Кукловоды (серия "Кто ты?"-2) * добавлена 14 глава*

княже. Дело нежданное - уж не обессудь. Доченька, если хочешь - пока там поскучай, но твоя помощь тоже может оказаться нелишнею.
  - Ты сама? - тихо спросил Кирилл.
  - Давай уж лучше ты, - поспешно и так же тихо ответила Видана.
  Пока они возвращались, постав успел торопливо отодвинуться к стене, со стыдливостью прикрывая голое нутро разбитыми дверцами да втягивая под себя позвякивающую груду былой посуды. Столец присоединился к своему собрату у кровати, а шуба попыталась опуститься на плечи Виданы, которая в ответ на это строптиво мотнула головой. Шуба покорно упорхнула прочь и, отыскав на стене гвоздь, успокоенно повисла на нем.
  - Один из пленников сбежал, - сказал Ратибор, не обращая ни малейшего внимания на всю эту суетливую активность вещей. - Заставил отпереть замок, потом обездвижил стражу "неусыпающих". Затем троих людей брата Иова и четверых стрельцов. Взял коня. Надворному дозору и всем прочим снаружи отвел глаза, надо полагать. Сейчас от нас - уже стрел за двадцать, самое меньшее. Сможешь вернуть?
  Кирилл изменился в лице:
  - Куда поскакал? В какую сторону?
  - Как показать - со двора или из окна довольно будет?
  - Нет. Просто рукою, начальное направление.
  Ратибор немедленно направил палец куда-то поверх его левого плеча.
  - Видана, помогай, - глухо попросил Кирилл, поворачиваясь. Наощупь нашарил ее ладошку, сплел и сжал пальцы. Их плечи сблизились, замерли. Ратибор отвел в сторону лицо. В наступившей тишине стало слышно, как посудные осколки, наспех затолканные под постав, осторожно обустраиваются там поудобнее.
  - Чего-то во мне сейчас не хватает. Совсем не вижу. Видана, а ты?
  - И я не вижу.
  Ратибор помрачнел, опустил голову. Кулак его мягко, но досадливо ткнулся в дверной косяк:
  - И следопытов с охотниками посылать без толку: либо обратно завернет, либо еще как-нибудь заморочит. Ладно...
  Кирилл рыкнул, выпустив ладонь Виданы, резко обернулся:
  - Ударь меня! Да посильнее - ну же! Видана, а ты сейчас не мешай, пожалуйста.
  Кулак Ратибора отделился от косяка, завис в нерешительности. Потом, резко укрепившись, впечатался в грудь Кирилла. Он отшатнулся, сделав пару шажков назад. Видана неуклюже попыталась заслонить его собою. Сказал сипло и зло:
  - Я просил - посильнее. Видана, уйди с дороги. Да помогите же вы мне оба! Ну!
  Второй удар отбросил его, опрокинул навзничь. Он звучно грохнулся затылком об пол, кувыркнулся назад, по пути зацепив ногами и повалив оба стольца. Видана заголосила и забилась в отцовских руках. Перебравшись на четвереньки, Кирилл прохрипел:
  - Ратибор, выставь ее за дверь, что ли... Хорошо, оставайся, только замолчи. Молчать, я сказал!
  Продышался, опустив голову. Натужно откашлялся, поднялся на ноги и с мертвыми глазами побрел к двери прямо сквозь Ратибора с Виданою в охапку - тот немедленно уступил дорогу. Поворачивая к лестнице, проговорил через плечо:
  - Нашел. Веду, он уже возвращается. Готовьте встречу.
  Выскочив из-за его спины, Ратибор беззвучно понесся вперед.
  - Видана, руку. И в лицо мне не смотри... Пожалуйста...
  Ее ладошка вернулась в ладонь Кирилла, а пальцы опять сплелись.
