским трестам и концернам. Однако и после всего этого долг не был погашен полностью. Плюс ко всему на восстановление всего, что разрушила война – только на французской территории было уничтожено 23 тысячи предприятий, 4 тысячи колометров железных дорог, 9 тысяч мостов, почти 300 тысяч зданий и многое другое – требовались немалые средства, что привело к новым займам у США. К 1921 году сумма долга Европы Америке выросла до 15 миллиардов «зелёных». Шантажируя европейские страны такой гигантской задолженностью, Штаты начали проводить политику вмешательства во внутренние дела уже государств Старого Света. В Вашингтоне теперь решали, до какого предела Великобритании, Франции, Германии можно восстанавливать свои производства, чтобы сбыт американских товаров по всему миру вообще и в Европе в частности страдал не слишком. Как сказал в своё время Иосиф Сталин, «…Европейские страны, продолжая эксплуатировать свои колонии, сами теперь попали в финансовое подчинение Америке…» Именно в силу того, что из Вашингтона теперь указывали европейским главам, что развивать, а развитие чего придержать – по окончании Первой Мировой войны и вплоть до XXI столетия США стали бесспорной первой экономикой мира, заняв тот «Олимп», с которым ни Великобритания, ни Германия, ни Франция уже больше не смогли встать вровень.
     Заработанные на войне 34 миллиарда долларов несказанно грели душу американских капиталистов – само собой, они всеми фибрами этой самой души желали, чтобы столь «хлебный» бизнес продолжался и дальше. Предвидя закономерное недовольство засильем товаров янки и вообще всего американского в Европе, в Штатах придумывают новый пропагандистский трюк, вслед за столь оправдавшей себя ранее доктриной Монро призванный вновь изобразить Штаты уже не просто миротворцем, а прямо-таки доброхотом и благодетелем. Ещё вовсю гремели сражения Первой мировой и до подписания Компьенского соглашения о прекращении войны было более полугода, а бравый америкаский президент Вильсон являет миру новую доктрину послевоенного мироустройства, вошедшую в историю как «14 пунктов Вильсона». Текст доктрины доступен во всемирной паутине и её пункты, на первый взгляд, несли справедливость и равноправие всем народам планеты Земля. Однако под внешней вуалью миролюбия снова крылась экпансионистская «начинка». Вот как характеризует некоторые из положений доктрины Вильсона постоянный автор портала «Военное обозрение» А.Самсонов: «…Этот план предусматривал:
  - Открытые мирные переговоры, открыто обсуждённые, после которых не будет никаких тайных международных соглашений какого-либо рода, а дипломатия будет действовать откровенно и у всех на виду. Это был удар по тайной дипломатии старых западных держав: Германии, Франции и Великобритании, которые должны были уступить первое место американской сверхдержаве, новому лидеру западного мира. Англия и Франция в начале войны заключили договоры о разделе добычи, теперь им надо было согласовывать свои позиции с США.
  - Абсолютную свободу торгового мореплавания в мирное и военное время; уничтожение препятствий для международной торговли. Эти пункты разрушали хозяйственную автономию стран и вели к установлению экономического господства США – самой мощной в мире экономики. Американские товары, как более качественные и дешёвые, вытесняли и уничтожали конкурентов. «Свобода морей» окончательно разрушала прежнюю гегемонию Англии. Всё это мы видим и в современном мире, когда США сделали всё, чтобы уничтожить и захватить рынки стран бывшего соцблока и СССР-России. Все эти страны стали финансово-экономическими колониями и странами-донорами (поставщиками дешёвых ресурсов) для США и других стран ядра капиталистической (паразитарно-хищнической) системы.
  - Свободное, чистосердечное и абсолютно беспристрастное разрешение всех колониальных споров, основанное на том, что интересы населения должны иметь одинаковый вес по сравнению со справедливыми требованиями того правительства, права которого должны быть определены. Очень циничное и хитрое предложение: Вашингтон опоздал к разделу «колониального пирога», основние куски достались Франции, Англии, Испании и прочим. США начали постепенно теснить старых хищников и теперь предлагали свободно разрешить «колониальные споры», т.е. пустить американский капитал и товары в их владения-колонии. Хозяевам США требовались новые рынки сбыта, источники сырья – потому Вашингтон и начал наступление на старый колониальный мир. Хозяева Запада, сделавшие Соединённые Штаты своим новым «командным пунктом», переводили планету на «рельсы» неоколониализма, откровенная колониальная система, основанная в основном на силовом захвате, уходила в прошлое. Теперь контроль был основан… на финансах и экономике. Строится новый колониальный порядок: внешне страны и народы получают «свободу», на самом же деле «цепи» сохраняются. Рабство скрытое, в более