  При выходе во внутренний двор кто-то заботливый успел накинуть сзади на Виданины плечи все ту же лисью шубу. Внизу нетерпеливо пофыркивали, перетаптывались кони синих стрельцов и охотников "неусыпающих", среди которых уже находился и сам Ратибор. Он поднял руку, обращая на себя взгляд, спросил:
  - Откуда ждать?
  Движением головы Кирилл молча указал на левое крыло палат. В ответ раздался дружный конский топот, вскоре затихший за углом.
  Видана почувствовала, как тепло его ладони постепенно превращается в тяжелый жар, от которого стало сводить запястье, а затем локоть. Пальцами свободной руки она коснулась кованого цветка в железном плетении ограды. Ей сразу полегчало, жар ощутимо спал, а плечи Кирилла обмякли.
  Сзади послышались размеренные шаркающие шаги, наружу выбрался Димитрий. Прохаживался взад-вперед в стороне, с угрюмым недовольством разглядывая отпечатки своих подошв на снегу.
  Совсем незаметно подкрались сумерки. Ночной ветер проснулся, закружил по двору завитки поземки. Видана вдруг поняла, что по-иному стала ощущать и снежинки на лице, и сам мороз. Было вовсе не зябко, а как-то непривычно свежо. Но лишь только она подумала об этом, ладонь Кирилла напряглась. Он подался вперед и сказал:
  - А вот и они.
  В темной массе конных, появившихся из-за левого крыла палат, уже было трудно разглядеть кого-либо.
  - Княже, подведи его поближе, - попросил Димитрий.
  Один за другим вспыхнули факелы в чьих-то руках.
  Охотники и стрельцы обтекли крыльцо кругом, придвинув к самому ограждению всадника в тулупе с чужого плеча, явно позаимствованном у кого-то из надворного дозора. Кирилл со слабым удивлением опознал в наезднике обладателя завитых усов и холеной гишпанской бородки. Тот сидел в седле, выпрямив спину, совершенно спокойно, даже отрешенно, и не мигая смотрел прямо перед собою.
  - Как взяли? - поинтересовался Димитрий у Хотко, который оказался рядом с ним.
  - Да он сам помаленьку рысил нам навстречу, - отозвался десятник. - Такой же, как и сейчас.
  Димитрий угукнул и перебрался поближе к Кириллу. Наклонившись сзади, спросил на ухо:
  - И как же нам его дальше-то содержать?
  - А хоть без запоров и вообще безо всякой стражи. Он у нас отныне будет мирным и послушным - всем малым детям во укор да назидание. Правда ведь, добрый человече? Да яви милость: назовись-ка.
  Глаза беглеца ожили:
  - Мое имя Вышата. Княжич Вышата. Это правда, князь Ягдар-Кирилл. Я отныне буду мирным и послушным - всем малым детям во укор да назидание.
  Видана отчего-то нахмурилась, поглядывая на него исподлобья.
  - Ладно, уводите, - Димитрий махнул рукой. - Ратибор, а ты окинь там напоследок своим воеводским глазом, что да как.
  Удовлетворенно кивнул и повернулся, собираясь возвращаться в дом.
  Ладошка Виданы пошевелилась в Кирилловой руке, подергала ее тревожно:
  - А ведь это не он, Ягдар!
  - Кто не он?
  - Ну этот княжич Вышата - это не он, сам погляди! Ты что: не видишь?
  - Чего не вижу?
  - Отец! - закричала Видана. - Верни его!
  - Ратибор, Хотко! - поддержал Димитрий, спросив с нескрываемым беспокойством в голосе:
  - Что не так?
  - В этом Вышате никакой силы нет - я же вижу! Не его власть над стражей была, им самим кто-то управлял. Ягдар, да что с тобой? Ягдар!
  Вернувшиеся дубравцы и синие стрельцы молча ждали. Димитрий, угрюмо переступив с ноги на ногу, опять обратился к изучению своих следов. Княжич Вышата продолжал кротко и доверчиво глядеть поверх голов Виданы и Кирилла.
  - Да ничего такого со мной, всё ладно... - он будто очнулся, потер лоб. - А ты, кажется, права.
  - Князь просто устал, девонька, - подал голос Димитрий. - Значит, это всего лишь игрушечный Баламут-Егоза на руке неведомого кукольника. Который в числе прочих пока что под стражей. Пока что.
  Десятник Хотко пошевелился в своем седле, забормотав неразборчиво.
  - Его самого сегодня уже не найти - сил не хватит... - Димитрий оценивающе взглянул на Кирилла. - А до утра этого дела не отложишь. Что поделаешь, придется Ворона беспокоить - он-то у нас двужильный.
  - Не надо, Димитрие, - сказала Видана. - На эту ночь я могу всех пленников в сон беспробудный погрузить - никто не устоит, обещаю. Проспят, сколько потребно будет, пока сама не разбужу. А утро вечера мудренее - завтра и поищем. Я знаю как.
  Димитрий в задумчивости подергал себя за нос, кивнул:
  - Что ж, разумно. Тогда пойдем-ка, пока еще не поздно. А ты, княже, возвращайся в дом.
  - Идти тоже никуда не надобно. Вы мне только на тот домик укажите, где они... - Видана мотнула головой в сторону многочисленных дворовых построек и служб.
  - Даже так. Они в поварне: это вон тот домик, который к нам бочком повернут - видишь? Там подвалы да погреба знатные.
  - Ага, вижу. Ой! Забыла сказать: Димитрие, только уснут-то все, кто в стенах пребывает, все до единого. Я по-другому пока не сумею. Может, на время вывести оттуда стражу?
  - Да уж не помешает, - Димитрий усмехнулся мельком. - Хотко, этого Вышату - на прежнее место. Ратибор, запоры и прочее проверишь - и все долой из дома. Видана, им лучше отойти подальше или как?
  - Подальше? - Видана ненадолго призадумалась. - Пожалуй, так вовсе не обязательно. Я же за стены не выйду, всё оно ведь только внутрь пойдет, внутрь...
  Она попыталась показать что-то руками и заволновалась оттого, что объяснить получается плохо.
  - Понятно, понятно, - поспешил успокоить ее Димитрий. - Давайте, братия, поторопитесь. Княже, а ты как - еще стоишь? Не падаешь?
  - Я же говорил, что со мною все хорошо.
  - Ну да. Ты уже сутки с лишком не ел ничего. Дай слово, что перед сном непременно повечеряешь.
  - Есть не хочу и слова не дам.
  - Ладно, дело твое. К этому потом вернемся, - сказал Димитрий, не желая продолжать пререкания, и замолчал в ожидании.
  Вскоре прочь от поварни черными тенями промчались всадники, за ними по пятам поспешали пешие.
  Димитрий хмыкнул:
  - Разумею. Решили все-таки, что береженого, как говорится...
  И те, и другие сгрудились в дальнем углу двора, там вспыхнул огонь. Кто-то замахал факелом, закричал.
  - Ну, а теперь можешь и приступать, девонька, - распорядился Димитрий. - Давай, милая.
  - А уже всё! - сказала Видана, наморщив нос. - Спят крепким сном. Как прежде говорила, кроме меня их никто и ничто не разбудит.
  - Вот и прекрасно! - он шумно и с явным облегчением перевел дух. - Правду сказать, не ожидал столь быстро - ишь ты какая у нас... Ну что ж, тогда слава Богу, а тебе, голубушка наша, - спасибо сердечное.
  - А почто в этот раз ни руками не подвигала, ни пальцами не пошевелила? - полюбопытствовал Кирилл. - И даже не посопела ничуть - как же так-то?
  - Шутишь, значит. Это добрый знак, - отметил Димитрий. - Теперь вот что: я тут еще какое-то время побуду, а ты, Видана,